Филип Дик – Золотой человек (страница 75)

Эндрюс энергично поднялся из-за стола.

– Она, – пояснил он, ткнув пальцем вниз, в сторону пассажирских кают, – наверняка помнит все предания о Земле до единого. Мне нужно точно знать, в чем там суть.

– Для чего? Что ты такое задумал?

Эндрюс, развернув большой звездный атлас, провел пальцем вдоль алфавитного указателя и запустил считыватель. Не прошло и минуты, как считыватель выдал нужную карту, и Эндрюс поспешно скормил ее робанту-пилоту.

– Система Эмфора, – задумчиво пробормотал он.

– Эмфор? Зачем нам туда?

– В атласе систем из девяти планет с единственным спутником у третьей значится ни много ни мало девять десятков. Ближайшая из девяноста – система Эмфора. Туда-то мы и отправимся.

– Ничего не пойму, – нахмурился Норман. – Система Эмфора – заштатный перевалочный пункт для торговцев, а на Эмфоре III нет даже блокпоста класса Д.

Капитан Эндрюс натянуто улыбнулся.

– Зато у Эмфора III имеется единственный спутник, притом что он – третья из девяти планет. И это все, что нам требуется. Кто знает о Земле хоть чуточку больше? Может, она? – объяснил он, кивком указав вниз.

– Ясно, – протянул Нортон. – Теперь, кажется, понимаю.

Внизу, под брюхом транспорта, безмолвно вращался Эмфор III – тускло-красная сфера в окружении жидких, болезненно-серых облаков. У выжженных, изъеденных коррозией берегов лениво, тягуче плескались остатки древних морей, загустевших, словно свернувшаяся кровь. Кое-где высились растрескавшиеся, обглоданные ветрами скалы. Унылое однообразие бескрайних голых равнин нарушали лишь глубокие кратеры да громадные, длинные борозды, сплошь, точно жуткие язвы, покрывавшие лик планеты.

При виде всего этого Нортон невольно скривился от омерзения.

– Ты только глянь, а? Неужели там есть хоть какая-то жизнь?

Капитан Эндрюс озабоченно сдвинул брови.

– Да, я и не думал, что ее выпотрошили до такой степени, – признал он и быстрым шагом направился к робанту-пилоту. – Там где-то автозахват должен быть. Попробую к нему подцепиться.

– Автозахват? Хочешь сказать, в этой пустыне кто-то живет?

– Да. Горстка эмфоритов. Остатки какой-то фактории при последнем издыхании, – сверившись с картой, ответил Эндрюс. – Торговые суда сюда нет-нет да заходят, хотя после Центаврианско-Рижской войны в этом районе делать практически нечего.

Внезапно из коридора донесся лязг и шаркающие шаги. В рубку управления, переступив порог, вошла миссис Гордон, поддерживаемая сверкающим сталью робантом. Лицо старухи слегка порозовело от волнения.

– Капитан! Это ведь… это Земля там, внизу?

– Так и есть, – кивнув, подтвердил Эндрюс.

Робант подвел миссис Гордон к главному видеомонитору. Губы старухи дрогнули, на сморщенном, увядшем лице отразилась целая гамма чувств.

– С трудом верится. Вот это вправду Земля? Не может быть…

Нортон, сощурившись, взглянул капитану в глаза.

– Это действительно Земля, – заверил старуху Эндрюс, отведя взгляд в сторону. – А спутник ее, Луна, вскоре взойдет.

Старуха, не ответив ни слова, повернулась к экрану спиной.

Эндрюс, нащупав канал связи с автозахватом, передал управление робанту-пилоту. Подхваченный лучом с Эмфора, транспорт вздрогнул и круто пошел вниз.

– Садимся, – предупредил Эндрюс старуху, коснувшись ее плеча.

– Она ничего не слышит, сэр, – терпеливо напомнил робант.

– Так пусть хоть посмотрит, – буркнул в ответ Эндрюс.

Снизу быстро поднималась навстречу изрытая кратерами, разоренная поверхность Эмфора III. Пронзив насквозь облачный слой, корабль понесся над голой равниной, тянувшейся вдаль, насколько хватало глаз.

– Что здесь случилось? – спросил Нортон Эндрюса. – Война?

– Война. И разработка недр. И время, само собой. Кратеры – скорее всего, воронки от бомб. А некоторые из тех длинных траншей – выработки вроде угольных разрезов. Похоже, планету действительно выпотрошили дочиста.

