Фрэнк Херберт – Ловец душ (страница 27)

«Еще один родовой канал,– подумал он. Удивительно: столько раз ползал по переходам и туннелям во время учений, а такая мысль никогда в голову не приходила.– Все происходит с нами впервые: рождение, смерть.– Ему ужасно хотелось вытереть пот со лба.– Пока не родишься заново, не войдешь…»[14]

Свет фонаря выхватил аварийную дверцу в конце лаза: здесь заканчивалась противорадиационная переборка. Дальше шла тесная, нависающая над реактором свинцовая труба, в самом торце которой находился блок ручного управления. Капитан отпер дверцу и закрепил ее в нише на стене.

Впереди замаячила подсветка реакторного отсека. Голубоватые лучи преломлялись в системе зеркал, создавая причудливый узор из светотеней. Спарроу дюйм за дюймом продвигался к этому свечению.

– Я у блока ручного управления, – сообщил он наконец.

Борясь с подступившим к горлу ужасом, капитан перевернулся на спину. Что ждало его в голубом сиянии реакторного отсека… что? Полный опасностей мир…

Голос Гарсии по связи вывел его из ступора:

– Эй, шкипер, ты в порядке?

– Да, – глубоко вздохнув, ответил Спарроу.

«Притворюсь, что я на учениях, – решил он. – Это всего-навсего очередной экзамен. Не сдам – получу незачет. Они нарочно сорвали рычаги управления с шарниров, и я должен починить их в условиях имитации боевых действий. Старый лейтенант Мори стоит у лаза и от всей души желает мне провала. Реактор не настоящий, это макет в натуральную величину. Никто не станет пускать неопытного курсанта в настоящий реактор. Они ждут, пока ты пройдешь все их дорогостоящее обучение, вот тогда уже их жаба задушит тебя терять…»

– Шкипер, – раздался в наушниках голос Леса.

– Что?

– Ты готов?

– Минутку, Лес.

– Окей.

Спарроу сунул руки в зажимы контроллеров, вставил закрепляющие штыри. Потянул правую рукоятку на себя, наблюдая в зеркало за тем, как захват принимает нужное положение.

– Лес?

– Вижу, шкипер. Подними его на три фута, выровняй с пружиной. Только держи подальше от сломанного шарнира.

Спарроу опустил правую рукоятку и слегка повернул ее, чтобы задействовать гидроусилитель. Захват резко дернулся вверх. Слишком быстро! На лбу выступили капельки пота.

– Чуть помедленнее, – подсказал Боннет.

– Господи,– зашептал Спарроу.– Я уподобился Давиду. «Велико горе мое, но лучше попасть мне в руки Господа, ведь милосердие его безмерно, только бы не попасть в руки людей… Довольно, опусти руку… Это я согрешил, моя вина, а эти люди – овцы, что сделали они?..»[15] Накрой мою руку своею, Господь. Веди меня.

На него снизошло спокойствие.

– Ты что-то сказал, шкипер? – спросил Боннет.

– Я готов, Лес. Направляй.

– Окей. Отведи его дюймов на шесть вверх и на дюйм влево. Действуй как можно медленнее.

Спарроу опустил тягу гидроусилителя, с силой сжал рукоятку. Железная лапа плавно пошла вверх, замерла, отъехала влево.

– То, что надо, шкипер! – похвалил старпом. – Теперь перемести его на три фута вперед, зафиксируй и одновременно приподними задний шарнир, чтобы вставить на место.

Капитан двигал механической клешней, как будто она была продолжением его собственной руки. Он повернул левый контроллер, закрепив конец манипулятора, затем выровнял под него следующее звено.

– Ну как?

– Отлично. Теперь попробуй приподнять все это на дюйм. Осторожно, не задень сломанный шарнир.

– Лес, я не могу видеть одновременно и захват, и примыкающее к нему звено. Буду ориентироваться на последнее.

– Ладно, только поднимай его потихоньку, по четверти дюйма за раз.

Спарроу, кряхтя, сделал первую попытку.

– Сразу на полдюйма, шкипер. Еще разик, на столько же.

Капитан вновь закряхтел, поднял захват.

– Капельку перебрал, шкипер, но кое-какой зазор сохранился.

– Опустить чуток?

– Нет, оставь как есть. Теперь заведи клешню манипулятора за шарнир. Где-то фута на три прямо вперед.

Спарроу вытянул шею, чтобы лучше видеть захват в зеркале. Ему казалось, что он непременно врежется в сломанный шарнир.

«Ни черта не видно, – с досадой подумал он. – Кто вообще принимал и одобрил такую халтуру?»

Он чуть поднял правую руку. Захват резко выдвинулся вперед и замер.

– Повремени-ка маленько, шкипер.

Спарроу уловил в наушниках приглушенное бормотание, потом опять четкий голос Боннета:

– Тебе надо завести все три звена манипулятора с захватом за сломанный шарнир, прежде чем закреплять конец. Так что выравнивай следующее звено.

Спарроу осторожно приподнял еще одну секцию железной лапы.

– Ровно?

– Ровнее не бывает. Теперь толкай вперед.

Движения капитана становились все увереннее. Следующая секция была поднята, выровнена и продвинута дальше.

– Еще на фут вперед, шкипер.

Он выполнил указание.

– Теперь самый деликатный момент. Опусти клешню на третий сгиб. Действуй очень медленно и, как только скажу, остановись.

Спарроу потянул лапу вниз. У него возникло ощущение, что он двигает собственной рукой. Он замер еще до того, как Боннет скомандовал «стоп». Теперь захват находился вне видимости, за основным контрольным блоком. Увидеть его можно было, лишь изменив положение как минимум четырех зеркал.

– Главная приводная штанга дюймов на десять под тобой. Тебе нужно чуть согнуть секцию со сломанным шарниром.

– Уж больно не хочется его трогать. Над ним слишком длинное плечо, я рискую все к чертям оторвать.

– Я промерял кронциркулем на экране, – сказал Боннет. – У тебя в запасе будет около дюйма.

Запястья и предплечья Спарроу ныли от напряжения.

– Еще немножко, Господи, – зашептал он. – Почти у цели.

– Готов? – спросил Боннет.

– Да, поехали.

– Окей. Подведи конец манипулятора – четыре дюйма на себя.

Спарроу двинул клешней.

– Теперь опусти на шесть дюймов вниз.

Капитан уверенно выполнил указание.

– Что с выравниванием по горизонтали? – спросил он.

– Полдюйма вправо.

Изменив угол наклона, он продолжил опускать захват.