Габриэль Маркес – Искусство рассказывать истории (страница 15)
Габо. Тем вечером они должны прояснить свои отношения. Он тоже ищет приключений и предпочел бы чернокожую женщину или мулатку, но, если таковая не появится, то согласится на женщину из Буэнос-Айреса. Маркос, садись писать, надо развивать хронологию вечера. Обрати внимание, что дальше идет сцена у бассейна, где героиня наблюдает за прибытием вертолета.
Сокорро. Вернемся к нашему вечеру. Когда представление заканчивается, героиня идет к парню с маракасами, но сталкивается с аргентинцем. Она дает понять, что приехала за новым опытом, за вкусом Антильских островов… Музыкант выходит из гримерки, видит их оживленный разговор, думает, что они друзья, и уходит.
Глория. Не могу даже представить, чтобы психоаналитик из Буэнос-Айреса отправилась искать какого-то парня, который играет на маракасах.
Габо. Она отправляет музыканту записку и ссылается на пациентку: «Я аргентинка. От такой-то. Передаю привет. Могу я вас увидеть?»
Сокорро. И передает записку через коридорного.
Габо. Затем музыкант подходит к ее столику. «Сожалею, но я не Педрито, я его подменяю, пока он со своим джаз-бандом поехал в тур по Венесуэле». Смена кадра. Лицо героини: она безутешна – вечер безнадежно испорчен. Переходим к следующему дню: она загорает у бассейна. Приближается аргентинец. Последний раз они виделись на балконе, да? Кстати, совсем не как в «Ромео и Джульетте». Теперь он заигрывает с ней, а она, не раздумывая, отвергает его: «Я что, уехала так далеко от дома, чтобы танцевать танго?!» В глубине души она не отказывается от идеи с музыкантом. Хоть это и не тот самый парень.
Рейнальдо. Ее фраза про танго – ключевая, потому что так должен закончиться фильм: они танцуют танго.
Маркос. Значит, танго все-таки будет.
Габо. Это часть атмосферы, которая создается вокруг аргентинской недели. Все начинается с прибытия футбольной команды, потом приезжают болельщики, повсюду маленькие флажки…
Маноло. Просто мы продолжаем смешивать сцены, и это нас сбивает с толку.
Габо. Думаю, с днем приезда решено, верно? Вечер начинается в кабаре. Сильное шоу – мамбо, гуарача, ча-ча-ча[35]. Героиня одна за своим столом, не спускает глаз с музыканта. Внезапно к ней подходит аргентинец, которого мы не видели после истории с балконом. «Я ваш сосед, – говорит он, – можно?» – и садится, не дожидаясь разрешения. Начинаются знакомые рассуждения: «Я что, уехала так далеко…» и так далее. Она пользуется паузой, чтобы передать записку. Музыкант подходит к столику и говорит то, что мы уже знаем: «Сожалею, но я не Педрито, я его подменяю…» и так далее.
Маноло. Если аргентинец еще не ушел, то для нее не все потеряно; а если она уже его прогнала, то двойной проигрыш: ни музыканта, ни аргентинца.
Габо. Скажу прямо: я пытаюсь вывести музыканта из оборота. Он был приманкой, чтобы завлечь героиню на Карибы; никакой другой роли он не играет.
Сокорро. Сколько времени потребовалось, чтобы добраться до этой точки?
Габо. По моим расчетам, около семи минут.
Маркос. Габо прав. Музыкант больше не нужен. Сейчас важны отношения героини и аргентинца.
Габо. Музыкант уже придал истории какой-то вес, но теперь он испарился, замолчал… Эротическая фантазия героини исчезает. Проще говоря, она переключается на другого. Сколько раз подобное случалось со всеми нами! Сколько раз из нашей жизни уходил такой музыкант!
Маркос. Хочу внести ясность: когда этот запасной музыкант сообщает, что Педрито уехал в Каракас, происходит склейка и потом идет сцена у бассейна.
Элид. От кадра, где героиня с потерянным видом слушает музыканта, мы переходим к кадру, где она с потерянным видом смотрит на прибытие вертолета.
Сесилия. Она мирно лежит в шезлонге.
Габо. Камера фокусируется на лице: сонливость сменяется удивлением от поднявшегося ветра и шума.
Глория. Она видит бычьи глаза, которые, кажется, смотрят прямо в душу. И тут она понимает, что бык привязан к вертолету.
Габо. Ты спасен, Маркос: эта сцена поднимает фильм на новый уровень.
Маркос. Сильный ветер, вызванный вертолетом, сметает зонтики и столы…
Габо. Это ураган. А над пальмами, обдуваемыми ветром, бык проносится, как мираж… Маркос, надо пересмотреть «Сладкую жизнь», чтобы взять оттуда элементы и вставить их как цитаты; можешь взять в кавычки, чтобы не было сомнений. Ну и что нам делать с быком?
Сокорро. Сотрудники отеля не знают, как управиться со зверем.
Элид. А если он вырвется и вызовет панику среди гостей?
Габо. Героиня меня тоже беспокоит. Как нам вытащить ее оттуда? Поднять с места человека, загорающего рядом с бассейном, довольно сложно. Вот бы под руку подвернулся аргентинец!
