Фергюс Хьюм – Зеленая мумия (страница 41)
– Так, по-вашему, это не Харви спрятал копию манускрипта среди моих книг?
– Он яростно отрицает данный факт, – ответил перуанец. – Вчера я посетил его в «Приюте моряка», в Пирсайде. Помните, он кричал, что потерял место на «Ныряльщике»? Не успел он разместиться в трактире, как получил письмо с приглашением на должность шкипера парохода «Светлячок» водоизмещением в несколько тысяч тонн. Вроде бы, он уходит завтра в море.
– Как уходит? Он ведь замешан в убийстве!
– Это не доказано, и Харви не задержится в Пирсайде, иначе он потеряет пост на корабле. Завтра он отчаливает, но пообещал мне за пятьдесят фунтов письменно изложить историю похищения мумии, чтобы я забрал у Браддока реликвию без лишних затрат.
– Сомневаюсь, что профессор легко отступится от нее, – покачал головой Рендом.
– Свидетельства моряка не оставят ему выбора. До отплытия Харви, конечно, не успеет их записать, но мы условились, что он передаст мне бумаги с показаниями на причале близ форта, когда судно проследует мимо. Я буду ждать его там завтра вечером, приготовив пятьдесят фунтов золотом.
– А если Харви обманет?
– Не получит денег, – развел руками дон Педро. – Этот тип – мошенник и заслуживает скорее тюрьмы, чем награды. Но, поскольку мумию он украл больше тридцати лет назад, никто, кроме него, не способен доказать, что изначально она принадлежала мне.
– Зачем столько сложностей? Ведь я предложил выкупить мумию у Браддока.
– Нет, – отрезал сеньор де Гавангос. – Я вправе получить назад свою собственность и не утруждать вас.
Рендом просидел в гостинице до сумерек, ожидая донну Инес и боясь вновь разминуться с ней, однако невеста все не возвращалась. Зато, как стемнело, в номер дона Педро заглянул Арчибальд Хоуп, чтобы поделиться новостями. Он успел пообщаться с профессором, и тот обрушил на него поток возмущений и ругательств в адрес миссис Джашер.
– Прямо-таки не верится, – посочувствовал Арчи. – Несчастная женщина!
– Да уж, – кивнул сэр Фрэнк. – Вы, Арчибальд, куда милосерднее, чем ваш будущий тесть. Как только Браддок ни обзывал беззащитную вдову: и аферисткой, и негодяйкой, и это еще мягко сказано.
– Надо же! – скривился Арчи. – Можно подумать, сам профессор настолько безупречен, чтобы позволить себе швырять в кого-то камни. Госпожа Джашер, конечно, совершила дурной поступок, но, прежде чем осуждать ее, я, например, выслушал бы ее полную исповедь. У вдовы есть и хорошие качества, иначе Люси давно порвала бы с ней. Женщина женщину всегда поймет. Бедная Селина просто отчаянно стремилась выйти замуж.
– Я всеми силами убеждал в этом профессора, но, увы, без толку.
– Если честно, друзья, меня сейчас занимает не миссис Джашер, а вдова Энн. Я говорил с ней.
– Ого! – вскочил дон Педро. – Так вы разыскали старуху? Что она сообщила об одежде?
– Ровно то же, что и раньше: якобы Сидней взял у нее юбку, корсаж и платок для моей модели. Клянусь, я никогда не просил у Болтона ничего подобного. Это означает, что либо он хотел замаскироваться сам, либо с той же целью передал эти тряпки госпоже Джашер.
– Что у них общего с этой дамой? – озадачился баронет.
– Вы удивитесь, – потер лоб Хоуп, – но миссис Болтон всерьез заверила меня, будто, невзирая на разницу в возрасте, ее сын влюбился во вдову и по возвращении с Мальты собирался жениться на ней.
– Как так? Она ведь обручилась с Браддоком? – опешил сэр Фрэнк.
– Верно, но это произошло уже после смерти Болтона.
– Если все обстоит, как вы излагаете, то теория капитана Харви верна! – неожиданно воскликнул де Гавангос.
– Не понимаю, – смутился баронет.
– Миссис Джашер, как вы сказали, сэр Рендом, нуждается в деньгах и не связала бы себя узами брака с бедняком. Болтон же едва сводил концы с концами, но, украв и продав изумруды, конечно, разбогател бы. Он разработал целую операцию с целью похитить драгоценности и жениться на этой женщине, вот вдова и оказалась вовлечена в преступление.
– Пожалуй, – кивнул Фрэнк, – но ведь Болтон не догадывался о существовании изумрудов, пока не купил мумию на Мальте. Зачем ему было еще до отъезда добывать маскировку для госпожи Джашер? Неужели они заранее условились о встрече в «Приюте моряка»?
– Все это легко выяснить, – нетерпеливо прервал друга Хоуп. – Давайте сегодня вечером пойдем к миссис Джашер, и пусть выкладывает всю правду. Если она подтвердит свою тайную помолвку с Сиднеем Болтоном, тогда не останется сомнений, что парень брал у матери одежду именно для Селины и в тот роковой вечер беседовал с ней через окно гостиницы.
– Заодно вдова, быть может, признается и в том, что спрятала копию манускрипта у меня в гостиной, – добавил сэр Фрэнк после недолгой паузы. – Если Харви тут не у дел, весьма вероятно, что документ, взятый у Болтона, мне подбросила эта авантюристка.
