Филипп Жевлаков – Базаров порезал палец. Как говорить и молчать о любви (страница 25)

Б.П. По дневнику Чернышевского складывается впечатление, что чем ближе была его свадьба, тем больше концепций вокруг отношений он генерировал. И эти концепции, находящиеся как бы в русле современной науки, примиряли его с жизнью, успокаивали его тревоги.

Хочется жениться, но есть опасность потерять творческую энергию – Чернышевский находит концепцию «развитых чувств» Фейербаха. И вот уже ему ничего не угрожает, напротив, опыт отношений с женой может сделать его гением.

Сложно найти жену из дворян – он создает концепцию «жены с изъяном». И «дурная» Ольга Сократовна становится идеальным вариантом.

Жена обладает властным деспотичным характером – Чернышевский формулирует концепцию «свободного послушания». И оказывается, что этот деспотизм очень полезен; так жена заставит его, лентяя, действовать.

Три умозрительные концепции должны были сделать Чернышевского «самым счастливым в мире человеком». И кажется, сделали. Ему удалось уладить вопрос с родителями. Несмотря на возражения матери, он получил благословение. Чернышевский и Ольга Сократовна повенчались и сразу после свадьбы уехали из Саратова в Петербург, чтобы вести новую самостоятельную жизнь.

Я чувствую себя совершенно другим человеком. Я стал решителен, смел; мои сомнения, мои колебания исчезли. Теперь у меня есть воля, теперь у меня есть характер, теперь у меня есть энергия!

Страшное семейное счастье

Б.П. И вот наступила семейная жизнь Чернышевских. Как новый человек, как социалист, Чернышевский выступал за эмансипацию, против любого неравенства, в том числе и семейного. Патриархальная модель семьи казалась ему невозможной, а подчинение жены мужу – несовместимым с любовью. Он хотел придумать новый семейный проект в соответствии с новыми, прогрессивными идеями. Поэтому перед тем, как сделать предложение Ольге Сократовне, Чернышевский спросил ее, читала ли она роман «Жак» Жорж Санд.

Жорж Санд была невероятно популярной в среде русских радикалов. В своих книгах она проповедовала идею «реабилитации сердца», «свободы сердца». В традиционную эпоху церковь говорила, что священен брак. А Жорж Санд сказала, что священен не брак, а любовь. Истинная любовь не может быть ограничена узами брака. Если женщина, находясь в браке, полюбила другого, она имеет право на единение со своим возлюбленным, несмотря на общественное мнение. И роман «Жак» был иллюстрацией этой идеи. Он представлял из себя историю любовного треугольника, где благородный муж, узнав о том, что его жена любит другого, совершил самоубийство, чтобы не стоять на пути любви.

Кроме «свободы сердца», Чернышевский хотел предоставить Ольге Сократовне право на измену. По этому поводу он сформулировал теорию «разогнутого лука»: раньше мужчинам можно было изменять, а женщинам нет, а теперь, по Чернышевскому, измена должна быть разрешена только женщинам. Надо разогнуть лук в другую сторону, и только так через некоторое время наступит равноправие.

Поэтому Чернышевский спросил свою невесту, читала ли она роман «Жак». Ольга Сократовна сказала, что роман не читала. Тогда Чернышевский пересказал своей невесте его содержание.

– Неужели вы думаете, что я изменю вам? – спросила Ольга Сократовна.

Чернышевский ответил:

– Я этого не думаю, я этого не жду, но я обдумывал и этот случай.

– Что бы вы тогда сделали? Тоже застрелились?

– Не уверен… Постараюсь достать вам Жорж Санд.

Чернышевский действительно обдумывал возможность измены, и в своем дневнике размышлял о том, что их может ждать в Петербурге с началом семейной жизни.

Что же будет? Что будет, если она окружит себя в Петербурге самою блестящею молодежью, какая только будет доступна ей по моему положению и по ее знакомствам, и будет себе с ними любезничать, кокетничать, и наконец найдутся и такие люди, которые заставят ее перейти границы простого кокетства? Что мне делать?

А если в ее жизни явится серьезная страсть? Что ж, я буду покинут ею, но я буду рад за нее, если предметом этой страсти будет человек достойный. Это будет скорбью, но не оскорблением. А какую радость даст мне ее возвращение!

А если она захочет жить с другим, для меня все равно; если у меня будут чужие дети, это для меня все равно (я не сказал, что готов на это, перенесу это с горечью, но перенесу, буду страдать, но любить и молчать). Если моя жена захочет жить с другим, я скажу ей только: «Когда тебе, друг мой, покажется лучше воротиться ко мне, пожалуйста, возвращайся, не стесняясь нисколько».

Ф.Ж. «Я не сказал, что готов на это, перенесу это с горечью, но перенесу…» Это мне напоминает фразу Лили Брик про Маяковского: «Володя помучается и напишет хорошие стихи».

