Евгения Зимина – Отборнейшее безобразие, или Попаданка для наследника (страница 9)

Сидеть с ним так рядом в тишине библиотеки было... странно. От него приятно пахло. И он был чертовски умен. Он не просто читал, он анализировал, проводил параллели, предлагал теории. Я ловила себя на том, что забываю о своей роли и всерьез с ним спорю о механизмах работы пространственных разломов, о которых еще месяц назад понятия никакого не имела.

В один из таких вечеров он закрыл книгу и посмотрел на меня задумчиво.

— Вы не находите это странным? — спросил он.

— Что именно? Тот факт, что я спорю о магии с кронпринцем вместо того, чтобы вышивать крестиком? Да, немного.

— Нет. То, что все эти инциденты направлены только на вас. Захира практически игнорирует вашу подругу, леди Элеонор. Почему? Она ведь тоже претендентка.

Я задумалась. И правда. Это было нелогично.

— Может, я просто яркая мишень? — предположила я. — Дурочка, которая вечно попадает впросак. Устранить меня, и вот он скандал, и одно место освободится.

— Возможно, — он не выглядел убежденным. — Но есть и другая версия. Что вы представляете для нее угрозу не как претендентка на трон, а по другой причине. Может, она знает о вашем... интересе к артефакту?

Ледяная струйка пробежала у меня по спине.

— Но откуда? Я никому не говорила.

— Магия, леди Амелия, — сказал он, вставая. — Она оставляет следы. И возможно, кто-то способен их учуять.

Он ушел, оставив меня с неприятным предчувствием. Я сидела и смотрела на свои руки. Руки Амелии. А что, если дело было не во мне? Что, если... в ней самой? В ее теле? Могла ли оригинальная Амелия быть как-то связана с магией? Или с самим артефактом? Или с Захирой?

Я подошла к зеркалу и внимательно посмотрела на свое отражение. Платиновая блондинка с глазами цвета василька и кукольным личиком. Что ты скрываешь?

Вдруг я заметила то, на что раньше не обращала внимания. На внутренней стороне моего запястья, почти незаметно, проступал легкий, серебристый узор, похожий на след от прикосновения мороза к стеклу. Он был едва виден, и я всегда принимала его за случайную тень или прожилку на коже.

Но сейчас, при свете заката, падающего из окна, он слабо светился.

Я провела по нему пальцем.

Это еще что? Какой-то семейный знак? Родовой, как принято тут говорить.

Глава 14

Следующие несколько дней я провела, украдкой изучая свое запястье. Серебристый узор то появлялся, то исчезал, и никакой логики в этом я уловить не могла. Он напоминал мне то ли татуировку-невидимку, то ли сбой в матрице. Я даже попыталась спросить у Элеонор под видом «непонятной сыпи от новых духов», но она, изучив запястье через лупу, развела руками.

— Это не похоже ни на одну известную мне сыпь, леди Амелия. Возможно, это... врожденная пигментация?

Врожденная. То есть, это было у оригинальной Амелии. Но почему я раньше его не замечала? И почему теперь он иногда светится? Вопросов было больше, чем ответов, а единственный человек, который мог бы пролить свет на эту загадку, принц, был временно недоступен. Его вызвали на какую-то срочную встречу с послами из соседнего королевства. Мне удалось только оставить ему записку в одной из книг. Мы договаривались ранее о таком способе общения.

Тем временем, граф фон Лейден, видимо, решил, что скандалов нам недостаточно, и объявил о новом испытании. Назвал он его пафосно: «Бал Искренности».

— Каждая из участниц, — вещал он, собрав нас в бальном зале, — должна будет пригласить на танец того, кого она считает своим самым верным и искренним союзником здесь, при дворе. И объяснить свой выбор.

Принцесса Захира, не моргнув глазом, заявила, что ее верный союзник — это ее ручной леопард по имени Шахин, ибо «зверь не лжет и не предает». Граф фон Лейден поперхнулся, но спорить не стал. Леопард, в качестве партнера по танцу, был, мягко говоря, нетривиальным выбором.

Элеонор, покраснев, прошептала, что пригласит свою тетушку, фрейлину королевы. Скучно, но безопасно.

Все взгляды обратились ко мне. Я понимала, что мой выбор будет иметь последствия. Пригласить отца? Смешно. Принца? Слишком очевидно и вызовет новые сплетни. Элеонор? Но она и так была моей подругой, в этом не было «искреннего открытия», да и у нее была уже тетушка.

И тут меня осенило. Это же надо было выкручиваться! Я сделала свои самые большие и невинные глаза.

— О, ваша светлость! Это такой трудный выбор! — вздохнула я. — Все здесь такие милые и искренние со мной! Ну, почти все. Но я подумала... Мой самый верный союзник — это тот, кто всегда со мной, кто делит со мной все радости и печали! Кто никогда не осудит мой вкус в платьях и всегда выслушает!

В зале повисла напряженная тишина. Все ждали, назову ли я принца.

— Я приглашаю на танец... свою тень! — торжественно объявила я.

