Фернан Бродель – Грамматика цивилизаций (страница 54)

Короче говоря, Средние века с их медленно развивающейся экономической реальностью вновь вдохнули жизнь (если предположить, что она когда-нибудь здесь затухала) в географическое и человеческое разнообразие Индии. Причем это разнообразие размножалось подобно «тропической растительности»; оно стало одной их основных характерных особенностей индуизма, который оставил в наследство современной Индии то обилие языков, которое сейчас так ей мешает. Но за всеми этими различиями нужно видеть очевидное усиление религиозного и культурного единства.

2. Единство, обусловленное синкретизмом браминов.

В странах Северной Индии индуизм стал религиозной системой, которую брамины создали из элементов ведийских и постведийских верований, из усваиваемых веками неарийских элементов и из множества особых местных культов, взятых на вооружение религией, которая хотела все вобрать в себя.

Какова была роль Южной Индии в медленном процессе становления новой религии? Понемногу Юг приходил на смену Северу в политике, искусстве, а также в разработке религиозного учения. Деканское плоскогорье явило миру в период с VII по XII в. наиболее совершенные и достойные восхищения образцы искусства (классическое и изящное искусство Паллавов, характерное для храмов Махабалипурама; необузданное и превосходное искусство Эллоры; лиричное и чувственное искусство Конарака). Заметим кстати, что еще до появления этих художественных и архитектурных шедевров Южная Индия дала миру двух последних крупнейших индийских философов: Шанкара и Рамануджа.

Индуизм под тысячами различных имен проповедовал единого милосердного и спасительного бога, который охотно позволяет себе поклоняться. Видимость менялась, но сущность нет. Традиционная религиозность взяла реванш над буддизмом и джайнизмом, предварительно заимствовав у них заповеди чистоты, отказа от насилия и даже вегетарианство. Но главное заключалось в том, что отныне они объяснялись и на понятном народу языке.

Индуизм пришел к признанию сосуществования трех основных «верховных» богов: Брахма — создатель мира (именно ему воздавались «литературные почести»); Вишну — охранитель мира; Шива — разрушитель. Одновременно разделяемые и неразделяемые. Роль Высшего существа заключалась в том, чтобы быть провидением для людей. Таким образом объяснялись «приходы на землю» Вишны (аватара), под которыми подразумевались его перевоплощения, необходимые для поддержания мира на земле. Он преображался то в рыбу, то в черепаху, то в огромного кабана, то в человека-льва, то представал — девятая аватара — в облике Будды (буддизм тем самым интегрировался и существующую религиозную систему). Шива, разрушитель, идентифицировался со «смертью, со временем, с тем, что уносит (Хара)». Как и Вишну, он зачастую передавал свои полномочия богиням. На юге Индии он представал мужем королевской дочери («той, у которой глаза рыбы»).

Невозможно углубляться далее в эту чрезмерно богатую мифологию, общую идею которой может дать книга Циммера Мифы и символы в искусстве и цивилизации Индии (1951). Мы не имеем также возможности подробно остановиться на ритуале молитв и жертвоприношений, на культе мертвых, на обряде сжигания, соблюдаемом по сей день большинством индуистов (земле придают только тела детей и аскетов), на длительных и сложных церемониях бракосочетаний. Что касается обрядов, то Индия была и остается в этом вопросе весьма консервативной.

Индия в XIV в.

На этом рисунке представлены основные пути и политические разграничения (на крайнем Юге обозначен эфемерный Мадурский султанат, созданный в 1335 г.)

Главной проблемой для верующего остается его освобождение от земного существования: достигнет ли он рая «по солнечным лучам» в случае благоприятного суждения или же будет осужден на пребывание в аду — в любом случае его будущее не обеспечивается решением, санкционирующим его грехи или компенсирующим его добродетели. Душа его обязательно перевоплотится согласно воле судьбы. Но благодаря молитвам, обрядам, посещению святых мест или талисманам человек может избежать своей кармы, т. е. процесса перевоплощения. Тогда он будет «освобожден». Речь идет здесь о негативном освобождении, принципиально отличном от буддистского пути к духовному освобождению, которое требует очищения и личной аскезы, отказа от святости.

