Фрэнсис Гис – Брак и семья в средние века (страница 4)

Источниковая база для изучения Средневековья, напротив, значительно менее обильна и еще менее ясна. Для раннего Средневековья она ограничена несколькими хрониками, фрагментами агиографических сочинений, разрозненными судебными и налоговыми записями, археологическими материалами, церковной скульптурой и надписями на могильных плитах. Средневековое искусство по преимуществу религиозно и символично, от стилизованных, хотя и экспрессивных романских скульптур до более репрезентативного готического искусства. После 1000 г. постепенно увеличивается количество письменных свидетельств, включая регистрационные записи. Для позднего Средневековья, особенно в Италии, уже существуют, хотя и в ограниченном числе, все типы источников, характерные для современности. Лишь один вид источника неизвестен почти до самого конца Средних веков — это портрет. Ф. Арьес придал особое значение отсутствию средневековых портретов детей; на самом же деле вообще нет средневековых портретов кого бы то ни было, если не считать портретом условные изображения на могильных плитах. Первые портреты, королей и магнатов, начинают появляться в XV в.; семейный портрет отсутствует до XVII в.

На основе недавних исследований доступных источников, в этой книге будет сделана попытка показать основные линии развития брака и семьи в среде знати, среднего класса, крестьян и ремесленников на протяжении тысячи лет Средневековья (500–1500 гг.). Начав с двойного наследия римского и германского миров и влияния раннехристианской церкви, мы проследим существование семьи в первые пять веков Средневековья вплоть до 1000 г., когда в ее форме и организации происходят важные изменения, и далее в развитое Средневековье вплоть до трагедии Черной Смерти и, наконец, вплоть до XV в. и начала Нового времени. Мы отметим изменения в восприятии семьи, в ее общественной роли, в составе домохозяйства и в ее отношениях с более крупными родственными группами, в влиянии церковных представлений о браке, в распределении власти внутри семьи, в распоряжении собственностью и в ее окружающей среде. Одновременно мы рассмотрим семейные чувства и отношения к сексу.

Нижеследующее представляет собой квинтэссенцию и интерпретацию лучшей и наиболее полезной информации, собранной медиевистами и касающейся брака и семьи. Наше намерение — дать, насколько это возможно, людям Средневековья сказать о себе самим через документальные свидетельства.

Глава 2

КОРНИ: РИМСКИЕ, ГЕРМАНСКИЕ, ХРИСТИАНСКИЕ

Семья Нового времени является результатом исторического развития европейского Средневековья, но ее истоки коренятся в древности. В заключительный период Римской империи происходит постепенное слияние римской цивилизации и германского, или варварского общества, на которые одновременно накладывается третий элемент — христианство. Влияния других цивилизаций или религий осуществлялись почти полностью при посредстве этих трех основных компонентов. Их взаимодействие создало раннесредневековую семью и институт брака с определенными правовыми установлениями и обычаями, а также общепризнанным распределением ролей ее членов.

Ретроспективный взгляд на столкновения и переплетения трех названных элементов в века, предшествующие Средневековью, позволяет выявить главные черты этого важного периода в истории семьи. Возникнув в качестве аграрной республики (после падения древней монархии), Римское государство расширилось в результате завоеваний сначала на весь Апеннинский полуостров, а затем на все средиземноморское побережье. Ко времени жизни Христа оно выросло в полиэтничную военную империю, экономическую основу которой составлял рабский труд, с утонченной городской культурой, процветающей дальней торговлей и развитой технологией гражданского строительства. Захватывающие перипетии политической жизни сопровождались сосредоточением богатств в руках высшего класса, но лишь незначительными изменениями в повседневной жизни массы населения. Победоносные войны обеспечивали средства для знаменитых бесплатных раздач зерна, которые поддерживали и приумножали неработающий городской пролетариат Рима, но не оказывали воздействия на сельских жителей. Воспроизводящее сельское хозяйство с ручными орудиями труда, низко продуктивными сортами зерновых и небольшим количеством скота составляло основу труда и жизни. Фруктовые сады и виноградники дополняли производство зерновых, среди которых первое место занимала пшеница.