Глория. Она перебарывает удивление, отправляется за ключом на ресепшен, и вдруг туда врывается футбольная команда.
Сесилия. А до этого, едва услышав ее речь, управляющий восклицает: «Сеньора! Вы ведь из Аргентины, не подскажете, как нам вытащить быка из сада?»
Габо. Эти операции всегда осуществляет страна-организатор. А что, если все это подстроил аргентинец? Точно! Наш аргентинец – организатор Недели Аргентины!
Роберто. После инцидента с быком она переходит на террасу и слышит шум со стороны улицы. Выглядывает из-за балюстрады и видит, что приближаются футболисты. За ними – сотни аргентинских туристов размахивают аргентинскими флагами. Мог бы получиться неплохой кадр, если бы она увидела маленькие флажки, выплывающие над оградой.
Маркос. Когда вертолет приземляется и бык оказывается на террасе, ветер сдувает с героини шляпу. Она хватает полотенце, наматывает его, как тюрбан, и поднимается в номер. Оттуда тоже слышен уличный гомон. Она включает телевизор и кого видит? Аргентинца! У него берут интервью. Парень организует это мероприятие. Так она узнает, кто он.
Габо. Да, но сначала она стала свидетелем прибытия команды, болельщиков, туристов, размахивающих флажками…
Роберто. Можно и без телевизора. Находясь на террасе, наша дама замечает суматоху вокруг прибывшей команды; поднявшись к себе, она слышит шум и гам, выглядывает на балкон и снова видит толпу. Что еще нужно? Лучше показывать действие, а не объяснять его. Будь ваша воля, вы бы и быка допрашивали.
Габо. Итак, еще раз по порядку: часть «А вот и аргентинцы». Сначала вертолет и бык; затем прибытие футбольной команды; затем героиня идет в вестибюль и поднимается в номер. Тем временем подъезжают автобусы, набитые фанатами. Кепки, свистки, футболки, флаги… Ей предстоит столкнуться с целой Аргентинской Республикой.
Сокорро. Если парень – организатор мероприятия, у него каждая минута на счету.
Габо. Он не обязательно должен быть организатором. Может быть, он просто принимает в нем участие. А может, это он продал быка для праздника. До сих пор у него было полно свободного времени, потому что мероприятие еще не началось и команда еще не прибыла.
Роберто. Отель превращается в адское место.
Габо. И даже если бы она его сменила, это не имело бы значения: весь город такой же. Больше некуда идти.
Сесилия. Она все равно пытается, но не может найти место, все занято.
Маркос. Если вы будете менять отель, нужно посмотреть, на какой именно; чтобы им не пришлось танцевать танго в захудалой маленькой гостинице.
Маноло. Она не должна менять отель.
Рейнальдо. Она может хотя бы попытаться.
Габо. Кто-нибудь записывает? Главное – не потерять основные элементы. Нужно сформировать хорошую структуру и затем спокойно ее заполнить.
Маркос. Когда героиня поднимется в свою комнату, то позвонит консьержу: «Можете ли вы объяснить, что здесь происходит?» Тот рассказывает. И в то же время она видит интервью по телевизору…
Маноло. Консьерж объясняет, телевизор показывает, а еще она выходит на балкон и все видит своими глазами.
Габо. Чего уж, не станем мелочиться: она слышит шум с улицы, видит толпу по телевизору и узнает новости от консьержа.
Маркос. Сумасшедшая избыточность. Получать одну и ту же информацию тремя разными способами…
Габо. Итак, последовательность ясна.
Рейнальдо. Все бурлит из-за прибытия команды. Никто не хочет пропустить матч: Аргентина против всех остальных.
Габо. Аргентина против сборной мира. О Маркос, тебя убьют в Буэнос-Айресе! Если бы ты снимал комедию, то героиня бы проснулась около бассейна в тот момент, когда бык выпускает ливень какашек.
Маркос. Она должна что-то ощутить физически; визуального образа недостаточно.
Рейнальдо. Дует ветер: срывает шляпу, сметает зонтики…
Габо. Маркос, не обязательно говорить о какашках напрямую. На героиню падает какая-то зеленая паста, она чувствует запах и бежит принимать душ. И все куда-то убегают. Затем склейка: и она уже в своем номере выходит из душа.
Рейнальдо. И просит объяснений по телефону. Но все можно было сделать в одном месте. В баре у бассейна, естественно, есть телевизор и телефон.
Габо. Ну, она уже сделала то, что должна была сделать. А между тем куда делся аргентинец? Хотя теперь понятно, что фильм не о ней и этом аргентинце, а о ней и
Сесилия. Героиня срочно заказывает такси, но ей отвечают, что все машины заняты.
Виктория. Она заглядывает в телефонную книгу, набирает другой отель, и ей сообщают, что мест нет.
Глория. Когда она звонит на ресепшен, чтобы узнать, что происходит, мы слышим не сотрудника, а голос телеведущего, который и «отвечает» на ее вопрос. Затем она смотрит в окно, потому что чувствует оживление на улице. И наконец, тщетно пытается сменить отель.