Фред Сейберхэген – Берсеркер: Непобедимый мутант. Заклятый враг. База берсеркеров (страница 62)

Эркюль властно поднял свой штамп и оставил на боксе отпечаток. «Я подтверждаю, что в этом контейнере нет человеческой жизни».

Помощник поглядел на него, слегка удивленный этим поспешным решением:

– Здесьестькакое-то совместное сознание, и я бы сказал, что оно распределено между обоими субъектами. – он говорил деловым, чуть ли не жизнерадостным тоном. Он занимался своей работой достаточно долго, чтобы начать обвыкаться. Но Эркюлю это так и не удалось.

Ни наука, ни музыка, ни другие виды искусства не способны в полной мере выразить несгибаемый человеческий дух. Эта черта характера уходит корнями в слепой рост клеток, взмывает до высочайших вершин интеллекта – и распространена куда шире, чем мы догадываемся.

Щелчок

Глаус Словенско пришел к выводу, что сражение в окрестном пространстве не увидит ни одна живая душа на планете Водопад – разумеется, если сражение вообще состоится.

Глаус стоял в одиночестве на вершине сорокаметровой дюны, вглядываясь в ночные небеса, где пламенели звезды чуждого скопления Бусог, по большей части состоявшего из бело-голубых гигантов, достойных внимания сами по себе. Пожалуй, на подобном фоне самые чудовищные сполохи выстрелов, произведенных межзвездными боевыми кораблями, покажутся жалким мерцанием, думал он. Конечно, если бой разыграется не в ближайших окрестностях планеты.

Невидимый в ночи океан раскинулся до самого горизонта, заметного лишь потому, что в этом месте звезды исчезали. Глаус обернулся, чтобы еще раз оглядеть небосвод с другой стороны. Там, ближе к северу, раскинулась звездная россыпь без конца и края. На северо-востоке, за тонкой пеленой облаков, низко над землей виднелся серебряный месяц, вполне соответствовавший представлениям древних сценографов о том, как следовало бы выглядеть земной Луне. Под этими роскошными небесами раскинулась пустыня размером в целый материк – сплошь камень да песок. На землях Водопада царило безмолвие, жутковатое для слуха землянина; тишину нарушали лишь ветер, журчание стерильных ручьев да изредка раскат грома или рокот самой земли.

Глаус продолжал медленно поворачиваться, пока снова не оказался лицом к югу. Снизу доносился баюкающий плеск ночного моря, создававший ложное ощущение, будто он оказался в родных местах. Потянув воздух носом, Глаус пожал плечами, перестал таращиться на звезды и начал спускаться, осторожно переставляя ноги, по неверному склону дюны. Метрах в ста от него расположилась группа зданий, лабораторий и жилых домиков, жавшихся друг к другу, словно для того, чтобы не чувствовать одиночества, – единственное человеческое поселение на планете Водопад. Этой ночью, как и обычно, окна весело сверкали огнями. Ино Вакру решил, что устраивать затемнение просто-напросто бесполезно, и никто не видел смысла возражать. Если флот берсеркеров соберется сесть на Водопад, четверым беззащитным людям ни за что не укрыться от взоров убийц.

Чуть ли не у самого подножия дюны Глаус вошел в ворота высокого забора из сплавленных камней, призванного защитить поселение от наступавших песков: из-за отсутствия наземной растительности, удерживающей дюны на месте, они порой становились чересчур напористыми.

Буквально в паре шагов от ворот он распахнул незапиравшуюся дверь главного входа в комфортабельный жилой комплекс, что вела в просторную гостиную, заставленную разнокалиберной мебелью, книгами, любительскими произведениями декоративно-прикладного искусства, а также малыми и средними аквариумами. Три человека, составлявшие три четверти населения планеты, поглядели на Глауса в ожидании новостей.

Его жена Дженни Сурья, одетая в шорты и свитер, небрежно причесанная, сидела перед небольшим компьютерным терминалом в дальнем углу комнаты, скрестив длинные изящные ноги. Подняв взгляд на Глауса, она нахмурилась, но как-то рассеянно, словно самые скверные новости волновали ее лишь потому, что отвлекали от работы.

Чуть ближе к Глаусу в просторном кресле сидел Ино Вакру, научный руководитель базы, склонившийся к стойке радиостанции. Должно быть, лет двадцать-тридцать назад он являл собой отличный образчик человеческой породы, но потом едва не погиб во время налета берсеркеров на другую планету. Врачи подлатали его, однако вернуть прежний облик так и не смогли. Из штанин торчали шишковатые волосатые голени, немногим толще, чем у ребенка; цветастая рубашка висела на изувеченном торсе, как балахон. Рядом с Ино, в другом кресле, сидела его жена Гленна Рейес, облаченная в чистый белый комбинезон – свою обычную рабочую одежду. Она была немногим моложе Вакру, но бремя лет тяготило ее не так сильно.

– Ничего не видно, – сообщил Глаус, широким взмахом руки изобразив полнейшую неподвижность небес.

