Евгения Юрова – Ночные (страница 9)
Новый учебный день начался с печального объявления о пропаже Михаила.
– Последний раз его видели на дополнительном занятии по ориентированию в опасных средах, – уныло сообщил Боян. – Я сам отчитал парня за медлительность и укорил, что такими темпами его любой контекстуальный кошмар слопает и не подавится. Накарк… ой, то есть сглазил, небось.
Чуть позже благодаря организованному лично Мумут разделенному сну невообразимых масштабов всё-таки отыскался человек, общавшийся с пропавшим и после урока: сокурсник Адриан – не то чтобы друг, но хороший товарищ – уверял, что видел явно разобидевшегося Михаила в библиотеке. Тот нервно листал какой-то увесистый том, а потом закрылся у себя. Из комнаты он не вышел, но и там вечером тоже не обнаружился. Библиотекарь, на зависть всему университету ориентирующийся в своих владениях буквально с закрытыми глазами, быстро отыскал упомянутую книгу; ею оказалось «Практическое пособие по безопасным передвижениям в кошмарах для продвинутых» за авторством Р. Картера, признанного специалиста, чьими монографиями зачитывались ещё первокурсники.
Версия с обычным бегством из альма-матер даже не рассматривалась: из воплотившейся Шамбалы не бегут. Скорее всего, надувшийся Мишка решил доказать Бояну собственную компетентность и сунулся в личные кошмары, намереваясь героически раскидать их одной левой.
Не высунулся.
– И как теперь к нему туда попасть? – мотала я нервы друзьям. – Сомневаюсь, что у преподов в закромах найдется отрава с этикеткой «Кошмар Михаила Родинова, в котором он по дурости сгинул такого-то числа». Или можно сделать как с Гофманом, вроде стимуляции?.. Хотя человека-то самого не имеется, никак.
– Это мы не проходили, – саркастически отозвалась Мумут, в который раз оказавшаяся прямо за нашей спиной в самый неподходящий момент. – Интеграция с помощью каптивов сравнима с пассивным прослушиванием няниных сказок. Рассчитанных к тому же на дошколят. Сколь-нибудь опытный человек имеет другие способы, хотя в случае кошмара достаточной для полного поглощения силы проблема немного сложнее.
– Ну так отправьтесь за ним! Что все все стоите, человек там где-то пропадает! Что?!
Уже и оставшиеся два декана с виноватыми физиономиями выслушивали мои истеричные вопли, собравшие небольшую толпу.
– Я не могу интегрироваться в отдельные миры, – тихо призналась Мумут. – Мигель женатый человек, мы не имеем права отправлять его. А господин Боян…
– Господа все в Париже, – буркнул физонюктолог.
– … господин Боян чрезмерно ценный специалист, лучше кого-либо в университете владеющий навыками защиты от… от нежелательных явлений. Рисковать им – и всеми вами – мы тоже не можем.
– Я за ним пойду, – Серая подняла руку с таким скучающим видом, будто речь шла о покупке забытых батареек.
– Что за бред! Тут куча старшекур…
– C’est drôle, но она действительно справится лучше всех. Спасибо, студент. Серая.
Они с Мумут на секунду переглянулись, но смысл этого жеста оставался неясен – что, впрочем, неудивительно, если переглядывается маска настоящая и маска безэмоциональная.
– Лучше тебе отправиться через Пределы. Для тебя там безопаснее, чем для прочих.
– Ясно дело. Приведу – уши надеру. Это всё его дурная скептическая позиция. Додумался. Излишние знания иногда вредны, особенно для таких boludos. Что делать: будем вытаскивать.
Мы поймали её у самых ворот.
– Ты куда одна? Тебе не кажется, что это дело для друзей, и уж точно не для одиночки?
Серая раздраженно поморщилась, будто к ней приставал с капризами дошкольник.
– Видишь ли, выходить в другие реальности может единственно тот, кто уверен в своей. А то есть риск не вернуться. Ну что трясешься, и ты туда же? Не исчезнет это всё, не исчезнет. Ладно, смотри. Представь самый обычный, рядовой мир латентных, ну, где ты раньше жила. Какой-нибудь банальный пример… вот: встречаются парень с девушкой, оба честные, заботливые, неглупые; всё у них хорошо, никаких интриг или подводных камней. Тут на нашу дамочку нападает бес сомнения. Старательно так нападает, и вот она уже мучит кавалера расспросами, подозрениями, упреками… долго они ещё будут общаться?
– Как повезет. Но скорее нет.
– Вот-вот. Миры ведут себя так же. Тем более подобные нашему.
– Ладно. Но раз Мишку прочно затащило, там всё равно опасно. Тебе что, жить надоело?
