Фредерик Пол – Дитя звезд (страница 22)

— Ничего.

— Ты так себя ведешь… Я просто не знаю. Словно Машина дала приказ перевести тебя отсюда. Словно с тебя обещали снять воротник.

И это вполне возможно, подумал Райленд. Нужно продержаться еще немного, и у него появится шанс. Он насухо вытерся полотенцем и сказал:

— Почему бы и нет? У Дондерево это получилось.

— Стив, это антиплановые мысли! — официальным юном сказала Анжела. — Я в тебе разочаровываюсь! Никто не сможет бежать способом Дондерево! И даже если бы ты мог, твой долг перед Планом…

— Погоди, — он перестал вытираться и повернулся к Анжеле. — Что ты сказала? Что ты знаешь о Дондерево?

— Я знаю, как он бежал. В конце концов, бежал он отсюда.

Райленд услышал треск, опустил взгляд и увидел половинки разорванного полотенца. Он бросил их на землю и прошептал:

— Как?

Анжела развернула кресло, чтобы оказаться в тени. Она нахмурилась, как бы обдумывая ситуацию, а затем ответила:

— Думаю, вреда не будет. У тебя все равно ничего не выйдет, даже если бы ты решил повторить побег. На это больше никто не способен.

— Анжела! Как он это сделал?

— Ты бы никогда не догадался, Стив. — Улыбка дразнила Райленда. — Он соблазнил неплановыми мыслями группу врачей в этой клинике. Рассказывал о космосе за пределами Плана, пообещал свободу и богатство в рифах Космоса. Он подкупил их, чтобы снять кольцо… с помощью операции.

— Как?

— Предатели-хирурги подделали бумаги. Однажды утром Дондерево вызвали на операцию. На операционном столе его разобрали полностью, включая позвоночник. Перевезли все это в соседнюю операционную и собрали — но уже без кольца на шее. Ты не радуйся, — предупредила она. — Заговор был раскрыт, участники Попали в утилизацию. К сожалению, Дондерево успел бежать.

— Но каким образом?

— Это самое главное. Понимаешь, хирурги пошли на хитрость, чтобы замести следы. Их отходов утилизации они собрали человека и надели на него воротник Дондерево. Это чучело заняло место Дондерево. А потом преследовать было уже поздно.

Райленд зябко поежился, хотя и сидел на солнце. Способ побега казался очень страшным. Да и возможности применить его у Райленда не было.

— Давай займемся чем-нибудь поинтересней, — предложила Анжела.

— Я хочу узнать еще одно. — Он внимательно посмотрел на нее. — Как ты все это узнала?

Она лениво потянулась, медленно, грациозно, как змея.

— Наверное, я могу тебе сказать, Стив. — Она доверительно ему улыбнулась. — Это не секрет, что я работала для Полиции Плана. Сюда я попала по делу Дондерево. Его не могли раскрыть до тех пор, пока я не уговорила одного из тех врачей помочь бежать и мне тем же способом.

Она сладко зевнула.

— Если ты сюда попала как агент, то почему…

Он замолчал, ему было ужасно неловко.

— Почему я до сих пор здесь? Не стесняйся задать этот вопрос, Стив. Я до сих пор здесь, потому что к концу дела я уже была вот в таком виде. Разумеется, только ради меня План не мог пойти на возвращение утилизированного материала… и меня переквалифицировали. Не буду скрывать, сначала это меня беспокоило. Но потом я привыкла. И ты привыкнешь, Стив. У тебя нет выбора.

Глава двенадцатая

Но смириться с судьбой он не мог, как бы ни было сильно искушение. Его разбудил ночной дождь. Перебудив соседей, он выбежал из коттеджа, нашел водосточную трубу и долго пил. Это вернуло ему силы. А наутро он увидел результат: вытянутая вперед рука дрожала! Он нервничал!

И еще хотелось есть.

Вода у него теперь была. Он отыскал кувшин и аккуратно наполнил его водой из десятка водостоков. Вода отдавала цинком и смолой, но была свободна от наркотиков…

Но голод…

Он не стал завтракать.

Утром к нему подошел Опорто. Его быстрые глазки ничего не пропускали:

— Нет аппетита, да?

Райленд отодвинул в сторону нетронутый поднос — соблазнительная ветчина и отличный ароматный кофе!

— Да, что-то не хочется.

Потом, в домике «Президентов Дикси», куда за ним увязался коротышка, он указал на кувшин с дождевой водой.

— Что это?

— Вода. Если вдруг захочется пить. — Райленд позволил себе маленький глоток.

Маленькое смуглое лицо Опорто стало задумчивым.

Райленд обнаружил, что сила рока неотвратимо нависла над ним. Страх высушил рот, нарушил пищеварение, и без того расстроенное неправильным питанием. Но он радовался этому. Он наслаждался дрожью ужаса между лопаток. Он смотрел по сторонам на остальных жителей «Небес» и видел толпу зомби, еще живых, но обреченных на медленное умирание наркоманов. Они смеялись, веселились, прогуливались (если было на чем), будучи уже мертвецами. Кроме Райленда. Он был жив, отдавал себе отчет, что его ждет. И очень хотел есть.

