Фергюс Хьюм – Зеленая мумия (страница 49)

Близился вечер, а о профессоре, Какаду и мумии по-прежнему никто ведать не ведал, хотя деревню уже заполонили и местные газетчики, и лондонские репортеры. В гостинице для военных шла бойкая торговля спиртным, все номера были заняты, а кухарки едва успевали готовить съестное. Кроме того, местные жители неплохо зарабатывали на чаевых, драматично повествуя журналистам о несчастной вдове Джашер, безумном ученом Браддоке и его зловещем помощнике – полинезийце Какаду. Некоторые репортеры попытались сунуть нос в Пирамиду, где безутешно рыдала Люси, но Хоуп вместе с двумя полицейскими выставил их вон. В тот вечер Арчи очень хотелось допоздна остаться у Люси, но в полвосьмого ему предстояло встретиться возле форта с сэром Рендомом и доном де Гавангосом, чтобы вместе отправиться на причал.

Глава XXVII

У реки

Хотя охота на беглецов продолжалась целый день и в ней были задействованы и полицейские, и сельские жители, и солдаты, злодеев так и не нашли. К вечеру большинство участников операции, выбившись из сил, разошлись по домам, поэтому, сойдясь возле форта, трое джентльменов не заметили поблизости ни одной живой души. Это вполне их устраивало: встречу с посыльным авантюриста Харви они держали в тайне. Правда, дон Педро посвятил в свои дела Дэйта – в любом случае мужчины не прошли бы незамеченными мимо домика покойной миссис Джашер, где разместился временный полицейский штаб. Инспектор не протестовал, но пожелал присоединиться к Гавангосу, Рендому и Хоупу, чтобы задать Харви несколько вопросов о мумии.

– При необходимости я задержу Харви до конца следствия, – пригрозил Дэйт, хотя без ордера не мог и пальцем тронуть лжеамериканца.

Вчетвером они по узенькой тропинке, вьющейся среди зарослей, спустились к старому деревянному причалу, куда должна была пристать шлюпка со «Светлячка». Ночь выдалась ясной: весь день дул сильный ветер, рассеявший наползавший с моря туман. Яркая луна сияла среди россыпей звезд, мерцавших, как алмазы. Воздух выстыл, под ногами хрустела подмерзшая трава, лужи подернулись ледяной коркой.

Со склона открывалась панорама причала, вдалеке сверкали огни Пирсайда. В морской дали виднелись неясные очертания стоявших на якоре кораблей; лунный свет прочертил между ними серебристую дорожку. Мужчины тихо подкрались к причалу. Трое из них имели при себе револьверы на случай, если Харви выкажет свою бандитскую натуру, но Дэйт не взял пистолет, а дон Педро не счел нужным предупредить полицейского, что в случае чего они с компаньонами намерены стрелять. Едва ли инспектор одобрил бы подобное безобразие в такой цивилизованной и законопослушной стране, как Англия.

У причала перуанец взглянул на часы, осветив циферблат кончиком зажженной сигары: начало девятого. Услышав возглас Дэйта, дон Педро вскинул голову: инспектор указывал на крупное судно, быстро идущее к берегу. Похоже, Харви заметил их: на мостике мигнул синий фонарь, и в ответ де Гавангос, как и условились, выпалил из пистолета. Дэйт, не подозревавший, что его спутники вооружены, едва не подпрыгнул на месте.

– Это еще зачем, черт возьми? – возмутился он. – На выстрел сбегутся все мои констебли!

– Ничего страшного, ведь вы с нами, – холодно возразил де Гавангос. – Я должен подать сигнал капитану Харви.

– Мы все с оружием, – сообщил Дэйту Рендом. – Харви – опасный человек.

– Вы собираетесь устроить пальбу? – спросил Дэйт, внимательно наблюдая за приближавшейся шлюпкой. – Если так, почему не уведомили меня заранее? Я тоже захватил бы пистолет. Однако не думаю, что он нужен. Моей формы вполне достаточно, чтобы продемонстрировать, что за спиной у нас – закон.

– Вряд ли это важно для Харви, – усмехнулся Арчи. – Насколько я в курсе, он не уважает законы.

– Господа, кажется, вы вовлекли меня в рискованную переделку, – добродушно засмеялся полицейский, которому приятно щекотала нервы сложившаяся ситуация. Дэйт, долго живший в цивилизованном мире, словно обрадовался опасности, пробудившей его охотнические инстинкты, и приготовился к драке. – И все же, надеюсь, оружие не понадобится. Мой статус кое-что значит.

Капитану Харви не понравилось присутствие стража закона. Когда шлюпка подошла ближе к берегу, а в лунном свете замаячил человек в униформе, янки резко отдал приказ, и гребцы вскинули весла. Лодка закачалась на волнах неподалеку от причала.

– Да вы, дон Педро, притащили с собой толпу! – недовольно поморщился Харви. – Кто этот ангел с медными пуговицами? Уж не его ли военная светлость?

– Нет. Я здесь, – подал голос Рендом, ничуть не разозлившись на капитана. – Еще тут мой друг Хоуп и инспектор полиции Дэйт. Полагаю, вы слышали, что случилось вчера ночью?

– Как не слыхать? – кисло ответил американец. – Об этом весь Пирсайд чешет языки. Но мне все равно. Бросайте золото, дон Педро, а я кину вам свои писульки.

– Нет уж, – выступил вперед перуанец. – Причаливайте, любезный.

– Еще чего! – огрызнулся Харви. – Чтоб вы меня упаковали в кутузку?

– За кражу тридцатилетней давности? – рассмеялся де Гавангос. – Ерунда. Подходите к берегу, вы в безопасности.