– Я не разделяю ваше мнение, Фрэнк, – энергично возразил Арчи. – Появись миссис Джашер в форте, ее сразу узнали бы. Во-первых, не забывайте, что ее путь лежал мимо будки часового. Во-вторых, мы пока не уверены, что она – та самая женщина в одежде миссис Болтон. Не будем плодить домыслы, пока не получим информацию.
– Ладно, – взглянул на часы Рендом. – Извините, дон Педро, мне пора на службу. Передайте, пожалуйста, донне Инес, что попозже я непременно зайду к вам и мы все обсудим без спешки. Хоуп, вы сейчас куда?
– Мне нужно еще кое о чем расспросить сеньора де Гавангоса. Я задержусь.
Сэр Фрэнк кивнул и с неохотой покинул гостиницу, так как мечтал повидаться с невестой и все еще надеялся, что она вот-вот вернется. Однако служба есть служба.
Вечер выдался темным, но дождя не было, и Рендом быстро зашагал через деревню к форту. Краем глаза он отметил огни в домике госпожи Джашер и втайне возликовал, что его цель достигнута: наглая аферистка сейчас сидит и дрожит от страха перед мифическими солдатами, якобы стерегущими ее калитку. «Вот и хорошо, – подумал офицер, – пусть и дальше верит, что с ее жилища не спускают глаз. Она заслужила такое наказание».
У ворот форта Рендому откозырял часовой. Баронет хотел пройти мимо, но тот задержал его и протянул бумажный сверток, доложив:
– Это нашли в караулке, сэр.
Молодой человек осторожно взял сверток, с удивлением спросив:
– Кто положил его туда? И почему ты отдаешь его именно мне?
– Там указано ваше имя, сэр, но кто принес сюда эту штуку, я не видел – я как раз отлучался, обходя территорию. Ничего подозрительного я не заметил и не слышал ни шагов, ни голосов, а когда вернулся в караулку, то на что-то наступил. Я посветил фонарем и обнаружил этот пакет.
Хмыкнув, сэр Фрэнк сунул сверток в карман и строго приказал часовому впредь быть начеку. Рендом понятия не имел, кто подкинул пакет, и ему не терпелось выяснить, что внутри. Придя в служебное помещение, он разрезал бечевку. Из свертка выкатился великолепный изумруд цвета морской волны, сиявший в свете ламп, словно маленькое солнце. Вместе с камнем оказался клочок бумаги, на котором было написано: «Свадебный подарок для сэра Фрэнка Рендома».
Глава XXIII
Как раз вовремя
Увидев «подарок», молодой офицер буквально остолбенел. Он прекрасно понимал, что Сиднея Болтона убили из-за драгоценностей и преступник сбежал с добычей, ради которой продал душу дьяволу. Теперь же какой-то таинственный благодетель подбросил один из изумрудов сэру Фрэнку, который, ни минуты не колеблясь, вознамерился вернуть камень законному владельцу. Несмотря на состояние шока, баронет не сдержал усмешки, мысленно представив себе ярость профессора, узнавшего, что дон Педро внезапно разбогател, когда ни малейшей надежды на это уже не оставалось.
Заперев изумруд в ящике стола, Рендом приказал дневальному вызвать часового, как только тот сдаст пост. Едва баронет переоделся к ужину, чтобы потом не отвлекаться от дел, появился солдат, но ничего нового добиться от него не удалось: во время патрулирования форта, пока часовой расхаживал далеко от будки, кто-то пронырнул туда и подкинул сверток. Уже изрядно стемнело, и солдат клялся, что ничего и никого не видел и не слышал. Похоже, тот, кто принес изумруд, выждал удобный момент, а затем тихо, как кошка, подкрался к караулке и осуществил свой странный замысел. К тому же часовой, видимо, наступил на сверток не сразу – во всяком случае, трудно было установить, как долго «подарок» провалялся в будке. Рендом прикинул, что не больше часа, – до этого в сумерках неизвестный не смог бы незаметно проскользнуть мимо поста. Впрочем, кем бы ни был аноним, он преподнес сэру Фрэнку поистине королевский дар.
В первую минуту офицер порывался наказать часового за преступную халатность, но ограничился тем, что отчитал его и отпустил восвояси. Оставшись один, баронет присел у огня, недоумевая, кто прислал ему сокровище и зачем этот человек пошел на такой риск? Куда логичнее было отправить камень дону Педро или профессору Браддоку.
Сначала сэр Фрэнк подумал, не госпожа ли Джашер в благодарность за то, что он простил ее и обошелся с ней гуманно, подбросила изумруд? Апеллируя к прежнему опыту, баронет понюхал сверток, но запаха китайских духов не ощутил. Фраза про свадебный подарок, написанная незнакомым почерком, не дала ни малейшей зацепки. Поразмыслив, Рендом отмел версию о вдове. Селина влачила нужду, и, достанься ей драгоценности, она тут же продала бы их. Если она – та самая дама, что беседовала с Болтоном через окошко, то есть преступница, разве она рассталась бы с половиной сокровищ, из-за которых ей грозила виселица? Нет, кто бы ни прислал камень, миссис Джашер вне подозрений.