Фрэнк Херберт – Ловец душ (страница 31)
Гарсия облизнул пересохшие губы.
– А враг не услышит, как мы погружаемся? – спросил Рамзи.
– Это же твоя идея, Джонни, – напомнил Гарсия. – Ты что, струхнул?
Рамзи проглотил ком в горле.
– Восточникам наверняка известен наш предел погружения, – сказал Боннет. – А металлодетекторы у них так себе. Если повезет, они решат, что мы пошли на корм рыбам, и пожалеют торпед.
– Вот только они не услышат звуков схлопнувшейся лодки, – заметил Гарсия.
– Будем надеяться, – хмыкнул Рамзи.
Гарсия побледнел.
Энсин глянул на главный манометр.
– Наружное гидростатическое давление: 2900 фунтов. – Он повернулся к Боннету. – Капитан…
– Капитан у нас один, – нахмурился тот. – И он в лазарете.
– А вот и нет!
Все разом повернули головы. В проеме кормовой двери стоял Спарроу. Он опирался на металлическую обшивку, на бледном лице поблескивали капельки пота.
– Доложи обстановку, Лес.
Боннет вкратце обрисовал ситуацию.
– Твоя идея? – глядя на Рамзи, спросил капитан.
Тот кивнул, а сам подумал: «Интересно, давно он тут стоит?»
– Какие будут указания? – поинтересовался Боннет.
– Продолжайте согласно плану, – ответил Спарроу. – Сейчас командуешь ты.
Старпом отвернулся к пульту управления.
– Гелий ниже уровня обнаружения, – сказал он. – Зарываемся в тину, Джо?
– Медики говорят, что теоретически человеческий организм выдерживает 400 фунтов в условиях чистого кислорода и карбоангидразы, – сообщил Рамзи.
– Все медики? – уточнил Боннет.
– Не все.
– Зашибись, – хмыкнул Гарсия. – Так и вижу: «Отчет о реакции четырех человеческих тел при давлении в 400 фунтов на квадратный дюйм на борту подводного буксира класса “Адский челнок” с техническими комментариями после вскрытия».
Рамзи поежился и перевел взгляд на красную отметку манометра внутреннего давления: 297 фунтов на квадратный дюйм. Он зачитал вслух показания своего датчика-«вампира»:
– Диффузия CO2 составляет сейчас 0,266. В нынешних условиях наш запас: 0,054.
– Поднимаю внутреннее давление до 350 фунтов. – Боннет открыл клапан и увеличил подачу ангидразы.
– Две минуты до дна, – сообщил Рамзи. – Это длинный подводный утес, идущий миль на десять параллельно нашему курсу.
– Давление стабильное. Сколько у нас времени до того, как неприятель сядет на хвост?
– Пятнадцать минут.
– Самое время проверить, на что способен «Адский челнок», – сказал за их спинами Спарроу.
– Меня больше интересует то, на что способен я, – откликнулся Гарсия.
– По-моему, создавая нас, Господь потрудился на славу, – сказал Боннет.
«Не похоже на старпома, – подумал Рамзи. – Такое скорее в духе Спарроу».
– Смилуйся над нами, Господи, – произнес капитан. – Над недостойными просить твоей милости. Аминь.
– Выровнять наклон, – скомандовал старший помощник.
Гарсия выполнил приказ.
– Включи прожекторы и «глаза» на носу.
Большой экран на передней переборке ожил, явив туннель из света в зеленоватой воде. Вокруг тускло фосфоресцировали бледные очертания подводного мира.
Внутренний манометр остановился ровно на 400 фунтах.
– Опускай потихоньку, – сказал Боннет.
Палуба качнулась.
Давление снаружи поползло вверх: 3400… 3420… 3440…
Рамзи был не в силах отвести взгляд от циферблата.
3500… 3520… 3540…
– Диффузия нормальная, – сообщил Боннет. – Неприятные ощущения есть?
– Я чувствую себя идиотом, – сказал Гарсия.
– Это не в счет.
– Отслеживайте признаки перенасыщения кислородом, – предупредил Спарроу.
Стрелка давления миновала 3600 фунтов… 3620…
– Расстояние до дна?
Рамзи усилием воли перевел взгляд на панель.
– Пятьдесят футов.
– Еще ниже, – скомандовал Боннет.
Палуба вновь качнулась.
Все глаза устремились на экран под манометром.
– Вот он! – выкрикнул Гарсия.
Словно вырезанная из темно-зеленого тумана прожекторами, перед ними образовалась длинная полоса бурого ила. Поверхность покрывали диагональные следы ряби.
Ни единого признака морской живности.
Гарсия повернул носовые рули, и «Таран» мягко приземлился. Экран заволокло бурое облако.
– Выключить двигатели, – отдал команду Боннет.
Рука бортинженера уже лежала на рычаге. Моторы стихли.
– 8460 футов, – выдохнул Рамзи.
– Новый мировой рекорд, – произнес Гарсия.