– Так я вам и поверил! – прорычал капитан. – Вот если эти двое поклянутся, что все без обмана, я соглашусь. Английские аристократы, по крайней мере, держат слово.

– Причаливайте! Клянемся, вас никто не тронет, – объявил сэр Фрэнк, а вслед за ним Хоуп.

Моряк кивнул, приказав грести к берегу, и вскоре лодка уткнулась в песок чуть ниже по течению от причала. Мужчины хотели подойти, но Харви замахал руками.

– Стойте там, – скомандовал он, выпрыгивая из шлюпки. – Я сам управлюсь.

Инспектор Дэйт насторожился, не ожидая от Харви ни вежливости, ни покорности. Едва капитан выскочил на берег, его спутник в форме первого помощника ловко подрулил к причалу. Харви неторопливо приблизился, но на причал не поднялся. Вместо этого он поманил к себе дона Педро и его компаньонов. Янки намеренно медлил, и когда бумаги попали в руки перуанца, а моряк получил взамен мешочек с золотыми, он принялся ворчать, что не верит де Гавангосу и желает пересчитать монеты. Тот, потеряв терпение, выругался по-испански, и Харви с неожиданным красноречием ответил ему в том же духе и на том же языке. Услышав перепалку, Рендом и Хоуп решили, что капитан в изрядном подпитии, а более опытный в таких делах Дэйт приготовился к подвоху, не спуская глаз с шлюпки. Чем занимались спутники моряка, пока он тянул время?

– Вы чего переглядываетесь? – рыкнул капитан, пересчитав деньги. – Надуть меня замыслили? Смотрите мне: я вооружен!

– Я тоже! – воскликнул дон Педро, запуская руку в карман. – Еще одно грязное слово вылетит из твоей вонючей пасти, и я за себя не ручаюсь.

– Вот оно как? – заорал Харви и выхватил револьвер, прежде чем перуанец достал свой дерринджер. – Руки вверх, или я стреляю!

Но он просчитался, не заметив, пока ругался с де Гавангосом, что Арчи и Фрэнк одновременно полезли в карманы. В следующий миг дон Педро поднял руки, но в моряка уткнулись стволы двух револьверов.

– Какого дьявола! – завопил американец, опуская оружие. – Я же пошутил! Эй, а вы куда?

Последняя фраза адресовалась инспектору, который метнулся в сторону причала.

– Я так и думал! – на бегу закричал Дэйт. – Вон они, черномазый и мумия!

Харви омерзительно выругался и, не обращая внимания на наведенные на него пистолеты, помчался к шлюпке, сбил инспектора с ног, и они оба полетели в воду недалеко от борта. Раздался поток проклятий, и помощник капитана произвел несколько энергичных гребков. Рендом и Хоуп отлично видели и янки, и полицейского, барахтавшихся в воде, а в лодке при ярком лунном свете они заметили Какаду и длинный зеленый ящик.

– Стреляйте! Стреляйте! – закричал Дэйт, все еще борясь с Харви на мелководье у берега. – Не дайте им уйти!

Арчибальд вскочил на причал, трижды выпалив в воздух, чтобы привлечь констеблей. Сэр Фрэнк выстрелил в лодку, гребец – ему в ответ, и пуля просвистела у головы Рендома. Вне себя от ярости, он устремился вперед, но де Гавангос грубо одернул его. Неподалеку послышались крики бегущих к берегу полицейских. Какаду обхватил саркофаг, а моряки что есть сил гребли мимо причала к кораблю.

Дон Педро с разбегу прыгнул в отходящую лодку и угодил прямо на спину Какаду. Вновь затрещали выстрелы. Увидев, что приближается подмога, Харви отчаянным усилием вырвался из рук Дэйта.

– Швыряйте мумию и черномазого за борт и гребите на корабль, – скомандовал он товарищам, мощными рывками вплавь нагоняя шлюпку.

Матросы с готовностью подчинились: никому из них не хотелось драться, да еще с полицией. Шесть крепких рук схватили канака, который визжал, как поросенок, и скинули вместе с ящиком в воду. Де Гавангос, выпрямившись на корме, выстрелил в Какаду, но пуля не задела его, а пробила стенку саркофага. Изнутри раздался дикий вопль.

– Боже мой! – в ужасе воскликнул Хоуп, наблюдая за сражением. – Похоже, в этом чертовом ящике прячется Браддок!

В следующую секунду дон Педро тоже полетел за борт, а Харви моряки втащили в лодку. Чуть не перевернув суденышко, он перевалился за борт, и шлюпка резво заскользила к темной громадине корабля вдали. Рендом еще раз выстрелил им вслед, пока констебли помогали сеньору де Гавангосу выбраться на берег. Стоя на песке и еле переводя дух, продрогший мокрый перуанец в отчаянии смотрел, как лодка приближается к судну, а Дэйт с тремя полицейскими, по пояс в воде, пытались скрутить Какаду и выловить саркофаг. Хоуп поспешил им на выручку, и через несколько минут канака, который вырывался, словно зверь из капкана, выволокли на сушу. При участии Рендома и дона Педро варвара не без труда обездвижили. Двое рослых мужчин едва удерживали его, а Дэйт с напарником-полицейским срывали крышку гроба. В лунном свете на инспектора остекленевшим взглядом уставился мертвый профессор. Пуля попала ему в сердце. Все замерли, а Какаду нечеловеческим рывком освободился от рук полицейских и с душераздирающим воем бросился к телу своего хозяина. «Светлячок» дал прощальный гудок, развернулся и пошел вниз по течению, набирая скорость. Капитан Харви улизнул, а Браддоку не повезло.