Фрэнк Херберт – Глаза Гейзенберга (страница 88)

Все собрались в ординаторской, пропахшей хлоркой и мастикой: протестантский капеллан Хардвик – светловолосый щупленький человечек, неизменно носивший не по размеру большие костюмы, в которых казался еще меньше, старшая сестра миссис Норман – седоволосая матрона с обширным бюстом и каменным лицом, над которым белел всегда ровно сидящий чепец, и доктор Вейли. Твидовый костюм еле сходился на его тучных телесах, подернутые сединой виски и начисто выбритые розовые щеки сочетались с настороженным, холодным взглядом водянистых глаз.

Едва заметный за обшарпанным овальным столом сидел пациент; на больничной метке значились номер и имя «Питер». Умственные способности семнадцатилетнего парня были ограничены недостатком хороших генов, возможностей, приличного образования и питания. Недостаток проявлялся во всем его облике: прилизанные белесые волосы, полуприкрытые голубые глаза, тонкий нос, острый подбородок, поджатые губы – он как будто весь съежился и ушел в себя.

Снаружи светило солнце, зеленела трава, пациенты приводили в порядок клумбы к весне. Внутри же ощущался лишь страх пациента перед Вейли, который вел себя как прокурор на допросе.

– Чем думаешь заняться после выписки? – спросил он.

Не отрывая глаз от стола, Питер промямлил:

– Продавать газеты или чистить обувь, чем-то таким.

– Так много не заработаешь. Клиентов привлекают только большие киоски на оживленных перекрестках, – сказал Вейли.

Терлоу недоумевал, зачем психиатр осаживает парня вместо того, чтобы его подбодрить. Он представил себе реакцию Вейли, если бы сам занял место пациента и начал объяснять, что за штуку он видел в ночь убийства: «нечто наподобие летающей тарелки с существами, наблюдавшими за убийцей».

Миссис Норман тем временем листала документы Питера, поступившие из социальной службы, явно не слушая Вейли. Капеллан придвинул к себе папку Терлоу с психометрическим анализом, но заглядывать в нее не спешил – его внимание было всецело поглощено работающим в саду разбрызгивателем.

– Расскажи нам, Питер, как вообще обстоят твои дела, – продолжал Вейли. – Какое у тебя сегодня настроение?

– Хорошее.

– Ты еще наведываешься в швейную мастерскую? Мне кажется, такая работа подошла бы тебе лучше всего.

– Да, я работаю у них с тех пор, как сюда попал.

– А сколько времени ты уже здесь?

– Скоро два года.

– И как тебе?

– Неплохо. Только все думаю, когда вы меня отпустите, чтобы я мог вернуться домой и помочь матери.

– Мы тебя для того и позвали, – сказал Вейли, – чтобы это обсудить.

– Мне уже полгода обещают, – пробубнил Питер. – Зачем меня тут держат? Капеллан говорил, – парень искоса взглянул на Хардвика, – что вы напишете маме и спросите, хочет ли она, чтобы я вернулся. И если да, то он отвезет меня домой.

– Твоя мама нам пока не ответила.

– А мне она написала письмо, что хочет забрать меня домой. Капеллан сказал, что если вы отпустите, он отвезет меня домой. И я не понимаю, почему меня не отпускают.

– Все не так просто, Питер. Капеллан один не решает.

Хардвик раскрыл папку и притворился, что изучает психометрию. Терлоу со вздохом покачал головой.

«Что же это все-таки было? Обман зрения, мираж?» Вопрос уже два дня не давал ему покоя.

– Но он сказал, что отвезет меня домой.

Вейли неодобрительно посмотрел на Хардвика.

– Вы обещали отвести его в Марипозу?

– Если его выпишут, – уточнил Хардвик. – Я сказал, что буду рад его подбросить.

Вейли повернулся к Питеру.

– Сначала нужно кое-что прояснить. Убедиться, что твоя мама согласна, свериться с расписанием капеллана… Если все сойдется, мы тебя отпустим.

Питер застыл с бесстрастным лицом, опустив взгляд на руки.

– Спасибо.

– На этом все, Питер, – сказал Вейли. – Можешь идти.

Миссис Норман поманила ожидающего за экранированным окошком санитара, и, когда тот открыл дверь, Питер встал и поспешил из комнаты.

Терлоу не сомневался, что Питер воспринял слова заведующего как разрешение на выписку. Причем сам Вейли, судя по всему, не отдавал себе в этом отчета. Видимо, считал поставленные им условия невыполнимыми.

– Итак, доктор Вейли, – сказал Терлоу, – вы только что пообещали пациенту выписку в самое ближайшее время.

– Чушь! Ничего подобного я не обещал.

– И тем не менее пациент ушел в полной уверенности, что его вот-вот отпустят. Для этого требуется лишь согласие матери и окно в расписании капеллана Хардвика.

– Так, верните пациента, мы живо разберемся, – буркнул явно рассерженный Вейли.

Миссис Норман вздохнула, прошла к двери и окликнула санитара. Питера вернули и усадили на место. Он сел, ссутулив плечи, и уставился в пол.

– Питер, ты понимаешь, что мы не обещали тебя сразу выписать? – начал Вейли. – Мы должны убедиться, что все в порядке, обстановка дома благоприятная, что для тебя найдется работа. Кроме того мы рассматриваем возможность твоего возвращения в школу на год или два. Так ты сможешь получить более перспективную работу. Ты ведь знаешь, что мы не давали тебе никаких конкретных обещаний?

– Да, знаю. – Питер взглянул на капеллана Хардвика, тот отвел глаза.

– Что вы там сказали про учебу? – вмешался Терлоу.

– Мальчик не закончил школу, – пояснил Вейли. Он повернулся к Питеру. – Ты хотел бы вернуться и закончить среднюю школу?

– Да.

– Тебе нравится ходить в школу? – спросил Вейли.

– Ну да.

– Ты хотел бы получить образование, начать зарабатывать на жизнь, обзавестись семьей?

– Ну да.

Вейли бросил на Терлоу победный взгляд.

– Будут еще вопросы?

Разговор все больше напоминал игру в покер. Питер представлял собой игрока, готового к любому исходу. Он выжидал, пока не будут открыты все карты.

– Скажи, Питер, – начал Терлоу, – тебе больше нравится быть голодным, чем сытым?

– Да. – Парень поднял глаза на Вейли.

– А скажи, – продолжал Терлоу, – черствый сухарь на обед лучше сочного стейка?

– Ну да.

– У меня все, – сказал Терлоу.

По сигналу миссис Норман санитар во второй раз вывел Питера из комнаты.

– Следующего пациента не мешало бы заставить присягнуть, – сказал Терлоу. – Как в суде.

Вейли молчал, перебирая бумаги на столе. Наконец он сказал:

– Не понимаю, к чему вы клоните.

– Вы напомнили мне одного знакомого окружного прокурора, – отозвался Терлоу.

– Вот как? – Глаза Вейли недобро блеснули.

– Кстати, вы в летающие тарелки верите?

Миссис Норман и капеллан одновременно вскинули головы и уставились на Терлоу. Вейли же, наоборот, настороженно откинулся на спинку стула и прикрыл веки.