Внизу мелькнул и исчез за кормой изогнутый полукругом, иззубренный частокол горных вершин. Корабль приближался к гибнущему океану. Вскоре впереди показались темные, грязные волны бескрайнего моря, от края до края заросшего коростой соли пополам с мусором. Кромка воды терялась в грудах всевозможного хлама, выброшенного прибоем на берег.

– Почему здесь так? – внезапно заговорила миссис Гордон. На лице старухи отразились сомнения. – Почему?

– В каком смысле? – спросил Эндрюс.

– Не понимаю. Ничего не понимаю, – бормотала старуха, не сводя глаз с планеты под брюхом транспорта. – Земля же совсем не такая. Земля… зеленая. Зеленая, полная жизни. Синее море и… Почему?..

Встревоженная, она умолкла, оборвав фразу на полуслове.

Эндрюс схватил со стола лист бумаги и крупными буквами нацарапал: «КОММЕРЧЕСКАЯ ЭКСПЛУАТАЦИЯ. РАЗРАБОТКА НЕДР. ЛЕГЕНДАРНАЯ ПЛАНЕТА РАЗОРЕНА».

Миссис Гордон скользнула взглядом по строчке. Уголки губ старухи поникли книзу, по крохотному, одряхлевшему телу волной прокатилась дрожь, в голосе зазвучали пронзительные, визгливые нотки растерянности и возмущения.

– Разорена… Нет! Она же должна быть совсем не такой! Нет! Не хочу, чтоб…

Робант подхватил ее под локоть.

– Ей лучше успокоиться и отдохнуть. Я отведу ее в каюту. Будьте добры, уведомьте нас, когда завершите посадку.

– Непременно.

Эндрюс неловко кивнул робанту, уводящему старуху от видеомонитора. Пальцы миссис Гордон крепко сжимали сталь поручня, на лице застыла гримаса страха и оторопи.

– Здесь что-то не то! – причитала старуха. – Почему она… вот такая? Отчего…

Робант вывел миссис Гордон из рубки управления, и негромкий, тоненький плач ее разом стих, заглушенный створкой гидравлической двери.

Эндрюс перевел дух, обмяк, закурил. Руки его заметно дрожали.

– Господи… Господи, ну и шуму же от нее!

– Садимся, – ледяным тоном предупредил его Нортон.

Стоило им с опаской выйти наружу, в лицо плетью хлестнул холодный ветер. Навстречу пахнуло чем-то удушливым, едким, вроде тухлых яиц, щеки, словно огнем, обожгли принесенные ветром крупицы песка и соли.

Неподалеку, в нескольких милях, лениво плескалось море – загустевшее, вязкое, будто болотная хлябь. Негромкое чавканье волн доносилось даже сюда. Над головой безмолвно, беззвучно хлопая крыльями, пронеслась стайка птиц.

– Чертовски унылое место, – проворчал Эндрюс.

– Уж это точно. Интересно, что обо всем этом думает наша старая леди?

Из люка на спусковой трап выехал блестящий сталью робант, поддерживающий под локоть крохотную старушку. Шла она неуверенно, волоча ноги, крепко вцепившись в металлический поручень робанта. Студеный ветер толкнул ее в узкую грудь так, что едва не сбил с ног. Миссис Гордон пошатнулась, однако тут же двинулась дальше и, сойдя с трапа, ступила на неровную землю.

Нортон сочувственно покачал головой:

– Скверно выглядит. Воздух тут… да и ветрище вон какой.

– Вижу, – буркнул Эндрюс и направился к кораблю, навстречу миссис Гордон с робантом. – Ну? Как она?

– Ей нездоровится, сэр, – ответил робант.

– Капитан, – прошептала старуха.

– Да? Что?

– Вы должны сказать мне правду. Это… это в самом деле Земля? – спросила она, не сводя пристального взгляда с губ Эндрюса. В ее голосе вновь зазвучали визгливые нотки страха. – Вы можете в этом поклясться? Можете?

– Да, Земля это, Земля! – в раздражении зарычал Эндрюс. – Я ведь уже говорил! Конечно, Земля, что же еще?

Однако этого оказалось мало.

– Но здесь же совсем не как на Земле, – охваченная паникой, пролепетала миссис Гордон. – Совсем не как на Земле, капитан. Неужели это и есть Земля?