Фредерик Пол – Рифы Космоса (страница 126)

Оставалось самое трудное.

— Ты должен покинуть стаю,— пропел Дэнни.— Она будет в безопасности. Мы вернемся. Но прежде мы с тобой должны найти хайхэй.

Это заняло много времени. Но постепенно смысл дошел до Чарли. Он пропел песню доверия своему другу с Земли, выразив готовность отправиться с ним в трудное и опасное путешествие.

Через час после того, как они опустились вниз, оставив стаю позади, песни Чарли стали печальными. Хайхэй не было видно. Они миновали лагерь Блока Продовольствия, пролетели над побережьем, обогнули залив над колонией пипов. Дэнни уже начал сомневаться, правильно ли компьютеры Земли нашли слова для его песни-обращения. Но вот он уловил в песне Чарли смертельный страх — когда нырнули под скопление облаков. Из одного облака появилась тень хищника-убийцы.

Дэнни испытал искушение убить его из своего карабина. Все-таки приближение хайхэй внушало ужас даже ему. Однако он подавил это желание — ему нужно было продемонстрировать Чарли возможности нового оружия.

— Смотри! — Он поднял оружие, приспособленное для конечностей шариста. Ловя тело небесной акулы в перекрестье прицела, он все время прислушивался к низкому тремоло Чарли, выводящего песню ужаса. Когда акула приблизилась на двадцать метров, он нажал курок.

Десяток металлических игл полетел навстречу акуле расширяющимся конусом. Для успеха достаточно было одной иглы. Воздушный мешок акулы был пропорот в нескольких местах, и из него потекла жидкость. Акула вскрикнула от боли и удивления, но для следующего крика ей уже не хватило воздуха, и она полетела вниз. Ее страшная морда была искажена болью и ненавистью. Ужасные когти конвульсивно сжимались и разжимались в нескольких метрах от них.

Чарли испустил трель изумления, а потом разразился песней триумфа.

— Великолепно, Дэнни! Ты убьешь всех акул?

— Нет, не я, Чарли. Ты сделаешь это сам.— И, зависнув в воздухе, Дэнни стал учить его, как обращаться с оружием. Для существа, которое никогда не имело дело с техникой, умница Чарли довольно быстро освоил все операции. Дейлхауз дал ему возможность немного попрактиковаться, терпеливо показывая, как заряжать, как прицеливаться и стрелять.

Они уже были не одни. Стая полетела за ними и теперь была в полукилометре от них. Ее песни донеслись до Дейлхауза. Он понимал, что стая ждет разрешения приблизиться к вожаку. Внизу был лагерь пипов, и Дэнни мог разглядеть их лица, на которых было написано любопытство. Пусть смотрят, думал он. Пусть видят, как представители Блока Продовольствия налаживают контакты с аборигенами Клонга. Пипов оставалось совсем мало, и не было пока столь разрекламированного пополнения.

Пополнение... Дейлхауз сразу вспомнил, что еще не все сообщил Чарли.

—Это подарок,— пропел он.— Тебе. Но мы тоже хотим кое-что попросить у тебя.

— Что именно? —.вежливо спросил Чарли.

— Я пока не знаю, какими, словами это назвать. Но скоро сумею сказать тебе. Мои соплеменники хотяг попросить тебя доставить кое-что кое-куда. Некоторые из эти\ вещей вы оставите на Земле, другие вернете назад.

Обучая Чарли, как пользоваться камерами и магнитофонами, датчиками и сейсмологическими микрофонами, Дэнни ломал голову рад тем, как объяснить ему, где установить их. Что было так просто на Земле, оказывалось почти невозможным здесь, на Клонге.

— Опасность! Опасность! — раздались крики из стаи.

Дэнни быстро осмотрелся. На них падала тень акулы. Она подлетела сзади, куда Дэнни просто не смотрел, а Чарли был слишком занят новыми игрушками.

Если бы не крики стаи, они были 'бы захвачены врасплох. Однако реакция у Чарли оказалась лучше, чем у Дэнни. Он быстро повернулся и, прежде чем Дэнни успел снять свой карабин с плеча, показал, что хорошо усвоил урок. Хищник, судорожно извиваясь, полетел вниз.

— Прекрасно! — воскликнул Дэнни.

И Чарли запел:

-- Какой чудесный подарок!

Они полетели к стае.

Иглы огня начали вонзаться в стаю. Они прилетали из лагеря пипов.

— Беда! — вскричал Дэнни.— Эти идиоты стреляют ракетами!

Ракеты взрывались в центре стаи, и тут и там вспыхивали огненные факелы водорода.

Прошло совсем немного времени с того момента, как Дулла пришел в себя, поэтому он еще плохо сознавал, что происходит вокруг. Сначала он услышал странные звуки, которые были емс непонятны, и какие-то незнакомые люди тащили его к аппарату, которого он тоже никогда не видел. Затем боль, ужасная боль...

Позже он долго слышал, как люди говорили о нем. Но он не испытывал никакого желания вступать в разговор. Приходя в сознание, он понимал, что боль уже ушла. Эти гризи применили к нему неприятные методы лечения, но они помогли. Он остался жив. Исчезли опухоли, слепота. Он только очень ослабел.