Ему удалось сбежать от Опорто перед полуденной проверкой и выкроить время, чтобы прочесть несколько страниц из дневника.

«16 октября. „Свалку“ только осматривают с обзорной галереи в северной клинике. Иногда там никого нет. Не знаю почему».

«5 ноября. Сегодня был в северной клинике, на пятом этаже, где дежурит охранник. Кажется, я понял, почему иногда охранник отсутствует… Его дважды вызывали помочь перенести пациента, очевидно, это входит в его обязанности. Меня привязали к столу. Лично я не видел, но всякий раз, когда его вызывают, он отсутствует по крайней мере полминуты. Чаще всего вызывают, когда много операций. Следовательно, самое удобное — через три часа после каждой поверки. Утренняя и полуденная отпадают. Во-первых, не удастся отсидеться на „свалке“ более двух часов, во-вторых, „мусор“ выбрасывают только к ночи. Значит, остается ночь. К сожалению, операций в это время делают немного… Сегодня у меня взяли левую ногу, включая бедро».

«3 декабря. Сегодня на утренней поверке вызвали необычно много народу. Ходят слухи, что в Бадже, Калифорния, взорвался завод реакторов и потребуется много запасных частей. Когда же? Сегодня ночью?»

Райленд перевернул страницу с последней записью. Он уже знал, что найдет там.

Д. У. Х. близко подошел к отгадке, но не нашел ее.

Голод начал серьезно мучить Райленда. Организм больше не принимал сахар.

Опорто явно начал что-то подозревать. Он ни на минуту не оставлял Стивена. Сидя спиной к валуну у озера с пальмами, он наблюдал, как Райленд мрачно швыряет камни в кокосовые орехи. Сбить хотя бы один ему не удалось, но посетив несколько рощиц, он нашел упавшую пальму.

— Ты, видно, очень любишь кокосовое молоко, — хмуро заметил Опорто, глядя на Райленда, жадно пробивающего скорлупу.

— Я его обожаю. — На самом деле орех перезрел, и вкус у молока был отвратительный.

— Хорошо идет с чесноком, а? — Опорто имел в виду какие-то дикие коренья, которые откопал Райленд. Их стрелообразные зеленые листья высовывались из травы, а под землей скрывались маленькие, узловатые, с сильным запахом корешки. Опорто заметил, что Райленд пробует их на вкус.

— Оставь меня одного, пожалуйста, — попросил Райленд. — Я… э-э, не совсем хорошо себя чувствую.

— И неудивительно, — вздохнул Опорто. Немного спустя он куда-то побрел.

Райленд сразу о нем забыл. Он был истощен, чувствовал слабость. Это только самовнушение, уговаривал он себя. Потерпевшие кораблекрушение моряки выдерживали месяцы и годы на той диете, и даже более скромной.

Но они, конечно, не подвергались трижды в день искушению хорошенько поесть.

Стоя на берегу озера, Райленд часто с вожделением смотрел на мелких рыбок. Можно было попытаться поймать рыбешку и зажарить на костре. Но он и так привлек к себе внимание, больше рисковать не стоило. Охранники «Небес» наверняка знают, как поступить с колонистом, раскусившим тайну транквилизаторов. Если они обнаружат такого, свяжут и так накачают бунтаря наркотиками, что не поможет никакая сила воли.

Но долго отказываться от еды тоже было невозможно.

Уже сейчас соседи поглядывали на него с нескрываемым любопытством, не говоря об Анжеле Цвик и Опорто, который открыто подозревал его в мыслях о побеге. Сомнений быть не могло — коротышка обо всем догадался.

На следующее утро Райленд скрылся от остальных обитателей и обошел «Небеса» по периферии. После обхода пришлось согласиться — стены были непроницаемы. Оставалась только «свалка».

Остатки утилизованных обитателей орган-банка сначала скапливались в контейнере из нержавеющей стали рядом с северной клиникой. Сейчас там было пусто — тонна человеческих останков была уже переправлена на баржу, и буксир оттащил баржу в море. Горячее солнце блестело на стальных стенках. Резервуар окружала колючая проволока, которую, в свою очередь, скрывали цветущие кусты бугенвилии. Райленд подумал, что проволока, наверное, под током. А может, и нет…

Наверное, не стоит тянуть с побегом. Чем раньше он это сделает, тем больше шансов сохранить тело в целости. На крыше северной клиники виднелись охранники, там же стояли устройства, похожие на мощные прожекторы. Райленд нахмурился. Если «свалку» будут освещать, его задача усложнится. Хотя прожекторы какие-то странные — с рефлекторами, но без линз, и размерами довольно скромные. Райленд сложил пальцы крестом — на счастье. Может, у аппаратов другое назначение? Оставалось только надеяться на это.

— Стив! Стив Райленд! — послышался громкий знакомый голос. Это был Опорто. Он что-то кричал и сильно размахивал руками.

Райленд навстречу не спешил. Откуда коротышка узнал, что он здесь? И почему он так возбужден? Опорто тяжело сопел и выглядел сильно напуганным.