Фридрих Хеер – Священная Римская империя. История союза европейских государств от зарождения до распада (страница 73)

То, каким образом политика и экономика были переплетены с религией в XVII и начале XVIII в., иллюстрирует карьера Кристобаля де Рохаса и Спинолы. Будучи испанского происхождения, он стал францисканцем и в 1650-х гг. прожил некоторое время в Кёльне, где проводил занятия для потенциальных новообращенных; ему удалось заручиться поддержкой некоторых влиятельных людей (включая будущего кардинала). Приблизительно в 1660 г. Спинола поехал в Вену, откликнувшись на приглашение первого императорского министра стать его исповедником. Во время турецких войн Спиноле было доверено осуществление нескольких дипломатических миссий. Он пригласил в Вену своего друга Иоганна Иоахима Бехера – ведущего сторонника меркантилистской политики в империи. Спинола поддерживал воссоединение двух церквей как средство для установления мира в империи, а также пропагандировал обретение колоний в надежде на то, что дух примирения быстрее пустит корни на девственной почве, чем на земле, опустошенной Тридцатилетней войной[48]. В 1665 г. он выдвинул идею таможенного союза. Десять лет спустя он был осужден Францией (которая имела все причины бояться его) как еретик и был вынужден защищать себя в Риме. В 1677 г. император отправил его в поездку по империи с тройной миссией: заручиться согласием на формирование постоянной имперской казны, которая стала бы пополняться из налогов на наследство, взимаемых по всей империи; давать советы князьям и городам в части развития их экономики и попытаться путем посредничества преодолеть некоторые разногласия между вероисповеданиями. Еще одним поручением было добиться поддержки идеи создания постоянной армии в империи, которая фактически была сформирована в 1681 г.

«Возрождение» империи после Тридцатилетней войны началось благодаря Людовику XIV, чья экспансионистская политика перешла все границы, которые установил для себя и для Франции Ришелье. В ходе Деволюционной войны (1667–1668) Людовик завоевал часть Испанских Нидерландов, купив сотрудничество князей на юго-западе и северо-востоке империи, особенно электора от Кёльна (Ахенский мир, 1668). Во время Голландской войны 1672–1678 гг. (которую «король-солнце» начал с неожиданного нападения) взаимный оборонительный союз был заключен в 1673 г. между императором, Лотарингией, Нидерландами и Испанией. В следующем году империя объявила войну Людовику XIV. В это время пропагандистская кампания против «нового Сулеймана» достигла своего апогея. Европа вся гудела из-за Людовика, а протестанты приветствовали императора Леопольда как нового спасителя Европы.

Людовик ввел в игру шведов, поляков (французский кандидат на польский трон Ян Собеский выиграл выборы в 1674 г.), венгерских мятежников и турок. Антифранцузская коалиция распалась, и согласно условиям Нимвегенских мирных договоров (1679) Леопольд был вынужден признать большинство завоеваний Франции. Теперь Лотарингия оказалась под французской оккупацией; французские дипломаты и войска хлынули в западные регионы империи (1679–1684): Эльзас и графства Саарбрюккен и Цвайбрюккен были оккупированы, а Страсбург и Люксембург превратились в крепости, целью которых немедленно стало защищать экспансионистскую Францию и обеспечивать плацдарм для дальнейших завоеваний. Политическая деятельность Людовика на юго-востоке также приносила свои плоды: большое наступление турок выросло из Мадьярского мятежа, в котором венгерские повстанцы заключили союз с Портой против Габсбургов. В июле 1683 г. Вена была отрезана турками, и императорскому двору пришлось искать убежища в Пассау. Этот успех «короля-солнце», инженеры и саперы которого сопровождали армию Кара Мустафы, вызвал неожиданную реакцию, которая привела к появлению у ворот Вены немецко-польского войска, собранного герцогом Лотарингским Карлом V и королем Польши Яном Собеским, которое освободило город. Это стало поворотным пунктом. После 1683 г. стало возможным начать большое контрнаступление, которое в XVIII и XIX вв. изгнало турок назад в Юго-Восточную Европу.

Ресурсы императора не позволяли ему вести войну на два фронта. Чтобы продолжить свою борьбу с турками, в 1684 г. он заключил с Людовиком Регенсбургское перемирие, которое гарантировало Франции «свободное и беспрепятственное владение» всеми территориями империи, обретенными до 1 августа 1681 г., но в 1688 г., когда Белград – врата на Балканы – был захвачен у турок, Людовик начал свою третью завоевательную войну, вторгшись в Палатинат (война Аугсбургской лиги, 1688–1697). Его предлогом к войне было (спорное) притязание жены его брата на наследование Палатината у электора, умершего бездетным в 1685 г. Теперь «королю-солнце» противостоял «Большой альянс»: к Аугсбургской лиге, в которую входили император, Швеция, Испания и некоторые князья империи, теперь присоединились Англия Вильгельма Оранского, а впоследствии Испания и Савойя. Преследование Людовиком гугенотов заставило электора Бранденбургского перенести свою лояльность из Парижа в Вену.