Гробовая тишина сменилась взрывом смеха. Даже граф фон Лейден не смог сдержать усмешки. Принцесса Захира смотрела на меня так, будто я была тем самым шестиногим существом из леса.

— Ваша... тень? — переспросил граф, не веря своим ушам.

— Ну да! — радостно подтвердила я. — Она всегда со мной, повторяет все мои движения и никогда не перечит! Разве это не идеальный союзник? Правда, иногда она пугает меня по ночам, но никто же не идеален!

Бал Искренности превратился в фарс. Я отплясывала вальс в одиночестве, грациозно обнимая воздух и время от времени одергивая невидимую партнершу: «Нет, нет, милочка, не наступайте мне на ногу! Ах, простите, это я сама наступила!»

Принц Себастьян появился в дверях зала как раз в тот момент, когда я делала финальный пируэт с реверансом в сторону своей воображаемой спутницы. Я увидела, как он замер, глядя на меня. На его лице было столько откровенного, нескрываемого веселья, что он выглядел почти обычным человеком.

Позже, когда оркестр заиграл что-то медленное, он подошел ко мне.

— Леди Амелия, — произнес он с подчеркнутой серьезностью. — Позвольте пригласить на танец... вас и вашу очаровательную спутницу. Если, конечно, она не ревнует.

Я снова надела маску дурочки.

— О, ваше высочество! Конечно нет! Она будет просто счастлива постоять в сторонке и посмотреть на такого важного кавалера!

Мы закружились в танце. Его рука твердо легла на мою талию и он уверенно повел меня в танце.

— Тень? — тихо спросил он, и в его голосе снова зазвучала знакомая насмешка. — Это гениально. И абсолютно в вашем духе.

— А что было? Признаться, что мой самый верный союзник — это вы? — шепнула я в ответ, глядя куда-то в область его подбородка. — Вы бы этого хотели?

— Боги, нет, — он рассмеялся, и это был настоящий, несдержанный смех. — Это разрушило бы всю интригу. И, признаться, лишило бы меня удовольствия наблюдать, как вы водите хороводы с пустотой.

Мы молча прокружились еще пару тактов.

— Я нашел кое-что в архивах, — вдруг сказал он, понизив голос. — Об артефакте. И о... метках.

Я вздрогнула.

— И?

— И, — он посмотрел на мое запястье, которое я инстинктивно прикрыла перчаткой, — это не пигментация. Это печать. Очень, очень старая. И связана она не с самим «Сердцем Мира», а с его Хранителями.

Я чуть не споткнулась.

— Хранителями? Что это значит?

— Это значит, леди Амелия, — его голос стал серьезным, — что ваше появление здесь, возможно, не было такой уж случайностью. И что принцесса Захира охотится не просто на глупую знатную девицу-невесту. Она охотится на что-то другое.

Танец закончился. Он отпустил мою руку и отступил на шаг с безупречным поклоном.

— Благодарю вас за танец, леди Амелия. И... передайте мои наилучшие пожелания вашей тени. У нее замечательное чувство ритма.

Он удалился, оставив меня в центре зала с головой, идущей кругом. Хранители? Печать? Моя душа вселилась в тело с тайной миссией? Это было уже слишком даже для меня! Теперь мне предстояло не только найти способ домой, но и выяснить, что, черт возьми, происходило с оригинальной Амелией, и почему принцесса с леопардом так хочет меня устранить.

Я вздохнула и пошла к фуршетным столам. В такие моменты требовалось что-то сладкое и калорийное. А там, глядишь, и до истины докопаешься. Или хотя бы до дна вазочки с эклерами.

Глава 15

После бала я чувствовала себя так, будто меня пропустили через магическую мясорубку. Хранители? Печати? Это уже пахло жареным. Мне же хотелось обратно в свой мир, где самое эпическое приключение — это доставка пиццы ночью в грозу.

На следующее утро я, движимая новой целью, отправилась на «занятия» к принцу. Мы сидели в библиотеке за столом, заваленном картами и свитками, а он с видом заправского профессора излагал мне теорию.

— Род Хранителей, согласно манускриптам, прервался семь столетий назад, — говорил он, показывая на пожелтевший пергамент. — Последний из них пал, защищая «Сердце Мира» во время Войны Разломов. С тех пор артефакт запечатан в сокровищнице, а его истинная природа забыта. Печать на вашем запястье их родовой знак. Вспыхивает вблизи источников сильной магии.

— Значит, я... потомок этих Хранителей? — уточнила я, сдувая пыль с очередного фолианта. — И что, никто об этом не знал?

— Судя по всему, род давно утратил свои знания и силу. Но кровь... кровь никуда не делась. — Он посмотрел на меня с любопытством. — И теперь ее наследие обнаружилось в вас. Это уникальный случай. Мне необходимо поговорить с вашим отцом и поднять архивы вашей семьи.

— Только не это, — проворчала я. — Меня же сразу выдадут замуж за маркиза… Уж он найдет чем повлиять на…отца. Разве теперь он откажется от такого? — я потерла знак на запястье.