Когда Дулла проснулся в другой раз, он понял, что может держать глаза открытыми. Возле него стоял Фен Хуа-цзе. Китаец очень исхудал. Дулла подумал, что Фен выглядит еще хуже, чем он сам.

— Тебе лучше? — невесело спросил Фен.

Дулла задумался.

— Пожалуй, да. А что случилось?

— Я рад, что тебе лучше. Длинноносые принесли тебя от твоих друзей жуков. Они сказали, что ты будешь жить, но я не поверил. Ты был без сознания очень долго. Хочешь есть?

— Да. Впрочем... нет,— поправился Дулла.— Хочу, но не сейчас. Сейчас я хочу в нужник.

—Тебе помочь?

— Нет, я сам.

— Я рад этому,— сказал Фен, который прислуживал как сиделка, пока Ахмед был без сознания. Пакистанец мучительно медленно поднялся с циновки и, пошатываясь, побрел в уборную.

Он осмотрелся вокруг. Лагерь представлял печальное зрелище. Правда, крутилось водяное колесо, а значит, была энергия. Но где обещанное электричество, богатый урожай, удобства? И где люди?

Фен последовал за ним и грустно смотрел, как Дулла опорожняет мочевой пузырь.

— Почему ты здесь стоишь? — рявкнул Дулла, с трудом затягивал шнур пижамы.— Что происходит? Почему сделано так мало?

Лидер развел руками.

— Что я могу сделать? Нас было десять. Двое умерли в том путешествии, которые ты счел необходимым. Один умер здесь. Двое были так плохи, что их пришлось отправить на Землю — благодаря гризи. Итальянец спит, две женщины собирают топливо.

— Собирают топливо? Разве мы снова стали крестьянами? Лидер вздохнул.

— Я сделал, что мог.— Он сказал фразу, которую часто произносил про себя.— Помощь придет. Сам Наследник Мао распорядился. Два больших корабля, люди, материалы. Скоро...

— Скоро! А до того что? Мы ничего не будем делать?

— Иди в постель,— осторожно сказал Фен.— Ты устал. И утомил меня. Если хочешь — поешь. Еда есть: дали Жирные. Иначе не осталось бы в живых никого.

— Теперь мы уже попрошайки! — вспыхнул Дулла. Он покачнулся и ухватился за плечо Фена.— Для этого я учился столько световых лет. За это я чуть не погиб! Какими мы будем выглядеть идиотами, когда вернемся на Землю.

Фен покачал головой. Он снял с плеча руку пакистанца и пошел в сторону: от давно не мывшегося Дуллы ужасно пахло. Незачем было ему говорить об этом, тэт знал это сам. Фен принял подачку Жирных, так как иначе бы они все умерли от голода. Он принял помощь гризи для освобождения Дуллы и возвращения больных на Землю. А теперь там судачат о том, что Фен Хуа-цзе слабо подготовил доверенную ему экспедицию. Сейчас его наверняка критикуют со всех сторон. Когда он вернется на Землю, если вернется, самое большее, на что он может рассчитывать,— это снова оказаться нищим биохимиком на Желтой реке. А если его не снимут до тех пор, пока не прибудут два больших корабля...

О, тогда... Он снова вспомнил послания с Земли. Второй корабль доставит не десять, не пятнадцать, а целых тридцать пять человек. Агроном... Он продолжит то, что начал Фен, станет возделывать земные злаки. Нет никаких сомнений, что во втором или третьем поколении растения будут давать урожаи. Два высококвалифицированных переводчика, причем один с расщепленным мозгом. Доктор... Нет, поправил себя Фен, хирург с Мировой репутацией, специалист по сложнейшим травмам. Судя по фотографии, ростом метра два и черен, как волос ребенка. Три человека — специалисты по выживанию. Один из них ранее служил в Красной Гвардии, а пройдя курс обучения скаутов, практиковался в пустыне Гоби, затем в Гималаях.

А второй корабль доставит фотоэлектропреобразователи, способные вырабатывать энергию напряжением 230 вольт в большом количестве. Пластик, топоры и мачете, несколько винтовок, легкие велосипеды, компьютере шеститерминальной системой, радиооборудование, лазер. И продовольствие, достаточное для того, чтобы безбедно прожить несколько месяцев...

Это казалось сном.

Но Фен знал, что среди этих тридцати пяти человек обязательно найдется кто-нибудь, кто спокойно подойдет к нему и скажет:

— Фен Хуа-цзе? Меня направил сюда Наследник Мао, чтобы выслушать твои объяснения, почему потерпел неудачу проект, на который мы возлагали столько надежд.

И после этого начнется для Фена самое трудное. Оправданий его никто не примет. Посланника будет интересовать, почему трое умерли, двое отправлены домой, а остальные сделали так мало. Такие мысли теснились в голове Фена. Но он сказал только:

— Иди спать, Дулла. Ты мне уже надоел.

Дулла не пошел спать. Гнев придал ему силы. Он разбудил итальянца.

— О, ты уже ожил? — Спадетти потянулся и погладил подбородок, отливающий синевой.— А мы думали, тебе хана. Я даже держал пари на дневную долю еды.