Фред Сейберхэген – Берсеркер: Непобедимый мутант. Заклятый враг. База берсеркеров (страница 56)

По общественной транспортной сети в любую точку Твердыни можно было добраться за несколько минут. Сейблу предстояло сделать пересадку с движущегося тротуара в скоростной лифт на площади перед рекреационной зоной. Когда он пересекал площадь, то невольно обратил внимание на переливавшуюся огнями алую вывеску, метрах в ста от пассажа: «Контра Руж».

Призрачные преследователи снова появились за спиной, и в попытке отогнать их Сейбл прошел мимо дверей лифта, будто направлялся совершенно в другую сторону. В этот день он не стал надевать голубую рясу, и его появление в пассаже не привлекло внимания ни одного из немногочисленных посетителей.

Светящиеся буквы на информационном табло перед «Контра Руж» извещали, что очередное танцевальное представление состоится лишь через несколько часов. Если бы Сейбл действительно намеревался посетить представление, ему следовало бы знать об этом заранее. Сейбл повернулся и огляделся, соображая, что предпринять дальше. Вокруг не так уж много людей – но все же слишком много, чтобы определить, следит ли за ним кто-нибудь.

Швейцар обратил внимание на посетителя, нерешительно переминавшегося с ноги на ногу, так что Сейбл приблизился к нему и откашлялся.

– Мне нужна Грета Тамар.

Высокий швейцар поглядел на него с кислым видом. Сейбл подумал, что именно так должен глядеть на преступника полицейский.

– Девочки еще не пришли.

– Но ведь она живет где-то поблизости, а?

– С этим обращайтесь в справочную.

Наверное, швейцар слегка удивился, когда Сейбл так и поступил, направившись в ближайшую будку. Автоматическая справочная без промедления напечатала адрес Греты, чем на мгновение озадачила Сейбла: ему представлялось, что девушку должны осаждать поклонники, видевшие ее на подмостках, и она вынуждена хоть как-то ограждать свою личную жизнь. Впрочем, он тут же заметил, что рядом с именем в скобках напечатан сценический псевдоним; вероятно, на запросы по псевдониму никаких сведений не предоставляли – разве что время очередного выступления. Что же до швейцара, то он, несомненно, отвечал на эти два вопроса по двадцать раз на дню и не давал себе труда запоминать имена девушек.

Как и предполагал Сейбл, квартира находилась неподалеку. Снаружи помещение выглядело весьма скромно. На вызов по домофону ответил девичий голос, принадлежавший, однако, не Грете. Сейбл понял, что остаться с ней наедине вряд ли удастся, и почувствовал досаду.

Пару секунд спустя дверь распахнулась. На пороге появилась девушка с фигурой танцовщицы и очаровательным лицом цвета черного дерева, обрамленным невероятными белокурыми волосами.

– Я соседка Греты по комнате. Она подойдет с минуты на минуту. – Девушка смерила Сейбла почти одобрительным взглядом. – Я сейчас ухожу. Но вы можете войти и подождать тут, если хотите.

– Я… да, спасибо.

Задерживаться надолго он не мог. Нужно было оставить в запасе побольше времени, чтобы избавиться от кассеты и поспеть в лабораторию. Но пара минут у него все-таки имелась.

Сейбл проводил блондинку взглядом. Быть может, при случае… Затем, оставшись в одиночестве, обернулся к полузатемненному окну, сквозь которое была видна изрядная часть площади. По-прежнему ни единого человека, смахивающего на соглядатая. Отойдя от окна, Сейбл остановился перед недорогим столиком. Надо ли оставлять записку, если придется удалиться до прихода Греты? И что ей написать?

В этот миг послышался писк висевшего у него на поясе персонального коммуникатора. Поднеся его к глазам, Сейбл увидел на крохотном экранчике лицо главного шерифа Гунавармана.

– Доктор Сейбл, я ожидал застать вас в лаборатории. Пожалуйста, возвращайтесь туда как можно скорее; визит Владыки перенесен на два часа. Где вы сейчас?

– Я… э… – Хотелось бы знать, что там видно Гунаварману? – В рекреационной зоне.

Выражение напускного благодушия, навечно въевшееся в лицо Стража, слегка переменилось – видимо, в нем появился оттенок искреннего веселья.

– Значит, обратный путь не займет у вас много времени. Будьте добры, поторопитесь. Выслать за вами эскорт?

– Нет. Не нужно. Да. Сию минуту.

Значит, его уже поджидают в лаборатории. Быть может, даже встретят у дверей этой квартирки. Вешая коммуникатор на пояс, Сейбл окинул комнатушку оценивающим взглядом. Вот. На одной из стен у самого пола виднелась небольшая вентиляционная решетка, немногим шире ладони. Таких в Твердыне не счесть. Сейбл присел на корточки. Под напором его сильных пальцев пластмассовая решетка упруго изогнулась, легко выскочив из гнезда, и Сейбл опустил магнитофон в темное отверстие, не забыв стереть с него отпечатки пальцев.

