Фергюс Хьюм – Зеленая мумия (страница 56)

– Смейтесь сколько угодно, сэр, – поджала губы миссис Джексон, упрямая старушка, всю жизнь служившая горничной в Аллистон-холле. – Я отдаю отчет в своих словах, и память меня пока не подводит. Я помогла мисс Аллистон раздеться перед сном, а потом пошла из ее комнаты к себе через картинную галерею – так короче. Вдруг цок-цок-цок! Всматриваюсь – эта идет в туфлях на высоком каблуке. Я сразу услышала шелест платья, а когда покойница скользнула мимо, я ощутила запах духов, такой, знаете, как у лепестков розы. Это была леди Мариам, и выглядела она в точности, как на портрете. Я упала в обморок, мистер Бошан, а когда очнулась, дама исчезла.

Мне стало немного не по себе, особенно когда Парсонс, дворецкий, добавил:

– Я не терял сознания, сэр, я – мужчина, но, когда она прошла мимо, по коже у меня побежали мурашки. Со зрением у меня все в порядке, к тому же ярко светила луна. Я отчетливо различил леди Мариам – она не спеша двигалась вдоль Длинной галереи, а дойдя до конца, до портрета музыканта, словно растаяла в воздухе.

– Что вы делали в галерее в столь поздний час?

– Возвращался от хозяина, сэр. Он сильно простудился, и я носил ему лекарство, ром и воду. Теперь мне страшно входить в это помещение. Уверяю вас: там обитает призрак в парче, я еще не выжил из ума!

– Не волнуйтесь, – холодно прервал я его, всем своим видом демонстрируя, что по-прежнему не верю в мистику. – Позовите, пожалуйста, прислугу. Да, всех без исключения.

Через две-три минуты горничные, кухарки и лакеи скучились в комнате и дверях. Женщины охали и причитали, мужчины хмурились. Вероятно, многие уже давно сбежали бы из Аллистон-холла, не будь здесь такие славные хозяева и приличное жалованье. Чтобы успокоить слуг, я произнес короткую речь, доходчиво объяснив, что никакого призрака не существует, а все страхи беспочвенны.

– Господа, вы взрослые люди, – воззвал я к публике. – Вы сами себя пугаете и «заражаете» друг друга какой-то чепухой. Кто-то из вас недобро пошутил, вот и все. Но учтите: я найду хулигана и накажу его. Предупреждаю: будьте начеку, а тому, кто выкидывает эти номера, советую остановиться.

– Ничего подобного! – зашумели в толпе, и кто-то выкрикнул: – Это господские дела! Мы тут ни при чем!

– Тем не менее, – с нажимом продолжал я, – имейте в виду: я лично засяду в галерее с заряженным револьвером, и если так называемый призрак явится туда, то вкусит пороха. Я не допущу, чтобы хозяева и мисс Аллистон страдали из-за выходок какого-то проходимца.

Вновь раздались протесты, и я, распустив собрание, поспешил к себе в комнату переодеться к ужину. На лестнице я встретил незнакомую молодую служанку, миловидную и робкую. Она тревожно взглянула на меня и покраснела.

– Как тебя зовут? – спросил я, останавливаясь.

– Джейн Риордан, – кротко ответила она, опустив глаза, – горничная, я здесь не так давно. Сэр, а в доме и вправду обитает призрак?

– Нет, милая, мертвые никогда не возвращаются в мир живых.

– А как же аэндорская волшебница, вызвавшая дух покойного пророка Самуила?

– Ты верующая, это хорошо. Но к ветхозаветным историям о чудесных явлениях нужно относиться как к легендам.

Она вздрогнула, озираясь по сторонам.

– Я боюсь, сэр, что греха таить? Придется попросить хозяйку рассчитать меня.

– Ни в коем случае, – запротестовал я. – Твой уход всполошит всех слуг. Будь умницей и возьми себя в руки, а тайна скоро раскроется.

– Точно, сэр?

– Обещаю. На худой конец, я умею обращаться с оружием. Ничего не бойся, не глупи и продолжай работать.

Я разговаривал с горничной резковато, но она действительно нервировала меня. Обстановка в доме и без того накалялась – не хватало только паники и массового бегства слуг. Но больше всего меня раздражало поведение мистера Брэга, которого я привык считать здравомыслящим и предприимчивым, что подтверждалось достигнутым им высоким статусом в обществе. Почему же в данной ситуации он уподобился своей суеверной жене и неотесанной челяди? Почему вел себя, как беспомощный ребенок, все время жаловался и не делал ничего, чтобы раз и навсегда покончить с этой средневековой дикостью? Ведь не я, а он, хозяин поместья, должен был взять инициативу в свои руки. Зачем он дожидался меня, когда давно мог поймать «призрака» и водворить порядок в доме? Неужели леди Мариам так опасна, что выбила из колеи даже закоренелого скептика? «Нет, тут что-то не так», – подумал я, решив, что всему виной недостаточная образованность мистера Брэга в области естествознания и его чрезмерная психологическая зависимость от жены. Между тем, миссис Брэг продолжала нести всякую ерунду о призраках и духах и не допускала даже мысли, что привидение в галерее – это вовсе не покойная супруга сэра Уолтера. Неудивительно, что, часами слушая подобный бред, мистер Брэг тоже начал терять рассудок. Что ж, похоже, мне предстояло в одиночку сражаться с таинственной леди в парчовом платье, и я убедил себя, что справлюсь. Я молод, хладнокровен и смел, я – мыслитель и рационалист, выпускник Оксфорда, и меня не испугать никакой чертовщиной.

