Фалько – Доспех духа. Том 11 (страница 11)

– Мэй Мэй, – я улыбнулся, поднимаясь на палубу. – Не представляете, как я рад Вас видеть.

За то время, что мы не виделись, она ещё немного постарела и сейчас выглядела лет на шестьдесят, хотя была немного моложе. И она всё так же носила национальный платок из Мьянмы, скрывающий шею. Я всегда считал, что у неё там шрамы, раз она его не снимала даже в самый жаркий день.

– Матчин младший, – мне достался быстрый взгляд, а вот Сабину она разглядывала чуть дольше. На английском Мэй Мэй говорила с сильным акцентом, зато знала китайский и немного хинди. – Вы здесь что забыли? Где потеряли Бусидо?

– А у меня медовый месяц, – я приобнял Сабину. – Знакомьтесь, моя супруга Сабина. А это Мэй Мэй, капитан Красного Дракона.

– Этот молодой мужчина постоянно влипает в неприятности, – сказала она, обращаясь к Сабине. – Но он хороший парень, отважный.

– Всё так, – кивнула Сабина. – Рада познакомиться.

– Медовый месяц, значит? – спросила Мэй Мэй недоверчиво. Махнула рукой помощнику, показывая на корму корабля. – Тай, посмотри, кто опять шумит.

– Мы другу помогаем, заодно путешествуем, раз выпал случай, – сказал я, бросив взгляд на причал, где шло оживление. – Кстати, что за столпотворение и ажиотаж?

– Какой-то сумасшедший сорит деньгами, – она поморщилась. – Думала взяться, но с такой конкуренцией больше потеряешь, чем заработаешь.

– Значит, вы сейчас без работы? – деловито спросил я. – А если мы вас наймём? Нам нужно попасть на базу Додо, нас там самолёт ждёт.

Она посмотрела удивлённо, показала пальцем на северо-восток.

– Если ваш прекрасный Дракон всё ещё может идти со скоростью в пятнадцать узлов, – добавил я. – Тогда мы будем там уже вечером.

– А в прошлый раз называл дырявой посудиной, – хмыкнула Мэй Мэй. – Груза нет, успеть можно.

В голосе её мелькали сомнения.

– Пятьдесят тысяч, – выдал я сумму, в два раза превышающую ту, что взяла бы мама за подобную работу. – За доставку четырёх человек и машины на базу Додо.

Мэй Мэй открыла рот, наверняка чтобы поторговаться, но не смогла подобрать лучшую сумму. Я точно знал, что их команда с радостью поработало бы и за пять тысяч в сутки. Дорога туда и обратно у них отнимет два дня, к тому же в Додо они могут найти ещё подходящий заказ. Лёгкая прогулка. Ещё тысяч десять к этому можно было добавить, если дорога проходила по опасному участку, полному пиратов, но у побережья Танзании всегда было безопасно.

– Пятьдесят, – кивнула она. – И тысяча сверху за буксир.

– Договорились, – я деловито улыбнулся. – Ваш кран работает?

– Работает, – отмахнулась она, уже отдавая команды на бирманском языке.

Боец, что сидел недалеко от крупнокалиберного пулемёта, оживился, занимая кресло за орудием, и даже предохранительную чеку вытащил, освобождая патронную ленту. Ещё двое поспешили к грузовому крану. Я прикинул, что поднимать машину они будут долго, поэтому снял с пояса трофейную рацию.

– Алан, я насчёт корабля договорился. Поднимайтесь на борт.

– Сразу в море выйдем? – спросила Сабина, оглядывая небольшие лодки по соседству.

Возможно, со стороны могло показаться, что корабль у Мэй Мэй неповоротливый, но это было далеко не так. Наёмникам часто приходилось работать в самых разных портах, иногда в опасных условиях, поэтому Красный Дракон спокойно мог отойти от причала самостоятельно. Как и у Бусидо, у него наверняка был подруливающий винт, иначе объяснить его манёвренность я не мог.

– По идее, нужно ждать лоцмана, – сказал я. – Не знаю, есть ли допуск у Мэй Мэй в этом порту. Нам не дали. Бусидо, имею в виду…

Я подождал, пока Мгуапе выйдет из машины. Чем больше расстояние, тем сложнее создавать аккуратные барьеры, но я много тренировался. Внедорожник пару раз качнулся, приподнимаясь на ладонь от земли, затем уверенно взмыл в воздух, слегка поворачиваясь. В такие моменты важно не переборщить с инерцией. Площадку на палубе я уже присмотрел, поэтому под изумлёнными взглядами людей на причале и команды перенёс машину через борт.

– Если бы я так умел раньше, мы бы разбогатели, – улыбнулся я. – Мама постоянно жаловалась, что с неё берут непомерно много за такую простую работу, как погрузка. А если предстояло грузить контейнеры, то настроение у неё сразу портилось.

Я не стал говорить, что за нами наблюдали как-то слишком пристально. Сложно не заметить стягивающихся чернокожих наёмников к этому участку причала. Возможно, кто-то прознал про ценный груз, и ждали именно нас. Или же эта у меня паранойя разыгралась. В любом случае демонстрация силы остудит горячие головы. Пираты и разного сорта головорезы, бандитствующие вдоль побережья, всегда боялись мастеров, способных на расстоянии переворачивать их дрянные катера. А на территории базы наёмников никто порядок нарушать не рискнёт.