В 1689 г. армии Людовика XIV систематически опустошали земли Палатината на обоих берегах Рейна; Мангейм, Шпейер, Вормс, Оппенгейм и Гейдельбергский замок – все пали его жертвами. По Рисвикскому мирному договору (1697) Франция удержала за собой Эльзас и Страсбург, но вернула Лотарингию. В этом же году верховное командование над имперскими войсками принял невысокий и стройный молодой человек, услуги которого уже отверг Людовик XIV, – принц Евгений. Его победы над турками дали императору контроль над Венгрией и Семиградьем (Карловицкий мирный договор 1699 г.). В Войне за испанское наследство (1701–1714) император вместе с Англией, Голландией и Бранденбургом (электор которого 18 января 1701 г. провозгласил себя «королем в Пруссии») сражался с армиями «короля-солнце» на полях битв в Западной Европе, Южной Германии и Италии. В союзниках Людовика были двое Виттельсбахов – Максимилиан Эммануил Баварский и архиепископ Кёльнский Иосиф Клеменс. Самую значимую победу этой большой коалиции одержали Мальборо и принц Евгений в битве при Бленхейме в августе 1704 г. За смертью императора Леопольда в 1705 г. последовало короткое правление его сына Иосифа (1705–1711), который умер от оспы. Тот факт, что его наследник Карл VI был также наследником и Испании, привел к изменению европейской политики. Англия лидировала, заключив мир с Парижем, целью которого было помешать росту испано-австрийского влияния в империи и Европе.

Теперь мы можем вернуться к периоду трудных начинаний Леопольда и его экономической политике. Экономическая война как средство оказания давления на врага не была так уж неизвестна в империи. В 1412 г. король Сигизмунд начал экономическую войну с Венецией, которая продлилась более двадцати лет. В 1597 г. император Рудольф II изгнал из империи английских купцов-авантюристов по политическим причинам (он хотел продемонстрировать свою поддержку Испании). Экономическая политика Леопольда I была направлена главным образом против французов. 7 мая 1676 г. он издал указ, следуя советам экспертов, который запрещал «ввоз в империю любых французских товаров». Это произошло потому, что французы заполонили своими товарами немецкие рынки. Лейбниц отважился предположить, что около одной десятой всей продукции Германии утекало во Францию в качестве платы за французские товары. Бехер оценил французский товарооборот в Германии суммой около четырех миллионов талеров. Под запрет попали предметы роскоши, модная одежда и предметы домашнего обихода; медикаменты и аналогичные товары не входили в их число. Этот указ был подробно обсужден тремя домами имперского рейхстага, собравшегося в Регенсбурге. Он был опубликован в Нюрнберге не менее чем шестьдесят один раз и был даже провозглашен в Базеле и Цюрихе. В имперских городах указ был встречен с тревогой. В ноябре 1676 г. менялы во Франкфурте заявили протест городскому совету, утверждая, что никогда, ни в мирные времена, ни во время войны, христианские народы или варвары не испытывали таких ограничений. Самое яростное сопротивление оказал правитель Баварии, который не хотел рвать свои связи с Францией. Полному выполнению закона мешали некомпетентность имперских чиновников и отсутствие у них систематического руководства. Поэтому в 1677 г. Бехер как генерал-комиссар империи получил указание привести в исполнение первый в империи серьезный запрет – новый запрет на ввоз французских товаров.

Экономическая жизнь в империи в целом и усилия, прилагаемые к тому, чтобы объединить ее в автономную торговую зону, получили новый мощный стимул от агрессивных действий «короля-солнце» и отмены им Нантского эдикта (1685): сорок тысяч французских гугенотов (из трехсот с лишним тысяч эмигрировавших) нашли себе убежище на территории империи. С необычным единодушием, вызванным царством террора Людовика, империя согласилась 7 июня 1689 г. на предложенный императором законопроект, который запрещал «всю торговлю и незаконный оборот товаров, все обмены и переписку – короче, любую форму коммерции, осуществляемой по суше или воде, с врагами империи». Гамбург и Испанские Нидерланды проигнорировали этот императорский указ, и французские товары продолжили поступать в империю через «зеленые границы» между Нидерландами и Францией и между империей и Швейцарией. Эта контрабандная торговля привела к экономической войне между империей и некоторыми швейцарскими кантонами.