Однажды вечером мы, как обычно, ужинали вчетвером. Миссис Брэг, не умолкая, трещала о призраке, появление которого, как ей казалось, вполне соответствует семейным традициям Аллистонов. Какие только мистические страсти она на нас не обрушила! Призраки без головы, призраки церковных подворий и подземелий, призраки кладбищ, призраки в доспехах, призраки невидимые, но осязаемые, – обо всем этом она повествовала надрывным тоном, с наслаждением смакуя жуткие подробности. Хелен вздрогнула, побледнела и выронила вилку, мистер Брэг покачал головой и погрузился в себя, даже мне стало нехорошо. В столовой повисла такая тяжелая атмосфера, что у всех пропал аппетит, но миссис Брэг и дальше бы нагнетала страх, как вдруг несколько тлеющих угольков выпали из камина на ковер – мы втроем подпрыгнули на стульях, а она завизжала.

Чтобы разрядить обстановку, я сменил тему беседы и спросил, кто такая Джейн Риордан.

– Ах, – оживилась хозяйка, – бедная женщина! Ее родители служили тут, в поместье, когда я еще была кухаркой. Риордан – это фамилия мужа Джейн, отца ее звали Генри Крейк, он состоял дворецким, а мать, Луиза Крейк, убирала комнаты.

– Генри Крейк? – всполошилась Хелен. – Тот, кто украл мамины драгоценности?

– Он самый, милая. Прикидывался порядочным, а на деле – пройдоха. Луиза всегда говорила, что он плохо кончит и опозорит всю семью, так и вышло.

– Миссис Брэг, а драгоценности нашлись?

– Нет, мистер Бошан. В тот вечер в дом съехались гости со всего графства, а проснувшись поутру, миссис Аллистон обнаружила, что ее ларец пуст. Уцелели только те украшения, которые она надела на бал, все остальные – стоимостью в пять или шесть тысяч фунтов – бесследно исчезли. Сначала заподозрили, что, пока господа ужинали и танцевали, кто-то из горничных проник в будуар леди и обчистил шкатулку, но те отрицали свою вину. Стали допрашивать лакеев и нас, кто работал на кухне. Но никто и предположить не мог, что вор – Крейк.

– Его, вроде, поймали, когда он пытался продать браслет? – уточнил мистер Брэг.

– Так и есть. Этот старый жулик солгал, что ему нужно навестить в Лондоне больного друга, – дескать, тот при смерти; ну, господа поверили и отпустили. Только это был не друг, а подельник из ломбарда, скупщик краденого. Через пару дней мы увидели в рекламном буклете фотографию и опознали браслет леди Аллистон. Крейка арестовали и допрашивали, но он молчал как рыба. Его осудили на долгий срок, и он умер в тюрьме. Где он спрятал драгоценности, никто и никогда не узнает – с тех пор миновало двадцать лет.

– А как Джейн Риордан попала сюда? – удивилась Хелен.

– Ее мать долго болела и очень хотела, чтобы я позаботилась о Джейн. Недавно Луиза умерла, и я выполнила ее последнее желание. Мы с ней из одной деревни и долгие годы вместе работали у сэра Ральфа, но не дружили: она казалась мне хитрой и двуличной, хотя я не верю в ее причастность к краже. Ее муженек, тот еще прощелыга, вполне мог справиться сам. Когда его арестовали, Луиза, которую сэр Ральф по понятным причинам рассчитал, буквально помирала с голоду, и я посылала ей деньги на воспитание Джейн. Девочка выросла, но счастье, похоже, отвернулось от их семьи. Джейн вышла замуж за какого-то афериста, который ее бросил, и, когда Луиза умерла, ее дочь пришла ко мне и попросила помочь ей ради матери. Я взяла ее младшей горничной. Может, она и глупая, но по виду честная.

– Она какая-то нервная, – заметил мистер Брэг.

– Неудивительно, Джей, – парировала его супруга. – Мы сейчас все нервные, потому что в доме гарцует призрак. Вот что я тебе скажу: если ты не пригласишь священника для изгнания злого духа, я уеду из этого дома, так и знай. Уеду без оглядки и Хелен заберу с собой.

– Успокойся и доверься Джеффри. Нынче ночью он собирается дежурить в Длинной галерее.

– Ох, мистер Бошан, да как же это? Вы что, с ума сошли? Призрак убьет вас!

– Это я его убью, миссис Брэг. Если услышите револьверный выстрел, не пугайтесь.

– Погодите, разве в привидения стреляют? Они же бесплотные! Сквозь них, говорят, все видно, как через стекло.

– Я лично их не разглядывал, но тот, кто расхаживает по галерее, по-моему, вполне материален. Скажите, а о драгоценностях так с тех пор и не слышно?