Фред Сейберхэген – Берсеркер: Непобедимый мутант. Заклятый враг. База берсеркеров (страница 55)

Но когда Сейбл заинтересовался берсеркерами как потенциальным источником сведений о Радианте, он нашел способ приступить к их изучению. Поначалу его исследования были чисто книжными и не касались предмета напрямую, зато продвигались; по любой теме всегда имеется больше сведений, чем думает цензор, а уж кто, как не ученый, умеет искать информацию.

Заодно Сейбл усомнился в качестве научной работы Стражей. Даже если бы они согласились поделиться с ним своими открытиями, вряд ли их топорные методы работы с памятью берсеркеров позволили бы извлечь оттуда что-либо ценное. Конечно, они не рассказывали ему о своих методах, но Сейбл не мог представить себе, что они способны проявить хоть капельку выдумки и изобретательности.

Он прошептал себе под нос, зная, что в скафандре его не услышат:

– Если я хочу получить от собственного компьютера ценные сведения, я не стану разбирать его по винтику. Вместо этого я буду общаться с ним.

Его окружали безмолвие, холод и темнота, и ничего более. Снова усевшись во флаер, Сейбл двинулся дальше и вскоре прибыл к тому месту, где огромный коридор пересекала возникшая после какого-то боя расщелина, в которую едва могла протиснуться его крохотная машина. Медленно развернувшись, Сейбл осторожно повел флаер в трещину. Теперь ему волей-неволей приходилось тащиться медленно, хотя он бывал здесь столько раз, что знал дорогу как свои пять пальцев. Метров через пятьсот муторного, трудного пути фары осветили времянку базового лагеря в расширявшемся коридоре. Строение напоминало пузырь, усиленный ажурной паутиной. Стенки обвисли, но, если впустить туда немного воздуха, под куполом можно было бы работать даже без скафандра. В каменной стене рядом с пузырем Сейбл выдолбил нишу ровно такого размера, чтобы в нее поместился флаер. От предыдущих стоянок на стенках ниши остались небольшие царапины и выщербины. Осторожно загнав машину в нишу, он выключил двигатель.

На этот раз он решил не утруждать себя надуванием палатки, так как не собирался оставаться здесь достаточно долго, чтобы воспользоваться ею. Вместо этого он принялся выгружать из флаера все необходимое, укладывая вещь за вещью в рюкзак. Теперь слежка казалась настолько маловероятной, что Сейбл напрочь забыл о ней. Покончив со сборами, он ступил в одну из разветвленных трещин, змеившихся в разные стороны от того места, где он устроил лагерь.

Но через несколько метров приостановился, настороженно прислушиваясь. Не к несуществующим соглядатаям, которые все-таки могли последовать за ним, а к чему-то шелохнувшемуся впереди. Вдруг он все-таки освободился… впрочем, это было невозможно. Большая часть его мозга лежала в рюкзаке Сейбла. Вокруг были только вековечное безмолвие и лютый холод. Холод сквозь скафандр не проберется. А вот безмолвие…

Берсеркер ни на йоту не изменился с тех пор, как Сейбл покинул его много дней назад, – наполовину погребенный в камне, будто чудовищное механическое насекомое, увязшее в непрозрачном янтаре. Из натека лавы торчали великанские плечи и разбитая голова. Камни расплавил разряд какого-то могучего оружия: это наверняка случилось, когда тамплиеры отбивали крепость у берсеркеров, более века назад.

Впервые наткнувшись на берсеркера, Сейбл тотчас же понял, что мозг машины вполне мог сохранить работоспособность. Но при этом он знал, что точно так же могли остаться работоспособными устройства самоуничтожения, встроенные в берсеркеров во избежание анализа попавших в плен машин: как раз это внезапно вознамерился предпринять Сейбл. И все же ему пришлось порядком собраться с духом, чтобы приступить к работе над частично разбитой черепной коробкой, торчавшей в проходе, будто охотничий трофей, повешенный на стену. Теперь, мысленно оглядывая прошлое, Сейбл чуточку ужаснулся рискованности своего предприятия. Но все-таки он мало-помалу продвигался вперед. Если устройства самоуничтожения и были, они не сработали. Зато теперь он стал победителем.

Вытащив из кармана цезиевый размыкатель, Сейбл поместил его в инструмент, удаливший защитную статглассовую пленку и подготовивший размыкатель к установке на соответствующем этапе реконструкции берсеркера. Сама реконструкция шла гладко и быстро, окончившись за считаные минуты. Не считая установки размыкателя, все свелось к размещению подсистем на нужных местах и подключению портативного источника энергии, который Сейбл отстегнул от пояса; тот должен быть дать берсеркеру ровно столько энергии, сколько понадобилось бы для работы памяти и систем коммуникации.

И все же, как только началась подача энергии, один из тонких обрубков конечностей, торчавших из поверхности скалы, с подвывающим жужжанием завибрировал. Берсеркер пытался двигаться.

