Франсис Карсак – Львы Эльдорадо (страница 54)

— Я не могу оставаться здесь так долго. Какой там адрес у этой клиники? Пошлю туда ей хотя бы цветы.

Хендерсон замялся всего на долю секунды.

— Это клиника доктора Юкавы... А что, прекрасная идея: цветам, я уверен, она будет рада. Но в данный момент к ней не допускают посетителей, даже меня.

Тераи мысленно усмехнулся. Настаивать не имело смысла. Клиника ММБ была настоящей крепостью.

— Очень жаль, что вы вынуждены улетать так скоро. Но, быть может, мы сможем все уладить? У меня к вам предложение. Как я уже говорил, вы — мой враг, но я вам — отнюдь не враг. Я убежден, что все идет от прискорбного недоразумения, и мы оба лишь выиграем, если покончим с этой враждой. Вы нанесли мне немало могучих ударов, но я до сих пор вас щадил. Вы сорвали мои планы, убили одного из моих лучших агентов...

— Карла Боммерса?

— Да.

— А вы приказали убить моего лучшего друга. Когда я приказал расстрелять Боммерса, я еще не знал этого наверняка — лишь мог об этом догадываться, — но, впрочем, это ничего не меняет...

— К убийству Игрищева я не причастен! Один из моих подчиненных перестарался... Он был за это наказан.

— Неужели? Наверное, как Горон?

— Глядите-ка, вам и это известно? Нет, на сей раз наказание было реальным. Ваш компаньон мог бы мне пригодиться в той же мере, что и вы сами. О, разумеется, я вполне могу обойтись и без вашей помощи, а если потребуется, то запросто вас уничтожу, но я предпочел бы с вами договориться. Что скажете, если я предложу вам пост генерального директора ММБ на Эльдорадо? Изыскатели вас уважают, мои люди боятся, вы уже побратались с вождями многих туземных племен, да и новый император Кено, насколько я понимаю, тоже ваш ставленник.

— Мой друг, мистер Хендерсон!

— Тем лучше! Ну так как, вы согласны?

— А какую политику я должен буду там проводить?

— Нашу, естественно. Но благодаря вам она станет более гибкой и мягкой.

— И зачем же мне предавать все то, что мне дорого? Ради денег? У меня их столько, что мне их на несколько жизней хватило бы.

— Потому-то я даже и не заикался о деньгах. Послушайте, Лапрад. Вы — человек, землянин. Земле нужны металлы. Когда-нибудь, вероятно, мы наткнемся в космосе на Других, наша развивающаяся империя встретится с их империей. И, быть может, это произойдет даже раньше, чем вы полагаете!

— Ха!.. Стало быть, вы тоже задумывались об этом будущем контакте?

— Я только о нем и думаю! К тому времени мы должны быть сильны, как никогда, независимо от того, выйдет ли эта встреча мирной или же нет. Особенно, если она таковой не будет!

— С той земной империей, какой вы ее создаете, она и не может быть мирной. «Покоритесь, или будете уничтожены» — вот ваш девиз!

— А почему бы и нет! Выживает наиболее приспособленный! Кто может поручиться, что у тех, Других, не такой же девиз?

— Предположим. Но зачем ради этого разорять беззащитные планеты? Зачем пробуждать к себе ненависть туземцев? Что вам мешает разрабатывать глубокие земные месторождения? Ведь технически это вполне возможно.

Хендерсон воздел руки к небу.

— Типичная точка зрения простого технаря! Сразу видно, что вы не представляете всей сложности проблемы. Доставлять металлы с планет, расположенных за сотни световых лет от нас, с помощью передатчиков материи в три раза выгоднее, чем добывать их здесь, на глубине в три или четыре километра! Для добычи их здесь пришлось бы значительно понизить уровень жизни землян, и хотя, по совести говоря, они и так уже порядком обленились, если мы покусимся на их жизненный уровень, начнутся бунты, а то, глядишь, и революции!

— Вот вы сказали, что выживает наиболее приспособленный. Надеюсь, что встреча с теми, Другими, когда она произойдет, все же будет мирной. В противном случае, если Земля настолько деградировала, нас прихлопнут, как назойливых мух!

— У нас есть колонии, Лапрад. Они поставят армию. Земля теперь — всего лишь арсенал империи, пусть и на ней еще остается гораздо больше настоящих мужчин, чем мне казалось. Однако даже их не хватит, чтобы осуществить ваш проект глубоких разработок.

Тераи почесал затылок. Хендерсон решил, что геолог колеблется.

— Ну так как, вы согласны?

— Нет. Меня враждебно встретят ваши люди и станут презирать мои. Уж лучше предоставьте это ВБК и...

— Этому сборищу мечтателей?

— ...и через четыре или пять поколений Земля превратится в центр великой конфедерации равных народов, настолько мощной, что нам уже не будет страшна никакая встреча в космосе. А пока, почему бы вам не ограничиться эксплуатацией безлюдных планет, таких, как Хэлл[12] или Густавия?

— Потому что там, на местах, нет необходимой рабочей силы, и вам это прекрасно известно! И туда нельзя доставить на звездолетах тяжелое оборудование — слишком дорого. Да и потом, Лапрад, эти равные народы, как вы их называете, вскоре подомнут нас под себя. Вспомните Рим!

Тераи поднялся.

— Сожалею, Хендерсон, но нам больше не о чем говорить.

Рука Хендерсона легла на красную кнопку в уголке стола.

— Стоит мне позвонить, как сюда войдут пятеро вооруженных охранников, и Тераи Лапрада долго еще никто не увидит!

— Звоните! Перед тем как идти сюда, я заскочил в ВБК. Они знают, где я, и, если я не доложу им, — он взглянул на свои часы, — через десять минут, что жив и здоров, они поджарят вас заживо! Правительство еще не полностью в ваших руках, не забывайте.

— Хорошо, Лапрад, расстанемся по-хорошему, без взаимных угроз. У нас разные взгляды на будущее человечества, но это не значит, что мы не можем относиться друг к другу с уважением.

— Послушайте, Хендерсон, какой смысл нам с вами лгать друг другу? Берегись, а уж я за себя постою, как говорили древние корсиканцы.

Хендерсон пожал плечами.

— Что ж, будь по-вашему! Но вы об этом еще пожалеете!

Горилла Джо ожидал его в коридоре с недовольным видом. Он повел Тераи к лифту, держа руку на рукоятке револьвера. За поворотом на них буквально налетел какой-то человек.

— Что с тобой, Тэд? — проворчал Джо, хватая его за рукав.

— Девчонка! Она сбежала!

— Заткнись!

— Но патрон должен узнать немедленно...

— А этот тоже должен все знать, идиот? — оборвал его Джо, кивнув на геолога. — Это наш смертельный враг! Убирайся! — добавил он, вынимая из кобуры револьвер. — Боюсь, как бы с вами не произошел несчастный случай,- продолжал он с кривой улыбкой. — Теперь вы знаете слишком много!

— Даже если бы я ничего и не понял, ваши последние слова все объяснили, — спокойно ответил Лапрад. — Итак, мисс Хендерсон держали в заключении? Я подозревал это, теперь знаю точно.

— Вот только это тебе уже ничего не даст, потому что...

Ребром левой ладони Тераи ударил его по руке, сжимавшей револьвер. Раздался выстрел, пуля отрикошетировала от металлических стен. В тот же миг правый кулак Лапрада со всего размаха въехал Джо в солнечное сплетение. Охранник согнулся пополам, вновь разогнулся после левого апперкота в подбородок и рухнул на пол. Тераи подобрал револьвер, вырубил громилу ударом рукоятки по голове и прислушался. Все было тихо. Ни торопливых шагов, ни звонков сигнализации.

«Отличное изобретение, эти звуконепроницаемые перегородки!» — подумал Лапрад.

Из здания он вышел без малейших препятствий.

Поймав на улице такси, Тераи попросил довезти его до гостиницы. Что делать дальше, он не знал. Созвать журналистов и восстановить истину об Эльдорадо? Теперь, когда Стелла сбежала, он мог бросить Хендерсону вызов, потребовав показать ее представителям прессы, и... Нет. Единственное, чего он таким образом добьется, — это начала открытой войны на территории врага, тогда как ни ВБК, ни здравомыслящие члены правительства к этому еще не готовы. Собрав вещи, он отправился в аэропорт и первым же самолетом вылетел в Техас, на космодром «Астра», немного удивленный тем, что никто его не преследует.

«Таароа» стоял на взлетной площадке. Подписав бумаги, Тераи направился к звездолету. У входного трапа стоял человек в униформе капитана космического флота Конфедерации, с любопытством разглядывая изображенную на корпусе эмблему: атолл с пальмами, герб Океанической республики. Заслышав шаги, он обернулся.

— Тераи Лапрад! А я-то все не мог понять, что здесь понадобилось кораблю Океании! У вас что, мало своих астропортов, что вы загромождаете наши?

Лукавая улыбка никак не вязалась с агрессивностью сказанного.

— Джек Сильвер! Сколько же мы не виделись?

— Лет десять? Двенадцать? Последний раз это было у тебя, в Торонто, еще до того...

— ...до того, как эти свиньи все там сожгли! Да, прошло уж двенадцать лет.

— И чем ты занимался с тех пор?

— Геологической разведкой. Попутно сколотил состояние.

— Где именно?

— На Эльдорадо.

— Так ты работаешь на ММБ?

— Нет.