Под плотными пластами индуизма — пластами самой индийской цивилизации — оказался погребенным буддизм (как и джайнизм), некоторые формы которого были ассимилированы, а другие отброшены. Этого не избежала даже Бенгалия, где буддизм некогда пустил глубокие корни. Но пространство, когда-то занимаемое буддизмом, так и не было заполнено. И по сей день в Индии аскет, святой, «отказавшийся от мирских благ», привлекает к себе внимание. Под грузом жестких условностей небольшого общества господствующая религия оставляет право на личную свободу только при условии бедности и «бездействия». Отсюда существование многих сект, которые являются способом интеллектуального и морального освобождения.

Вполне возможно, что именно духовная пустота, оставленная после себя буддизмом, последние гонения на который датируются XII в., объясняет массовый переход в мусульманство в той же самой Бенгалии. Подобное имело место на Балканах, когда гонимые боснийские христиане-богомилы обратились в мусульманство после прихода туда турок в XV в.

• Мусульманская Индия (1206–1757). Появившись в VII в. в связи с возникновением торговых колоний на Малабарском береге, материализовавшись в 711–712 гг. в связи с зарождением различных колоний в континентальной Индии, мусульманская Индия постепенно расширяла свои владения по всей стране до Инда и Ганга. Затем мусульманская Индия попыталась, хотя и безрезультатно, завоевать весь континент.

Полупустынные земли Севера долгое время были недоступны для мусульманских завоевателей. К XI в., в 1030 г., им удалось захватить только Пенджаб. Понадобились два столетия, чтобы образовался Делийский султанат (1206), который распространился на Северную Индию, заняв стратегически важную позицию.

Завоевание этого региона было длительным процессом и в конечном счете привело к его военной оккупации. Мусульманам, численность которых была невелика, удалось закрепиться только в крупных городах, и они могли обеспечивать свое владычество только при помощи террора. Жестокость стала обыденностью: поджоги домов, массовые казни, распятия на кресте или сажания на кол, кровавые забавы… Индуистские храмы разрушались, и на их месте возникали мечети. Время от времени местное население насильственно обращали в ислам. В случае вооруженного восстания проводились массовые репрессии: захватчики сжигали деревни, вытаптывали поля, мужчин убивали, а женщин уводили в рабство.

Чаще всего местное управление оставалась в руках местных князьков или сельских общин, которые превращались в посредников для сбора дани. Взамен им оставляли немного самостоятельности: так было, например, на землях раджи в Раджпутане (Раджастхане).

Индия смогла выжить только благодаря свойственному ее нечеловеческому терпению и своим огромным размерам. Поскольку налоги были крайне велики, то достаточно было неурожая, чтобы вспыхнули эпидемии и начался голод, которые могли разом унести миллионы жизней. Роскошь победителей оплачивалась невероятной нищетой побежденных, обеспечивающих строительство роскошных дворцов и проведение знаменитых праздников в столице султаната Дели, которые вызывали восхищение путешествующих мусульман, среди которых оказался и знаменитый Ибн Баттута.

Делийским султанам повезло, и они смогли избежать первых завоевательных походов монголов Чингисхана и его наследников в XIII в. Они даже воспользовались ситуацией, чтобы расширить свои завоевания на Юг, которому до этого удавалось противостоять агрессорам и мешать созданию новых мусульманских султанатов. Но Тамерлан (Тимур) захватил их земли и в 1398 г. взял приступом Дели, причем город подвергся безжалостному разграблению. Но войска Тамерлана не остались в побежденной стране и вскоре удалились, уведя с собой пленных и захваченные богатства. После их ухода мусульманское владычество в Индии было восстановлено, хотя и оказалось лишено прежнего блеска.

Через сто тридцать лет после этих событий находящаяся в упадке и раздробленная империя была уничтожена, потерпев сокрушительное поражение в битве при Панипате (1526), где ее войскам противостояла армия авантюристов под предводительством Бабура, который был (или называл себя) потомком Чингисхана. Победившая армия была малочисленна, но вооружена аркебузами и пушками, колеса которых на поле сражения связывались цепями, чтобы противостоять возможным атакам конницы. После победы армия быстро пополнилась наемниками из Ирана, Кашмира, других мусульманских и даже западных стран.

Бабур был мусульманином (суннитская ветвь). Это значит, что победа его войска была победой ортодоксального ислама, победой людей с белой кожей, использовавших оружейный порох. Так была создана империя Великих Моголов, которая в принципе просуществовала три столетия, вплоть до 1857 г., когда была уничтожена англичанами во время восстания сипаев. В действительности период ее расцвета закончился после смерти последнего из ее великих правителей Аурангзеба (1618–1707), т. е. еще до оккупации англичанами Бенгалии в 1757 г.