Сейбл непроизвольно отошел на шаг-другой. Однако рассудок твердил, что враг совершенно беспомощен и не в состоянии причинить ни малейшего вреда, и, приблизившись к нему снова, Сейбл подключил кабель связи к собственноручно установленному разъему. Потом заговорил, продолжая диалог, начатый в лаборатории:

– Теперь ты обязан, как выразился сам, ответить на любые мои вопросы.

Правда, оставалось неизвестным, насколько правдивыми будут ответы.

– Теперь я обязан, – отозвался берсеркер, говоря собственным голосом: надтреснутым, подвывающим, нечеловеческим.

Охватившее Сейбла чувство облегчения и триумфа было настолько всеобъемлющим, что он, не удержавшись, хихикнул. В словах машины звучала абсолютная, непреложная уверенность, не менее твердая, чем та, которую он проявил во время разговора в лаборатории, заявляя совершенно противоположное.

– Давно ли ты был поврежден и застрял в этой скале? – осведомился Сейбл, легонько покачиваясь с пяток на носки и обратно из-за слабой гравитации.

– Мои счетчики времени не действовали.

Что ж, вполне логично.

– Однако за некоторое время до того, как тебя вывели из строя, твои банки памяти могли зарегистрировать визуальные образы Радианта. Тебе известно, что я имею в виду, из нашего предыдущего разговора в лаборатории. Помни, что я смогу извлечь полезную информацию из самой некачественной, случайной видеозаписи при условии, что она была сделана при свете Радианта, когда ты еще сохранял дееспособность.

– Помню.

В этот миг слух Сейбла уловил натужный скрежет, докатившийся до него сквозь подошвы скафандра из исковерканных недр некогда расплавленной скалы.

– Что ты делаешь?! – резким тоном осведомился Сейбл. Бог ведает, каким оружием был снабжен берсеркер, каким разрушительным потенциалом он все еще обладал.

– Пытаюсь восстановить работоспособность моих встроенных источников энергии, – вкрадчиво отозвался берсеркер.

– Прекрати сейчас же! Источника энергии, подключенного мной, вполне достаточно.

– Приказ принят к исполнению.

Скрежет тотчас же прекратился.

Сейбл лихорадочно пытался нашарить и подключить еще один небольшой прибор, снятый с пояса скафандра. Если бы только его не бросало в пот!

– Послушай. Я принес магнитофон. Ты загрузишь в него все видеозаписи, которые могут оказаться мне полезными для исследования спектра Радианта. Не стирай из своих банков памяти никаких записей. Быть может, впоследствии они мне снова понадобятся.

– Приказ принят к исполнению, – проговорил берсеркер тем же надтреснутым голосом, что и прежде.

Сейбл наконец-то ухитрился подключить магнитофон. Потом присел на корточки и стал ждать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем магнитофон просигналил, что поток данных иссяк.

Пару часов спустя, сидя в своей лаборатории, Сейбл сокрушал взглядом ни в чем не повинные стены. Взгляд его был направлен вниз, в сторону невидимого противника, словно гнев мог испепелить, обратить во прах многокилометровую толщу камня.

Не запись, а сущий хлам. Полнейший бред. Немногим лучше белого шума. Компьютер все еще пытался распутать эту безнадежную белиберду, но, судя по всему, враг преуспел в… впрочем, не исключено, что это были вовсе не козни берсеркера. Вероятно, просто сложности с подключением магнитофонного входа к…

Сейбл отчетливо помнил, что указал берсеркеру спецификации линейного входа магнитофона, но при этом не подчеркнул, что выходные данные должны соответствовать этим спецификациям. И вообще, наверное, ни разу не упомянул о необходимости согласования входов с выходами.

Скверно, Сейбл. Недопустимая ошибка при общении с машинами любого рода. А уж с берсеркером…

Коммуникатор издал мелодичную трель; мгновение спустя на его экране показалось лицо Стража Гунавармана, чей голос раскатился по лаборатории:

– Доктор Сейбл, будет ли ваша лаборатория готова к личной инспекции Владыки через три часа?

– Я… я… да, будет. Более того, сочту за безмерную честь, – спохватившись, добавил Сейбл.

– Хорошо. Отлично. Приготовьтесь встретить службу безопасности минут за пять до его прихода.

Как только Страж дал отбой, Сейбл огляделся. Он почти готов к инспекции. Для демонстрации и обсуждения затеяны кое-какие невинные эксперименты. Почти все сколько-нибудь компрометирующее убрано. Фактически все, кроме… вынув из гнезда компьютера миниатюрную кассету, Сейбл подкинул ее на ладони. Конечно, вероятность того, что гости осмотрят кассету или воспроизведут запись, весьма невелика, не говоря уже о том, что им вряд ли удастся распознать источник информации, если кассету все-таки воспроизведут. И все же в глубине души Сейбл не очень-то полагался на некомпетентность Стражей. Опять же, испытывать судьбу совершенно незачем. На Твердыне наверняка имеются сотни, если не тысячи надежных тайников, где можно спрятать такой маленький предмет. Где никто не заметит кассету, пока не настанет пора забрать ее… ну конечно, в дальнем конце Твердыни, у космопорта, есть камеры хранения.