Фергюс Хьюм – Зеленая мумия (страница 21)

– Сын Инки Касаса примирился с испанцами и женился на их соотечественнице. А что ему еще оставалось? Он обосновался в Куско, но неизвестно зачем взял с собой мумию отца. Однако манускрипт пропал, как в воду канул. Много лет все мое семейство влачило нищету, не догадываясь, что под пеленами этой мумии скрыты два крупных изумруда огромной ценности. С останками моего царственного предка обращались как со святыней. Позже наша семья перебралась в Лиму, где мы поселились в старом доме…

– Как же у вас украли мумию? – с нетерпением перебил Рендом.

– Я как раз подхожу к этому, – нахмурился дон Педро, недовольный тем, что его торопят. – Меня не было в Лиме, когда все произошло, но мне известно, кто вор.

– Испанец?

– Нет, – ледяным тоном изрек сеньор де Гавангос. – Английский моряк Ваза.

– Ваза – шведская фамилия, – возразил Арчибальд.

– Этот человек называл себя англичанином. Насколько я, иностранец, могу судить, он говорил и выглядел, как британцы. Я тогда был молод, в Перу бушевала гражданская война. Наш дом ограбили, а этот Ваза, потерпев кораблекрушение в Кальяо, воспользовался гостеприимством моего отца. Он обманул старика и украл мумию Инки Касаса. Мой отец умер в скорби и перед смертью наказал мне вернуть семейную реликвию. Когда в моей несчастной стране вновь воцарился мир, я начал искать следы мумии своего предка, но тщетно, поскольку Ваза исчез и, судя по всему, вывез забальзамированное тело из Перу. Я счел, что мумия потеряна навсегда, однако мне повезло – я обнаружил пергамент, в котором детально описывалось погребение Инки Касаса. Тогда-то я и узнал о двух изумрудах, после чего решил всенепременно добыть родовую святыню. Что и говорить, эти драгоценности наверняка поправили бы мое состояние. Но в дальнейших поисках я не продвинулся ни на шаг. Я жил в Лиме, пока не умерла моя жена. Потом мы с дочерью отправились в Европу…

– Чтобы найти мумию? – подал голос Арчи.

– Нет. Я оставил всякую надежду вновь обрести реликвию. Но неожиданно судьба дала мне шанс. В Генуе, читая газету, я наткнулся на объявление о продаже на Мальте зеленой мумии из Перу. Я немедленно навел справки, ибо сразу заподозрил, что это пропавший Инка Касас. Однако я опоздал – мумию уже продали профессору Браддоку, и его помощник, мистер Болтон, загрузил ее на борт «Ныряльщика». Потом совершенно случайно я познакомился с сэром Фрэнком Рендомом, – кивнул дон Педро в сторону молодого баронета. – Оказалось, он хорошо знает покупателя и пообещал познакомить меня с ним. Так я очутился здесь, но, похоже, лишь для того, чтобы услышать, что мумия вновь похищена. Вот и вся история, – драматично взмахнул рукой перуанец.

– Все это довольно странно, – нарушил молчание Арчи, – хотя теперь нам открылась по крайней мере одна часть тайны.

– Какая? – быстро спросила госпожа Джашер.

– Мумию украли из-за изумрудов.

– Не согласен с вами, мистер Хоуп, – взволнованно привстал с кресла дон Педро. – Никто, кроме меня, понятия не имел, что в каждой руке мумии зажато по огромному драгоценному камню. Я сам узнал об этом лишь несколько лет назад из манускрипта, который вам показал.

– Допустим, – с завидным самообладанием ответил Хоуп, – но вряд ли нашелся бы смельчак, готовый рисковать головой, чтобы просто так, от нечего делать, похитить столь приметный раритет, от которого, ко всему прочему, так трудно избавиться. А вот если убийца знал об изумрудах, то все меняется, – тогда понятно, зачем он пошел на такой риск. Сбыть с рук драгоценности гораздо легче, чем забальзамированное тело.

– Тем не менее, – пожал плечами Рендом, – мне неясно, каким образом убийца выведал сведения о спрятанных под бинтами изумрудах.

– Невелика загадка, – возразил Арчибальд. – Наверняка имеются копии этого древнего манускрипта.

– Откуда им взяться, Хоуп?

– Как откуда? Пергамент мог переписать тот же Ваза.

– Нет, молодой человек, – покачал головой дон Педро. – Манускрипт составлен на латыни – языке, которому сына Инки Касаса обучил испанский священник. Едва ли неотесанный моряк Ваза знал латынь. К тому же, если бы ему и в самом деле была известна тайна мумии, он давным-давно срезал бы пелены и забрал драгоценности. Однако в газете говорилось, что мумия сохранилась без повреждений. Вот почему, – решительно объявил перуанец, – я совершенно убежден, что ни Ваза, ни кто другой не догадывались о пергаменте.

– Господа, – вмешалась миссис Джашер, – а нельзя разыскать того моряка?

– Никакой возможности, – вздохнул де Гавангос. – Этот тип исчез двадцать лет назад вместе с мумией. Давайте пока побеседуем о чем-нибудь другом, а к этой теме вернемся, когда приедет профессор Браддок.