Почему-то в словах Чернышевского чувствуется легкий флер фетишизма и какого-то эмоционального самоистязания. Не знаю, существует ли эмоциональный БДСМ, но наш герой явно мечтает о жестком воспитании чувств, чтобы стать гением и заняться творчеством.

В современном мире есть термин «эмоциональное самоповреждение», и он частично подходит к тому, что описывает Чернышевский. Как работает физическое самоповреждение? Когда мы делаем себе больно, в нашу кровь поступает адреналин, который снижает душевные страдания. Обычно к этому способу прибегают, когда нет альтернативного варианта или когда людей «плохо слышно» и они беззащитны. То есть это может быть попытка справиться с трудными переживаниями, наказать себя или выразить внутренние страдания.

Эмоциональное самоповреждение существует по таким же принципам. Люди помещают себя, осознанно или бессознательно, в ситуации, причиняющие им душевную боль. Мне приходит на ум фильм «Разрушение» про человека, который переживает смерть жены, погибшей в автокатастрофе. В картине наглядно показан пример того, как горе может выглядеть на самом деле, рекомендую его посмотреть. Если коротко, герой помещает себя в разные травматические ситуации из-за того, что после смерти жены испытывает сильную фрустрацию, переживает, что никогда не любил ее, поскольку ничего не чувствует. Он может влезть в драку, в которой заведомо проиграет, затеять отношения, которые закончатся провалом, чтобы хоть как-нибудь разрушить эту ледяную сферу вокруг сердца, чтобы вновь почувствовать себя живым.

Чернышевский привык к модели «сильный – слабый», где играет роль человека, которого кто-то должен направлять. Если он принесет хорошую жертву, то и направлен будет правильно, если жертва окажется плохой – его направят не туда.

Я думаю, что такая форма отношений может приносить наслаждение и служить доступом к закрытому полю чувств. Представим, что мы вступили в связь с партнером, который то появляется, то исчезает. Когда его нет рядом, нам плохо, мы ничего не можем делать, хочется только утопиться. А с его появлением нашу жизнь заливает такой теплый свет, что мы готовы горы свернуть; наши эмоциональные качели получают толчок и отправляются в полет. Таковы отношения Чернышевского с мамой, которая может его услышать только при угрозе самоубийства; они построены на боли. Наша душа и сердце, как то обычно бывает, стремятся к чему-то знакомому – отсюда брак Чернышевского с Ольгой Сократовной.

«Разве не все мечтают о здоровых, счастливых отношениях?» Увы, это не так. Многие люди такие отношения обесценивают: кто-то в них просто не верит, кто-то считает себя их недостойным, кто-то их боится… Чаще всего это связано со средой, в которой люди выросли. Кажется, и слепому понятно, что Ольга Сократовна никогда не поменяется и не сможет стать тем союзником, о котором так мечтает Чернышевский. Как поет группа СБПЧ: «Все, что может провалиться, – проваливается! Наша идея была провалом!»

Мне очень симпатичны взгляды Чернышевского, я верю, что вторая половинка может воспитать в мужчине лучшие чувства и качества, при этом оставаясь свободной и творческой личностью. Однако это возможно и без истязаний, без жертв и сверхограничений. Чернышевский – мечтатель, который хочет добиться мощной внутренней трансформации, как алхимик, читая древний свиток, стремится открыть философский камень, дарующий невероятные силы, бессмертие и способность превращать метал в золото. Но ходят слухи, что для создания такого камня нужны человеческие жертвы, а это может привести к разрушению души алхимика.

Б.П. Чернышевский признавал за своей женой «свободу сердца» и право на измену, знал, что в Петербурге жену будут окружать много молодых людей, с которыми она, как всегда, станет кокетничать, но надеялся, что скоро они превратятся в идейных соратников, что жена прочитает правильные книги (Фурье и Фейербаха), у нее появятся новые интересы… И ей не захочется изменять.

Но не тут-то было. Ольга Сократовна меняться не собиралась. В петербургской квартире она стала устраивать такие же вечеринки, как в Саратове. На склоне лет она вспоминала счастливые времена молодости в Петербурге, которые проходили в беззаботном веселье: зимой катание на тройках наперегонки, летом – пикники, прогулки на лодках, дома танцы. Рассказывала, что любила незаметно для гостей выбежать в разгар танцев на улицу, чтобы полюбоваться на залитые светом окна своей квартиры и говорить прохожим: «Это веселятся у Чернышевских!»

Право на измену она тоже приняла с благодарностью. «Ах, как много мужчин меня любили, – вспоминала она. – Вот Иван Федорович, к примеру, ловко вел свои дела, никому и в голову не приходило, что он мой любовник… Канашечка-то (Чернышевский) все знал: мы с Иваном Федоровичем в алькове, а он пишет себе у окна». Только представьте эту ситуацию! По описанию кажется, что Чернышевский и его жена с любовником находятся в одном пространстве, разделенном ширмой!