– И не слышно, – проскрипел Вакру, угрюмо кивнув в сторону радиостанции. На экранах устройства мерцали загадочные сполохи, динамики тихо шипели и потрескивали, донося сквозь пространство звуки со звезд и более диковинных астрономических объектов, которые природа поместила в этом уголке Галактики.

Всего несколькими часами ранее, во время короткого осеннего дня, было слышно не в пример больше нынешнего. Получив закодированное послание, возвещавшее о прибытии жизненно важного сообщения, радиостанция с воем пробудилась, после чего проревела сообщение на весь дом и всю территорию базы: люди без труда расслышали ее голос с расстояния в четыреста метров в месте, где они собрались, чтобы полюбоваться на дельфинов.

– Морская Матка, говорит Трубный Глас. Хищники здесь, и мы попытаемся их отогнать. Держитесь. Повторяю…

Сообщение прозвучало еще раз, когда все четверо уже спешили к дому. Как только они переступили порог, радиостанция начала заново воспроизводить автоматически записанный сигнал. Когда же Гленна наконец отыскала засунутую куда-то книгу шифров, они воспроизвели запись еще раз, чтобы окончательно утвердиться в своих худших опасениях.

Код «Морская Матка» обозначал людей, оказавшихся на планете Водопад. Этот код присвоили ей военные уже много лет назад, следуя общепринятой процедуре, но они вряд ли пользовались им хоть раз до этого дня. «Трубный Глас», согласно книге, означал предупреждение о смертельной опасности; к нему могли прибегнуть лишь в том случае, если бы возникло подозрение, что берсеркеры уже находятся в системе Водопада или приближаются к ней. А под «хищниками», естественно, подразумевались не кто иные, как берсеркеры – неживые автономные машины для ведения боя, запрограммированные на уничтожение всего живого на своем пути. Первые берсеркеры были построены много веков назад, во время безумной звездной войны между расами, давным-давно исчезнувшими с лица Вселенной. Война переросла в хроническое противостояние между берсеркерами и вышедшим на просторы Галактики человечеством с Земли, затянувшееся на тысячу стандартных лет.

Вполне понятно, почему предупреждение Трубного Гласа было кратким и неясным. Враг наверняка услышал его одновременно с теми, для чьих ушей оно предназначалось, и, вероятно, сумел бы его расшифровать. Но смысл послания мог поставить его в тупик. Морская Матка вполне могла оказаться еще одним мощным военным флотом человечества, навстречу которому Трубный Глас гнал берсеркеров. Или послание не предназначалось вообще ни для кого, а было отвлекающим маневром, призванным заставить противника впустую расходовать свои вычислительные ресурсы и без толку обшаривать пространство локаторами. И даже если могучие электронные мозги берсеркеров правильно рассчитали бы, что Морская Матка – маленькая и беззащитная цель, оставалась надежда, что берсеркеры стремятся к иным, более крупным целям, либо что человеческий флот теснит их слишком сильно, либо что происходит то и другое разом – и они не станут делать крюк ради такой ничтожной поживы.

После первого предостережения из динамиков радиостанции несколько часов не доносилось ничего, кроме шума. Гленна со вздохом похлопала мужа по руке чуть ниже рукава крикливой рубашки, напомнив:

– Завтра нас ждет трудный день – возня с членистоногими.

– Значит, пора бы передохнуть. Знаю.

В голосе Ино прозвучала усталость, отпечатавшаяся и на лице. Он, единственный из четверых, наблюдал за берсеркерами с относительно небольшого расстояния, и все поникли, увидев, как близко к сердцу он принял весть об их возможном приближении.

– Ты мог бы подключить к радиостанции пищалку, – продолжила Гленна, – чтобы она нас разбудила, если придет еще одно важное сообщение.

«Да, – подумал Глаус, – это не так ударяет по нервам, как пробуждение от гласа небесного, на сей раз грохочущего всего в паре метров от изголовья».

– Да, именно так я и поступлю, – немного поразмыслив, Ино хлопнул ладонью по подлокотнику и постарался придать голосу более веселые интонации. – Ты права, завтра нас ждет трудный день. А в двадцать третьем пора начинать вскармливать раков-кузнечиков.

Он оглянулся на стену рядом с креслом, где висел длинный план этой части побережья с многокилометровой вереницей прудов, бухт, лагун и приливных бассейнов, по большей части естественного происхождения. В основном из-за них базу «Морская Матка» и разместили именно здесь.

Водопад удивительно походил на Землю почти во всем – от солнца и луны до гравитации и атмосферы, но была одна существенная разница: полнейшее отсутствие жизни. Около сорока стандартных лет назад в нескончаемой войне с берсеркерами наступило затишье, возникло впечатление, что человечество может мирно осваивать межзвездные просторы, и на планете начались работы по насаждению жизни. На Водопад прибыли огромные звездолеты с образцами земных существ, была разработана обширная, тщательно продуманная программа по превращению Водопада в близнеца Земли, обращающегося вокруг одного из немногочисленных в Галактике светил солнечного типа.