Фредерик Пол – Рифы Космоса (страница 142)

ЙЪжалуй, русский должен сопровождать Тинку в лагерь гризи. Его даже можно кратко посвятить в тонкости миссии Тинки. Нужно организовать рабочую команду для монтажа ферм. Через- две недели она должна знать все о каждом члене экспедиции.

«Ча-ча-ча» закончилось, и кто-то выключил магнитофон, посмотрев- на Мэгги. Та кивнула и встала. Шум и смех затихли. Сто лиц повернулись к ней. Она улыбнулась, ожидая полной тишины. Они выглядели так же, как слушатели в Вест-Пойнте, как представители в Палате Общин Контреса США, как любые слушатели, перед которыми она выступала. Она всегда могла сделать так, чтобы слушатели полюбили ее, поэтому она любила их.

— Приветствую вас, дорогие друзья' на первых танцах Экспедиции Блока Продовольствия. Я — полковник Марджори Миннингер, США, командир лагеря. Некоторые из вас уже хорошо знакомы друг с другом. Остальным еще только предстоит познакомиться, так как вам ничего другого не остается. Об этом я не беспокоюсь. Вы ведь прекрасно подобранная команда.— Мэгги позволила себе обвести взглядом всю аудиторию и с юмором добавила: — Хотя вы сами не знаете об этом.—  Послышался смех.— Так что теперь давайте знакомиться. Гай! Сент! Где вы? — Она представила Три и Сантангело, вышедших вперед.— Теперь Винс Кудахи. Ты где? Винс — наш математик, и к тому же капеллан: Он согласился быть капелланом нашей миссии, хотя учился в Фордземе. Так что, если кто-то из вас захочет пожениться, у Винса есть право узаконить ваши отношения.— Снова смех.— Он немного старомоден, но для его-обязанностей- это необходимо.— Снова смех, но уже с нотками неуверенности.— А если у вас возникнут некоторые сложности: с женитьбой, то вам надо встретиться с Чичи Аркашвили: Чичи! А, вот она, наш доктор. Постарайтесь обойтись без нее в течение двадцати четырех часов, так как ей нужно развернуть кабинет. А потом она будет готова принять любого из- вас.— На этот раз смеха не было. И Мэгги ждала этого. Она дала время осознать сказанное и продолжала: — Как вы видите; мы планируем создать здесь настоящую базу, так что большинство из вас останется на планете навсегда. Для тех, кто решит остаться и создать семью на Джеме, я предлагаю специальный приз. Тысяча нефтедолларов за первого официального ребенка, родившегося в лагере. И имя ему будет Марджори:— в честь меня, вашего первого начальника.— Дождавшись аплодисментов, она закончила: —А теперь — танцы!

Загремела музыка, Мэгги спрыгнула на площадку, схватила первого попавшегося мужчину и закружилась с ним.

Следующие полчаса Мэгги играла роль хозяйки бала, и это очень ей шло. Она танцевала- с мужчинами, которые жались по уголкам, она следила, чтобы музыка не прерывалась, чтобы выпивка была на столах. Она очень хотела, чтобы на этом празднике не было недовольных. Завтра будет время подумать о том, что нужно сделать для будущей жизни здесь. А сейчас все идет хорошо. При любой возможности она разговаривала то с одним, то с другим о том, что и как нужно сделать. Это привело ее в хорошее настроение, и она по-настоящему наслаждалась танцами. Она пила с теми, кто пьет, курила с теми, кто курит, и танцевала со всеми. Все идет хорошо. Тинка предупредит ее, когда настанет время прекратить танцы. Мэгги танцевала, веселилась и внимательно наблюдала. Из своих наблюдений она извлекла только одно: все развивается так, как она рассчитывала.

Она прошла по кругу, кивая, улыбаясь. Тинка шла за ней, сунув руку в карман и внимательно глядя на нее, готовая к действию в любой момент. Мэгги взглянула на нее и покачала головой. Сейчас она была действительно счастлива и расслабилась. Ей не нужно было ничего. Однако у нее были и свои личные проблемы. Подойдя к доктору, она шепнула ей на ухо:

— Ваши холодильники готовы принять сперму и яйцеклетки, док? Мне кажется, я готова сделать свой вклад.

— Завтра к полудню мы будем готовы,— ответила Чичи Аркашвили.— Но, судя по тому, как часто молодые люди и девушки скрываются в кустах, нам вряд ли это понадобится.

— Лучше подготовиться на всякий случай. Иначе, когда придет время, будет поздно.

Если бы Мэгги имела возможность, она привезла бы с Земли бочку спермы и бочку яйцеклеток. Ибо только с таким генофондом можно рассчитывать на стабильное и здоровое потомство. Тем более, что на таком расстоянии весомость ее аргументов была ограниченной.

Невдалеке от нее сержант Свеггерт, прибывший на первом корабле, домогался любви болгарской девушки Димитровой. В обычное время Мэгги не стала бы вмешиваться, но сейчас Анна была ей нужна для одного дела.

— Тинка,— бросила она через плечо.

— Да, мэм.

— Оставайся рядом.— Мэгги подошла к сержанту и Анне, и те сразу замолчали.

— Простите, что прервала вашу беседу,— произнесла она. Димитрова посмотрела на нее.