Визит Владыки в лабораторию прошел гладко, хотя оказался более продолжительным, чем предполагал Сейбл. Зато он удостоился похвалы за свою работу – во всяком случае, за ту ее часть, которую великий вождь вроде бы сумел понять. Лишь на следующее утро, уже прикидывая, когда следует нанести Грете повторный визит, Сейбл случайно столкнулся с коллегой, и тот обмолвился, что в рекреационной зоне арестовали какую-то неизвестную дамочку.

Ей вменяли в вину обладание запретным устройством. Это был первый подобный арест за многие годы, и, хотя официально о нем пока не объявили, Твердыня буквально гудела от слухов, причем самых разных. Судя по формулировке, арестованная подозревалась как минимум в сношениях с берсеркером; почти такое же обвинение предъявили бы и Сейблу, если бы вскрылись его тайные манипуляции. То была наиболее пагубная разновидность доброжильской деятельности; членство в подпольной ячейке или клубе, куда входили сторонники врагов, не контактировавшие с ними, считалось далеко не столь предосудительным.

Раньше, узнав о находке каких-либо частей берсеркеров, Сейбл всякий раз просил Гунавармана о допуске к исследованиям. Он не осмелился сделать исключение и в этот раз.

– Да, доктор, – ответил Страж, глядя на него с маленького экранчика. – Сегодня мы получили запретное устройство. Почему вас это интересует?

– Полагаю, я уже неоднократно объяснял вам причину. Если есть какая-либо вероятность, что это… устройство… содержит сведения, имеющие отношение к теме моих исследований, я просто обязан прибегнуть ко всем доступным средствам…

– Пожалуй, я могу избавить вас от излишних забот. Это всего-навсего кассета от видеомагнитофона типового образца. Обнаружена вчера вечером при профилактическом обыске квартир новоприбывших в рекреационной зоне. Информация на кассете зашифрована хитроумным образом, мы еще не поняли, как именно. Но я сомневаюсь, что она имеет отношение к космофизике. Разумеется, все это строго между нами.

– Конечно. Но, простите за любопытство, если вы еще не взломали шифр, то откуда знаете, что предмет попадает в категорию запрещенных?

– Способ шифровки, как бы это сказать, отмечен особой печатью. Наши эксперты определили, что на каком-то этапе данная информация хранилась в банках памяти берсеркера. Одна из двух девушек, живших в квартире, покончила с собой прежде, чем мы успели ее допросить, – по виду типично доброжильский выход из запутанной ситуации. Вторая подозреваемая пока все отрицает. Мы вот-вот получим ордер на ЗП, и тогда все прояснится.

– Зондирование памяти? Не знал, что вы все еще имеете право…

– О да. Правда, в наши дни мы обязаны строго следовать процедуре. Допрос проходит в присутствии официальных свидетелей. Если установлена невиновность, его немедленно прекращают. Но в этом случае, по-моему, все пройдет тихо и гладко.

Сейбл тайком заказал распечатку всех судебных документов за прошедшие сутки. И вот: Грета Тамар, санкция на зондирование памяти. По крайней мере, она жива.

Конечно, пытаться помочь ей совершенно бессмысленно. Если зондирование памяти подтвердит ее вину, оно покажет заодно, что Сейбл – всего-навсего ее случайный знакомый. Невиновность девушки наверняка будет доказана, и ее непременно отпустят. Со временем причиненный ее интеллекту ущерб сойдет на нет – во всяком случае, в достаточной степени, чтобы она смогла танцевать и дальше.

А вот с какой стати наложила на себя руки ее подруга по комнате? Ох уж эти артистки. Психическая неуравновешенность…

Даже если властям когда-нибудь станет известно, что он знаком с Гретой Тамар, вовсе незачем лезть на рожон и самому трубить об этом. На самом деле ему даже не положено догадываться, что арестована именно она. Гунаварман не упоминал никаких имен.

Нет, ни за что: в лучшем случае он впутается в канительное, муторное расследование. Более того, он рискует напороться на кое-что похуже.

И вообще, главное – его работа, поиск научной истины. О нем самом и речи нет, не говоря уж о какой-то там плясунье. Если пропадет он, пропадет и вся его работа. Кто еще извлечет из Радианта Тамплиера истины, открывающие для космофизики новые блистательные горизонты? Во всей Галактике обнаружено лишь семь других Радиантов, но ни один не доступен для исследований в такой же мере, как этот, и ни один человек во Вселенной не знает его так же хорошо, как Георгик Сейбл.

Да, пытаться помочь бедной девушке бессмысленно. Но Сейбл с удивлением осознал, что в минутном порыве был готов решиться на это.

Но и замыкаться в четырех стенах, знал он, ни в коем случае нельзя. Если на него пала хоть легкая тень подозрения, если Стражи следят за его перемещениями, внезапное прекращение полевых вылазок вызовет больше проблем, чем их продолжение. Опять же, в пустынных дарданских просторах куда легче определить, следят за ним Стражи или нет.