Классическим периодом в истории Рима, литература, искусство и обычаи которого обычно и называются собственно римскими, была эпоха Автустов, с принципатом в качестве политического устройства, занимавшая место между Республикой и Империей. По прихоти судьбы именно в эту эпоху родился Христос, и потому в летосчислении она соединяет времена до Рождества и после Рождества Христова. В этот же период происходят важные изменения в римском праве и системе управления, включая судопроизводство, которые в длительной перспективе окажут значительное влияние на европейскую семью.

Спустя более двух столетий после Августа (правил в 27 г. до н. э. — 14 г. н. э.) основанная им империя начала ощущать подземные толчки Великого переселения народов, которое вывело германские народы из долгих сумерек в Западную и Южную Европу. После нескольких столетий катаклизмов (вызванных не только варварами), большинство германских народов осело в Галлии, Италии и Испании, мирно соседствуя с местными жителями и постепенно сливаясь с ними в новые социальные, культурные и политические общности.

Наряду со скудными археологическими материалами наши основные источники информации о варварах — письменные памятники — датируются временем до и после Великого переселения народов. В ранний период два римлянина, Юлий Цезарь (ок. 100–44 гг. до н. э.) и Тацит (ок. 56 — ок. 120 гг. н. э.) на основе собственных наблюдений составили описания варварского мира; в поздний период — судебники франков, бургундов, лангобардов и других германских народов рисуют картину крестьянско-военного общества, сильно напоминающего общество раннего Рима.

Параллельно с Великим переселением происходило возвышение христианской церкви от бесправной, преследуемой, расколотой секты до государственной религии Римской империи. Христианство имело чрезвычайный успех у варваров. Если римский плебс воспринимал христианство постепенно, римская знать — медленно и неохотно, то германские завоеватели различных религиозных убеждений обратились к христианству с радостным энтузиазмом, даже несмотря на то, что некоторые его доктрины сулили серьезные конфликты с варварскими обычаями, как входили эти доктрины в конфликт и с римским правом.

Как и греки, римляне обозначали не малую семью, состоящую из родителей и детей, а более крупные группы людей, составляющих домохозяйство (лат. familia, греч. oikos). Бедное домохозяйство могло включать родителей, детей и других родственников, таких как вдова брата или бабушка. Среднее домохозяйство имело обычно трех-четырех слуг, свободных или рабов. Богатое домохозяйство насчитывало несколько десятков человек, по преимуществу рабов; очень богатое — сотни. В республиканском Риме преобладали небольшие усадьбы, специально поддерживаемые системой наделения военных ветеранов землей, на которой солдат обычно оседал вместе с женой и детьми. Однако в период империи распространились и выросли в размере и числе крупные плантации, или латифундии.

Изначально римская familia, как и ее аналоги в других цивилизациях, была основной экономической, основной социальной, основной правовой, основной образовательной и основной религиозной единицей общества. Экономическая роль семьи первична, потому что ее функция как главной производственной ячейки составляла фундамент для всех прочих. Имущество являлось совместной собственностью семьи. Отдельные члены семьи, связанные и не связанные кровным родством, свободные и рабы, владели незначительным имуществом и имели мало прав как индивиды. Преступления карались внутри семьи или улаживались между заинтересованными семьями, публичное право вторгалось в семейную жизнь крайне редко — лишь в тех случаях, когда возникала угроза безопасности государства или общественного порядка[28].

Религиозные культы были настолько тесно связаны с домохозяйством и домашним очагом, что один из современных исследователей описал римскую религию как «вряд ли нечто большее, нежели спиритуализация семейной жизни»[29]. «Высокие боги» пантеона Олимпа были скорее литературными образами нежели объектами поклонения. В римские храмы обращались по преимуществу за специальными милостями. Напротив, в каждом домохозяйстве имелся собственный частный алтарь, в котором благодаря неутомимой набожности женщин постоянно поддерживалось священное негасимое пламя. У алтаря собирались все домочадцы для поклонения ларам или пенатам, небольшому пантеону низших божеств, связываемых с предками, «человеческим душам, превращенным смертью в богов»[30]. В раннее время статуи лар отмечали границы земельных владений, позднее их алтари устанавливали на перекрестках дорог, таким же образом, как и придорожные распятия в Европе более позднего времени. Когда Август был обожествлен Сенатом, апофеозом его культа стало причисление его образа к ларам во всех римских домах.