— Ничего,— сказала девушка,— сержант хочет мне показать то, чего я не хочу видеть.

Мэгги улыбнулась.

— Ты извинишь нас, сержант? — Когда Свеггерт отошел достаточно далеко, чтобы не слышать, она спросила: — Как насчет индонезийского языка, Димитрова?

— Индонезийского? Это не мой язык, но документ я могу перевести вполне удовлетворительно.

— Мне не нужно переводить документы. Мне надо знать, как сказать: «Доброе утро. А где здесь поле для бейсбола?»

— Что?

— О, черт! Просто скажи, как надо произнести.

Анна поколебалась, а затем сказала:

— Селамат паги. Димана лензиган бейсбол?

— Хм,— Мэгги задумалась, взглянула на Тинку. Та пожала плечами.— Хорошо. Запиши мне эти слова. И еще: «У тебя есть карта?»

— Саудара пунджа пета?

— Слышишь? — спросила Мэгги у Тинки.— Не уверена? Димитрова, ты все запишешь для нее.

Ей показалось, что болгарка будет возражать, но та кивнула, и Анна с Тинкой отошли в сторону. Сержант Свеггерт издали смотрел на них со спокойным интересом. Мэгги засмеялась.

— Ну что, сержант, хочешь пригласить меня на танец? Или ты хочешь показать мне ту маленькую штучку, которой пытался соблазнить Димитрову? Кстати, судя по твоей комплекции, она не такая уж маленькая.

— Черт побери, полковник, ты заставляешь меня краснеть.

— Ну ладно, Свеггерт,— добродушно проговорила Мэгги.— Ты неплохой парень, но сейчас не время для твоих вожделений.

— О, полковник, здесь совсем другое дело! Тут в лагере есть прирученные шаристы. Это очень интересно!

—Да? — Мэгги посмотрела на него и поняла, что им действительно владеют не плотские вожделения.— Я посмотрю.— Мэгги последовала за сержантом и увидела шариста, который был привязан и пел мягкую скорбную песню. Он был гораздо больше по размеру, чем самка, которую она видела, в Детрике,

— Что он говорит? — спросила она.

Сержант сделал строгое лицо и ответил:

— Не знаю, мэм. Хотите поближе посмотреть? Потяните за веревку.

Мэгги задумчиво посмотрела на него. Сержант был прав — это было интересно. Она потянула за веревку.

— Черт! Это существо очень сильное. Эй, Свеггерт! Что ты делаешь?

Сержант наклонился и что-то вытащил из-под брезента.

— Просто факел, мэм.

— Что ты собираешься делать?

Он лукаво улыбнулся.

— Я никогда не видел, но ребята говорят, что это любопытное зрелище. Надо просто поджечь мешок с газом.

Мэгги посмотрела на печальное сморщенное лицо шариста.

— Сержант,— сказала она упрямо,— подожги этот чертов факел.

— Это приказ, мэм?

— Подожги! — крикнула она.— Или...

И он поджег...

Через четыре дня Анна, наконец, получила разрешение связаться по радио с лагерем пипов. Когда дежурный просигналил: «Давай!», она взяла микрофон и заговорила на урду:

— Анна Димитрова из Экспедиции Блока Продовольствия. хочу говорить с Ахмедом Дуллой.

Дежурный включил микрофон и сказал:

— Теперь ждите. Для ответа нужно минут десять.

— Разве я не могу говорить прямо с доктором Дуллой?

— Только не с пипами, мэм. Мы передаем сообщение — они передают ответ. Если захотят.

— Ужасно. Я подожду на улице.— Всходя; она добавила: — Позовите меня, когда придет ответ.

— Заметано.

Какая глупость, думала она, усаживаясь в позе лотоса: под тускло-багровым сиянием Кунга. Десять минут! Но она ждала гораздо1 дольше, чтобы получить возможность услышать голос Ахмеда. Так что этот срок совсем не такой уж большой; В лагерь пипов недавно прилетел корабль, маленький, конечно, но по крайней мере, пипы теперь уже не будут столь беспомощны и зависимы от других колоний. Вокруг лагеря кипела работа. Был очищен и засеян почти гектар земли на склонах холмов уже были установлены столбы с лампами дневного света. Монтировался солнечный генератор; уже действовал небольшой, но надежный атомный генератор.

Анна была лучшим из трех переводчиков экспедиции; а со времени исчезновения Гарриет единственной, кто мог постигнуть все тонкости незнакомых языков; Язык кринпитов она знала не в совершенстве; Но было ясно, что практики у нее здесь будет мало. Что касается подземников, то она провела много времени с Джимом Моррисеем; который, видимо, считал эти существа полностью принадлежащими ему. Микрофоны, которые он устанавливал в туннелях, не доносили ничего, кроме шорохов;, повизгивания, а большей частью эти микрофоны просто воровали.

Но с шаристами у нее дела шли хорошо. Она работала в тесном сотрудничестве с доктором Дейлхаузом, но только по радио, так как ее охватывал страх при одной мысли подняться в небо с помощью такой ненадежной штуки, как воздушный шар. Русский пилот с Тинкой улетели на шарах с каким-то идиотским секретным поручением, а ее вызвали по радиорубке и направили в маленький госпиталь. Там ей было нечего делать, так как еще не было пациентов.