– Может, и так. Меньше знаешь – лучше спишь.¡Hasta pronto!
Не дослушав очередную порцию уговоров, Серая хлопнула дверью.
***
Сперва выход попадался почти в каждом коридоре, потом через этаж, после – ещё реже. Так называемые «смены», циклы, в которые менялось взаимодействие пространства с соседними мирами, вообще не отличались стабильностью, а в подобных пакостных местах могли вести себя и вовсе совершенно непредсказуемо.
Офисы, этажи, близнецы-коридоры, мигающие слепящие лампы, делающие землистые лица скелетоподобных работников ещё жутче… К тому моменту, как Серой удалось обнаружить беглеца, выход открывался раз в час или два.
Обыкновенно веселый и легкий на подъем, бывший студент сгорбился в кресле захудалого офиса. Перед ним на дешевом офисном столе, будто из антирекламы ну очень неуспешного предприятия, немым укором лежали три высокие стопки бумаг.
– Три на три – девять пачек, – бормотал Михаил, – минус пять отказов, и того…
– Допрыгался? В клерка играем? Вставай, идем. По расчетам, всего две смены осталось: эта мерзкая реальность имеет привычку становиться всё более убедительной.
Парень поднял глаза на подругу и грустно улыбнулся.
– Ой, как смешно. Меня предупреждали о галлюцинациях от переработки. Ну да это пройдет.
– Тебе вентилятором мозги продуло? Бери шинель, марш в универ.
– Универ? А-а, это тот сон. Я почти и забыл. Интересный был. Ты мне, кстати, тоже там снилась. Весь университет, все эти приключения. Жизнь на самом деле такая: офисы, бумаги, безвыходный беспроглядный быт и равнодушные люди.
– Это бред!
– Это правда. Жизнь.
– Жизнь не означает унылое болото! Очнись, дурак! Это то, что ты сам решишь.
– Нет-нет, что ты. Я тут занят очень, очень важной работой. Мы помогаем людям перестать заниматься детскими глупостями и найти свое место в мире. Я веду учет. Погляди-ка, приятельница из сна, – он указал пальцем на очередную бумагу, – вот анкета. Тут мы видим мотив анкетирования. Тут – реакцию соискателя. А тут – результат. Последние пару веков мы нанимаем всё больше персонала. Это настоящий успех.
Серая наклонилась над бумагами. В них можно было различить следующее:
А. Н. Дроздова, 2005 г.р., Псков.
Развод родителей. Смерть бабушки.
Отказ от мечты стать художницей. Поступление на бухгалтера.
Ю. П. Михайлов, 2002 г.р., Рига.
Обзывательства в школе. Давление отца.
Прекращение посещения кружка юного биолога. Перевод в техникум.
Бонус: склонил ещё двух одноклассников бросить учебу. Один пристрастился к алкоголю.
И. Н. Юнцева., 1996 г.р., Санкт-Петербург.
Скандал в театральной студии.
Решение стать домохозяйкой вместо актрисы театра кукол.
Бонус: воспитание троих детей с профилактикой глупых мечтаний.
Бонус: брак без «любви».
Бонус: разрешение мечты мужа о семейном счастье.
Э. С. Котова., 1972 г. р., Пушкин.
Изнасилование в токсичных отношениях.
Разочарование в мужчинах. Мизантропия. Цинизм. Возврат к работе уборщицей после фриланса в качестве педагога фортепиано. Продажа инструмента.
Бонус: пропаганда одинокого образа жизни посредством соцсетей.
Бонус: культивирование ненависти и обиды в дочери.
Бонус: трое передумавших заниматься музыкой учеников.
– Они думают, что подписывают трудовой, брачный или какой-тоещё договор, а на самом деле поступают к нам до конца дней, сами этого не замечая. Бродят тут как сомнамбулы. Очень удобно и гуманно, никого не пугает. Давай я, кстати, всё покажу, всё равно хотел ноги размять. Коллеги этого крыла сейчас по большей части в делегациях для найма, никто не засмеёт за разговор с самим собой, ха-ха.
Взяв под руку растерявшуюся девушку, он повел её на экскурсию по канцелярскому аду. Осмотрели архив с досье почивших «соискателей» и данными об их подавляющем влиянии на следующие поколения; прошлись по системе поиска новых кадров; разобрали критерии, определяющие «перспективность» человека – их оказалось пугающе много.
– А там у нас отдел маркетинга, воображаемая мадам, – не без гордости пояснил Михаил, вводя Серую в зал без какой-либо мебели. – Смотри, как талантливо. Кому нужно, может прийти, вдохновиться и использовать лозунги для найма соискателей.
На стенах в черных рамках висели изречения такого толка: