Focsker – Мистер Фермер. Морковка за интим! (страница 3)
– Ну так из чего он, твой суп? – сев прям своим вареником мне на живот, глядя в глаза без каких либо лишних мыслей, вновь спросила Кролли.
– Из картошки, лука, свёклы и морковки.
На последнем слове крольчиха руками хватается за сердце. Вздохнув, приподнимается, делает пару шагов назад, а после, ошарашенная услышанным, падает на задницу.
– Не может быть! Святая гора вновь разродилась, ожила! Запретный плод, Морковь Святая, вновь взросла на мёртвой земле. Покажи мне её, человек, имя коему Матвеем. Дозволь увидеть, понюхать, НАДКУСИТЬ…
Глаза крольчихи засверкали нездоровым блеском, её дыхание сбилось, стало тяжёлым, а изо рта рекой полилась слюна.
Слова крольчихи слегка шокировали. Видать, её семейство прям-таки поклонялось этому овощу, а значит, скормив ей или попросту передав остаток морковки, я мог выторговать у её рода что-нибудь ценное для себя. Задумавшись о торгах и выгоде, я наконец-то перестал пялиться на её грудь, и, переведя взгляд в сторону своего лагеря, ответил:
– Иди за мной.
Глава 2
Застыв в молитвенной позе, с открытым ртом, едва сдерживаясь чтобы не заплакать, крольчиха глядела на плавающий в красной жиже надкусанный овощ. Нижняя губа её дрожала от волнения. Протянув руку к не успевшему до конца остыть борщу, Кролли едва звучно пискнула:
– Святотатство!
В её глазах багровое варево выглядело неприемлемым.
Трижды обойдя кастрюлю по кругу, она с замиранием наблюдала за тем, как я в поиске морковки ложкой гоняю содержимое. Кролли до последнего опасалась увидеть в чане мясо, приглядывалась к каждому подозрительному кусочку, но, так его и не обнаружив, слегка успокоилась.
– Смею говорить от имени всех Кролли моего племени: отдай Морковь, Человече! Взамен Кролли дадут тебе всё, что только смогут дать!
Отлично, я как раз собирался предложить то же самое.
– Хм… Отдать предлагаешь? Даже не знаю… – решившись немного поторговаться, я сел у углей и задумчиво повторил: – Даже не знаю… Это ведь сама Морковь!
Крольчиха деловито-понимающе кивнула. В глазах её полыхало пламя уверенности и намерения заполучить искомое.
– Понимаю, Святой овощ – весьма ценный ингредиент, и не каждый может позволить себе его купить. Но можешь быть уверен, Кролли – обеспеченное племя. Продай нам Морковь, лишь цену назови!
Значит, даже кролики в этом мире знают о продажах и торгах? Это хорошо. Но с чего бы мне начать, как узнать истинную ценность надкушенного овоща?
– Что ты можешь предложить мне взамен, Кролли?
– Что пожелаешь, – не сводя глаз с овоща, словно боясь, что я его украду, быстро отвечает крольчиха.
– Нет, так не пойдёт. Я хочу знать, что у тебя и твоего рода есть и чем вы готовы ради морковки пожертвовать.
– Морковь, а не морковка! Не кощунствуй, Матвеем! А пожертвовать мы готовы многим, – без раздумий ответила крольчиха. – Готовы обменять на еду, инструменты, информацию или даже, если потребуется, жизнь.
– Жизнь? – удивился я. – Ты что, готова умереть ради неё?
Крольчиха, опустив ушки, всё так же глядя на морковь, кивнула.
– Если ты позволишь моим братьям забрать Морковь, то да, я готова убить себя и стать кормом! – решительно выдала она, стукнув себя белым кулачком в пышную грудь.
– Братьям? Ты не одна прибыла?
– Нет. Мы, Кролли, слишком трусливы. Севернее, по ветру, меня ждут семеро братьев и трое сестёр. Они вооружены, но не опасны. Мы, Кролли, честное племя и никогда ни на кого первыми не нападаем.
– Вот как…
Все свои эротические, пошлые желания пришлось отодвинуть куда подальше. Крольчиха, которая и так внешне выглядела гораздо сильнее меня, оказалась куда опасней, чем представлялось мне изначально.
– Скажи, почему ты так одержима этой Морковью, что в ней такого? Зачем она тебе так нужна, что ты даже с жизнью готова расстаться?
– Ритуал очищения крови, – подняв ушки и наконец-то оторвавшись от созерцания морковки, отвечает Кролли. – Вид наш грешен, братские и сестринские роды тесно связаны между собой. Спаривание между родственниками хоть и запрещено в нашем клане, но, к сожалению, по-прежнему имеет место быть. Морковь нужна нашим шаманам для изготовления целебной настойки. Долгое время мы добывали её у подножья Хару-Хару, но прознавшие об этом племена Лисов разбили там свой лагерь и стали нападать на наших шаманов. Кролли впервые были вынуждены взяться за оружие. Объединившиеся семьи пошли на Лисов войной, но те перехитрили нас. Заключив договор с Волками, Медведями, Тиграми и даже Гиенами, они заманили нашу армию в ловушку и принялись… пировать. Никто, кроме народа Кролли, не знал, как правильно ухаживать за Морковью. Оттого Хару-Хару – Святая гора – осталась без присмотра. С каждым годом она плодоносила всё меньше и меньше, Морковь гибла, её затаптывали кровожадные варвары. Отряды смельчаков Кролли раз за разом предпринимали попытки добраться до Моркови, но ничего не получалось.
– А почему вы не пробовали выращивать её?
– Пробовали. Не растёт, вернее… эм… Хе-хе…
– Не успевает расти?
– Да. Наши предки, умевшие ухаживать за Морковью, героически погибли в войне. А последующие поколения Кролли оказались несдержанными, не приспособленными для земледелия. Мы хорошо собираем, очень выносливые и ловкие, но пороки наши сильнее воли, которую мы имеем.
– Хорошо, тогда давай так… Морковь у меня всего одна, и я отдам вам её взамен на то, что вы, Кролли, обеспечите меня едой и водой. Съедобные ягоды, грибы, любые другие овощи и фрукты. А так же в благодарность за передачу вам священного овоща кто-нибудь из вашего вида останется мне служить. Договорились?
– Сколько еды тебе нужно на год? Или ты просишь приносить её тебе каждый день? – тут же перешла к делу Кролли.
– На двоих. Каждый день, пока я буду здесь оставаться.
– Сколько зим ты будешь здесь оставаться, Человече по имени Матвеем?
– Не знаю.
– Слишком дорого. Один Кролли останется с тобой, но кормить два взрослых рта бесконечно долго племя не будет. Одну зиму, – заявляет крольчиха.
Я понятия не имел, какая сейчас пора года и как быстро в этом мире меняются сезоны.
– Пять зим.
– Зима, весна и до того, как поспеют первые корешки. У тебя будет свой собственный Кролли. Если не хочешь искать пропитание, заставь его. Другого предложения не будет, Человече. Если ты не примешь его, я буду вынуждена позвать своих братьев.
Крольчиха перешла на угрозы. Мда… Вот что бывает, когда миролюбивое племя загоняют в угол.
– По рукам, – почуяв опасность и исходящую от переговорщицы угрозу, сдался я.
Сунув два пальца в рот, крольчиха прерывисто свистнула. Спустя пару секунд неподалёку от нас послышался точно такой же прерывистый свист, и уже через пять минут к нам примчалась парочка низкорослых ушастых ребят с более звериными мордочками, чем у девушки-кролика. Пересказав им суть нашего договора, гостья получает в ответ грубое, но от того не менее справедливое:
– С каких пор ты стала нашим вождём? Ты не имела права распоряжаться жизнями других Кролли, а потому и принесёшь в жертву свою собственную жизнь.
– Но, брат… Я сделаю это.
Кролли явно надеялась, что как только братья увидят морковь, тут же в благодарность за её находчивость возьмут на себя тяжкое бремя. Но этого не произошло. Никто из них не хотел оставаться с существом, в рот которому все постоянно с опаской заглядывали. Глядя на мои зубы, руки с ногтями, они чувствовали во мне угрозу. Не поверили своей сестре, представившей меня как травоядного. Более того, они вообще не общались с девушкой, как с сестрой. Глядя лишь на морковь, они обращались с сородичем едва ли лучше, чем с рабыней. В отличие от той же самочки, парни, одетые в тряпки и даже в шкуры, выглядели куда крупнее, более сытыми и плечистыми. Оружием их являлась праща – острые звериные зубы, примотанные к палкам, а также странные хлысты с примотанными к концам шипами.
Внезапно из мрака ночи вышел накаченный, вооруженный топором и защищённый деревянными доспехами воин-кроль. Глаза и лоб его скрывала деревянная маска, из-под которой в лунном свете отчётливо выглядывало несколько шрамов, оставленных чьими-то когтями. Мех на его ушах украшала седина, на руках и ляжках виднелись проплешины, оставшиеся после рваных ран.
– Человече Матвеем, эта самка займёт место твоего слуги. Жизнь её в твоих руках. Кролли не будут мстить, даже если ты её убьешь. Делай с ней что хочешь. Еду свою ты также получишь. Дети мои будут приносить тебе её к полудню, пока лесные хищники спят.
Стоявший в отдалении воин-кролик приподнял маску, открыв мне своё изуродованное лицо.
– Па-па… – с обидой склонив голову, спрятала от посторонних свои разочарованные глаза Кролли Муррка.
– Хорошо.
Увидев, как сын крепыша в знакомых традициях протягивает руку, я шагнул ему навстречу и также протянул свою – как думал, для рукопожатия.
– Здесь немного, – сунув мне в ладонь мешочек, проговорил воин. – Остальную еду Кролли принесут к полудню. На этом всё.
– Брат! – глядя вслед повернувшемуся к ней спиной мужчине, жалобно тряся губой, вымолвила Кролли.
– Более мы не родня. Гордись же собой – твоя жертва очистит наш род и спасёт множество нерождённых.
Из глаз Кролли-девушки покатились слёзы.
– Я буду гордиться. Буду. Только навещай меня, пожалуйста…
Мужчина даже на мгновение не замер. Не обернулся, не попрощался. Просто отвернулся от неё. Перед тем, как брат и отец закрыли свои лица масками, лишь на мгновение я увидел, как с огненными глазами и нелепой улыбкой те глядели на морковь в своих руках. «Моя прелесть!» – казалось, Голум ожил, но теперь вместо кольца он обожествлял чёртову морковку. Мерзкое зрелище.