Фрэнк Херберт – Ловец душ (страница 32)
Спарроу встал в центре командного пункта.
– Благодарю тебя, Господи.
– Я пришел к выводу, что я прирожденный трус, – сознался Рамзи. – Ничто другое не дается мне в жизни так легко.
– Кому еще поплохело от давления? – спросил Спарроу.
– Я по-прежнему чувствую себя идиотом, – сказал Гарсия.
– Кто-нибудь еще?
Рамзи замотал головой и уставился на приборную панель перед собой.
– Диффузия CO2: 0,214, – объявил Боннет. – Мы все еще избавляемся от него быстрее, чем вдыхаем.
– Великий Боже на небесах! – воскликнул Рамзи.
– Где ж ему еще быть? – хмыкнул Гарсия.
– Холодное течение, – пояснил Рамзи. – Прямо над нами.
– Господь накрыл нас своей дланью, – сказал Спарроу.
– Волчья стая движется к югу на восьми тысячах ярдов выше нас.
– Есть признаки, что нас почуяли? – спросил старший помощник.
– Нет.
– Им и в голову не придет искать нас на такой глубине, – ухмыльнулся Гарсия. – Ничего удивительного. У меня самого в голове не укладывается.
– Из-за холодного слоя между нами сигнал постоянно теряется, – сказал Рамзи.
– Шкипер с Богом – приятели, – заверил Гарсия. – Закадычные друзья. То и дело друг друга выручают.
Он слегка покачнулся.
Рамзи схватил его запястье, глянул на показатель «вампира».
– Диффузия в норме. Что с ним?..
– У всех разная реакция на зашкал кислорода, – заметил Боннет.
– Вы чего, парни? – Голова Гарсии мотнулась в сторону, он обвел комнату ошарашенным взглядом.
– Спокойно, Джо, – сказал Спарроу.
– Спокойно?.. Знаю я тебя, шкипер. Опять Давида из себя корчишь. Я все слышал.– Он тряхнул головой, поднял правую руку.– «В беде своей к Господу я воззвал, к Богу моему возопил, и голос мой услышал Он из Храма Своего, и внял Он воплю моему»[16].
– Хватит, Джо. Пошли в каюту – и в койку.
Спарроу взял бортинженера под локоть и подтолкнул к выходу на корму.
– А ну пусти! – Гарсия вырвал руку. Он зашатался, но удержал равновесие, развернулся и посмотрел в упор на Рамзи. – И про тебя я все знаю, мистер Долговязый Джон. Суешь свой длинный нос в мои дела. Думаешь, что-то узнал обо мне? Ни черта ты не узнал! Ни черта!
– Довольно, мистер Гарсия, – железным командирским голосом произнес Спарроу.
– Пардон, шкипер. – Гарсия шагнул к выходу на корму. – Идем. Устал я.
Минуту капитан пристально смотрел на Рамзи, затем отвернулся и вытолкал Гарсию за дверь.
В командном пункте воцарилась тишина, нарушаемая лишь фоновым урчанием приборов.
Наконец Боннет сказал:
– Долговязый Джон? Откуда такое прозвище?
Рамзи продолжал всматриваться в циферблаты.
«Чертова кликуха! Значит, Гарсия знает о моем прошлом».
– Откуда, говорю…
Рамзи резко повернулся к Боннету.
– Я тебя слышу. Один офицер-снабженец сказал, что пират из меня почище Долговязого Джона Сильвера[17]. Ничего особенного.
– А почему пират-то?
– Да стянул кое-какое лишнее оборудование. Под покровом ночи, так сказать.
Боннет улыбнулся.
– Не пойму, чем это не понравилось Джо. Разве что позавидовал.
«Гарсия все разболтает капитану. Как пить дать разболтает».
– Что-то тут жарковато, тебе не кажется? – спросил Боннет. На лице старпома заблестели капельки пота.
Рамзи проверил показания своего «вампира». Температура крови нормальная. Он перевел взгляд на монитор системы терморегуляции.
– Семьдесят один градус.
– У меня все тело чешется, – сказал Боннет.
– У меня тоже, – кивнул Рамзи, борясь с внезапным желанием почесаться.
Старший помощник окинул взглядом оголенные провода системы микроклимата, проверил настройки.
– Выработка ангидразы в два раза выше нормы. Объем газа – двадцать кубических сантиметров на кубометр.
– Мы знали, что действовать придется наугад, – напомнил Рамзи. Он перезапустил сигнал сонара и уставился на дисплей.
– А этого быть не должно, – возразил Боннет. – Карбоангидраза применяется вот уже сорок лет… Слыхать что-нибудь?
Энсин покачал головой.
– С карбоангидразой не все так просто, Лес. Ее достаточно долгое время впрыскивали шимпанзе при давлении в 400 фунтов. Какие-то животные выжили, какие-то нет. И теперь пара гениальных умов утверждает, что нашли тому объяснение.
– Какое?
– Согласно их теории, карбоангидраза действует на довольно туманную штуку в центральной нервной системе, называемую «регулятор метаболизма». Этот регулятор не дает нам сгореть при повышенном содержании кислорода. Так вот, иногда он выходит из строя. В организме возникает обратная связь, которая вызывает амплитуду, приводящую к смертельному исходу.
– А отчего происходит сбой?
– Неизвестно. Может, регулятор метаболизма устает.
– Какова вероятность того, что это случится с одним из нас?
Рамзи серьезно посмотрел на старпома и опять на панель.
– Дурацкий вопрос, Лес.
Боннет покраснел и сжал челюсти.
– Не надейся, что я начну тебя разубеждать, – продолжил Рамзи. – Могу лишь констатировать: пока мы все живы, хоть и слегка того… Сигнал! – Он щелкнул тумблером на гидроакустическом дальномере. – В пятистах ярдах к юго-западу от нас.
– Длань Господня все еще над нами?