Не знаю, что сказала Мэй Мэй начальнику порта, но лоцман появился уже минут через десять. Команда ещё не успела закончить проверку корабля перед отплытием, а на причал примчалась красная машина с проблесковым маячком, откуда выбежал чернокожий лоцман. И по трапу он поднялся, словно опаздывал.

Даже учитывая, что всё прошло быстро, из порта мы выходили поздно. После восьми часов вечера заходить в Додо не рискнёт даже Мэй Мэй, поэтому каждая минута на счету, а нам ещё пришлось ждать, пока быстроходный катер заберёт лоцмана. Когда торопишься, всегда так. Видя, как неспешно набирает скорость Красный Дракон, переходя на экономный режим работы главного двигателя, я понял, что ночевать нам придётся на рейде. Все это понимали, возможно, кроме Сабины и Мгуапе, но огорчать меня никто не спешил.

Мэй Мэй, капитан Красного Дракона, недалеко от острова Пемба, час после полуночи

Несмотря на позднее время, Мэй Мэй не спала, слушая переговоры в эфире. Перед ней был открыт специальный ноутбук с подключением к спутниковой связи и интернету. И в эфире было подозрительно тихо уже третий час.

В ходовую рубку вошёл мужчина лет тридцати с типичной внешностью жителей глубинки Мьянмы. Он совсем недавно поднялся на первую ступень мастера и прогрессировал достаточно быстро, чтобы не сомневаться в том, что лет через пять сможет преодолеть и вторую ступень. Оглянувшись и убедившись, что за ним никто не идёт, мужчина прошёл к капитану.

– Это ведь они, – очень тихо на бирманском сказал мужчина. – Из-за которых поднялся такой шум.

– Перестань говорить очевидные вещи, – спокойно сказала Мэй Мэй. – Посты проверил?

– Только что. Нужно было отказать. Сказала бы, что на ремонте или уже заказ есть.

– Поэтому я капитан, а ты… лу-ти́т, – Мэй Мэй использовала армейский сленг, правильно понять который могли только бывшие военные моряки Мьянмы. Так называли новичков, которые умничают, но на самом деле ничего не понимают. А ещё в слове был скрытый смысл, обозначающий трусливого человека.

– Не такой уж я новичок, – не согласился мужчина.

– Есть такое понятие, как репутация, – наставительно сказала Мэй Мэй. – Боюсь, что ты умудришься смыть в океан всё то, что я накапливала десятки лет.

– Я понял, – быстро сказал мужчина. – Был не прав, прости. Тётя Мэй, скажи, это правда он? Ты его описывала… в общем, я его себе не таким представлял.

– Матчин, – сказала она улыбнувшись. – Ещё когда ты только мечтал стать мастером, мы сухогруз сопровождали вместе с их фирмой. Дорогая контрабанда, замаскированная под красный чай из Африки. У берегов Индии нас прижали. Я пыталась капитана сухогруза спасти и ценные документы, которые он вёз в большой тайне. Только я об этом знала. Мастер, что за ними пришёл, оказался мне не по зубам. И мы уже прощались с жизнями, рассчитывая дорого их разменять, но появился молодой Матчин. Он красный чай всю дорогу тайком таскал из ящиков, и так сложилось, что в нужное время оказался рядом. Выскочил неожиданно, как призрак из горшочка, пронёсся по палубе и протаранил мастера. Едва переборку не пробили, такой силы удар был. Мастеру позвоночник сломало и половину рёбер, а парень только ушибом плеча отделался.

Мужчина посмотрел на Мэй Мэй недоверчиво, что не укрылось от неё. Капитан лишь улыбнулась.

– А потом Матчин всем подряд врал, что ему просто повезло, что это не мастер был, а какой-то сильный эксперт третьей ступени. Так складно рассказывал, что наши ему все поверили безоговорочно. Старшая Матчина на меня сильно рассердилась в тот день, что не рассказала ей о документах и что за ними охотятся. Пообещала, что работать с нами больше не будет даже за большие деньги. Но никому не рассказала о том, что произошло, спасая нашу репутацию.

Мэй Мэй бросила взгляд на экран радара.

– Я ещё тогда поняла, что парень далеко пойдёт, – продолжила капитан. – Но кто бы ожидал, что так быстро. Двадцать с небольшим лет, а уже великий мастер.

– А ты можешь это почувствовать? – с любопытством спросил мужчина. – Я вообще ничего не ощущаю, словно обычный человек рядом. Чернокожий мастер из их компании больше пугает. А, да, я что хотел сказать. Матчин заходил в ремонтный отсек, набрал целое ведро старых запчастей. Два больших подшипника, кран тяжеленный, крупные гайки и болты. А зачем они ему, не сказал…

Мэй Мэй почувствовала лёгкий отголосок силы, идущий со стороны палубы. Из рубки было плохо видно, поэтому они с племянником поспешили проверить, что происходит. Как выяснилось, у правого борта стоял Матчин вместе с англичанином, которого Мэй Мэй знала под именем мистер Мерк. Что они делали, сразу понять не получилось. Матчин подбросил тяжёлый подшипник, зависший в воздухе над ними. Отголосок силы начал стремительно расти, немного смещаясь в сторону от корабля. Подшипник резко прыгнул на полметра в ту сторону, затем хлопнула ударная волна. Почти одновременно с этим метрах в пятистах от корабля что-то взорвалось, взметая в ночное небо всполохи огня и крупные искры.