Так они и поступили.

Глава XII

Открытие

Прошло три дня, а Джулиан Браддок все еще находился в Лондоне, хотя Люси то и дело получала от него письма с требованиями отправить ему тот или иной экспонат «музея» по почте или с Какаду, курсировавшим между столицей и Гартли. Маленький канак, возвращаясь, каждый раз рассказывал, как хорошо выглядит его хозяин, но ничего толком не сообщал о скором прибытии ученого. Мисс Кендал ничуть не удивлялась, так как привыкла к капризам отчима.

Дон Педро, устроившись в гостинице для военных, бесцельно бродил по Гартли, не интересуясь местными достопримечательностями за исключением Пирамиды. Поскольку профессор все не возвращался, Люси не решалась пригласить гостей из Перу на обед или ужин, но позвала дона Педро и донну Инес на чай. Сеньор де Гавангос захотел заглянуть в «музей», однако на пути у него встал Какаду и не терпящим возражения тоном объявил, что мистер Браддок запретил кому бы то ни было заходить в его комнаты. Мисс Кендал не стала вмешиваться и спорить со слугой, поскольку боялась гнева отчима, который наверняка устроил бы дикий скандал, если бы узнал, что какие-то чужаки в его отсутствие побывали в священном чертоге. Получив отказ, перуанец, очевидно, обиделся, словно полагал, что профессор выдумал всю эту историю с убийством в «Приюте моряка», а сам прячет мумию где-то в своей лаборатории.

Потерпев неудачу в своем стремлении попасть в «музей» египтолога, иностранец отправился в Пирсайд и долго говорил с полицейскими об убийстве Болтона. От инспектора Дэйта он не почерпнул никаких новых сведений. Тот честно признался, что дело зашло в тупик и вряд ли даже в дальнейшем будет раскрыто и, по-видимому, останется тайной вплоть до Страшного суда. Опечаленный де Гавангос посетил трактир «Приют моряка», осмотрел окно, через которое неизвестная женщина якобы беседовала с Болтоном, и заметил, что оно выходит на узкую каменистую тропинку, протянувшуюся вдоль воды к расположенному неподалеку старому причалу. «Убийце не составило труда влезть в окошко, совершить злодеяние и уплыть отсюда с мумией, – рассудил перуанец. – Всего несколько шагов, и он вместе с ношей очутился в поджидавшей его лодке, отчалил и растворился в тумане». Обследовав место событий, дон Педро окончательно убедился, что кража и убийство произошли именно так, как он думает, но это не приблизило его к выяснению личности преступника.

Пока де Гавангос искал труп своего царственного предка, а вместе с ним и вора-убийцу, мистер Рендом не терял времени даром, настойчиво ухаживая за донной Инес. Люси язвительно заявила Хоупу, что, дескать, один Бог знает, что сэр Фрэнк нашел в этой ледяной красавице, ведь из сеньориты не выудишь ни слова, как ни старайся. Конечно, выглядит она изысканно, если не считать броских аксессуаров ее туалета, – похоже, пристрастие к ярким краскам она унаследовала от инков. В чем-то мисс Кендал была права: Инес действительно чуралась светского общества и не любила сплетничать. Во время застолий юная леди молчала и улыбалась, словно прекрасная статуя. Ее внешность ослепляла окружающих, но ее общество не доставляло им никакой радости. Тем не менее сэр Фрэнк, похоже, вознамерился на ней жениться, и Люси, несмотря на то, что она отказала ему, это совсем не нравилось. Девушка дулась, доказывая своему жениху, что ее бывший поклонник не обретет счастья с Инес. Но баронет, казалось, боготворил величественное молчание перуанки, что бесило Люси больше всего. «Неужели он женится на айсберге?» – задавалась вопросом мисс Кендал.

Арчи Хоуп регулярно обедал в Пирамиде и всякий раз видел, что вокруг его невесты, словно заботливая матушка, суетится госпожа Джашер. Поскольку Люси обещала вдове помочь выйти замуж за профессора, та, в свою очередь, взялась устраивать любовные дела своей юной подруги. Нет, помолвка мисс Кендал с мистером Хоупом не расстроилась, однако деревушка Гартли, как и любая другая, кишела сплетниками, которые болтали всякую чушь, и иногда юной парочке требовался бдительный надзор дамы постарше. Порой вместе с Селиной приходила Инес, которую отец, охотившийся за исчезнувшей мумией, доверял попечению вдовы. Всякий раз, когда сеньорита де Гавангос появлялась в Пирамиде, туда как бы невзначай забредал сэр Фрэнк, безмолвно вздыхавший по своей Дульсинее. Госпожа Джашер со смехом шептала Люси, что эта парочка, похоже, общается телепатически, ибо вслух молодые люди не произносят ни слова. Впрочем, вдову это устраивало: достаточно того, что Арчи и Люси болтали без умолку, а две говорливые пары раздражали бы и без того расшатанные нервы миссис Джашер. По сути Селина была отличной компаньонкой: она не мешала влюбленным, давая им полную свободу – естественно, в разумных пределах.