Евгения Светлова-Элфорд – Медальон и шпага (страница 16)

Делия отправилась в Оксфорд ранним солнечным утром. Был первый день осени. Солнце разливало по сентябрьскому небу удивительный летний свет, высвечивая на фоне серых полей черепичные крыши фермерских домиков. Воздух дышал волнующей грозовой свежестью, и, как часто бывает при смене одного времени года другим, душа ждала чего-то нового и радостного, заставляя на время отвлечься от мрачных мыслей и гнетущей тоски. Черный иноходец Делии легко бежал по дороге, еще мокрой от ночного дождя. Принесенные ветром опавшие листья покрыли дорогу пестрым шелестящим ковром.

Путь в Оксфорд лежал через земли графов Говардов, которые граничили с владениями Рутерфордов. Замок Говард-Холл изумлял путешественников непривычной для этих мест архитектурой в духе итальянского Возрождения. Затейливые пилястры, барельефы с античными сюжетами, изящные кружевные решетки, величественные порталы в изобилии украшали роскошную обитель Говардов, и Делия невольно придержала коня и залюбовалась красотой замка, хотя видела его несчетное количество раз.

Девушка всегда была желанной гостьей в доме графов Говардов. С сыном графа, Фрэнсисом, ее связывала та искренняя детская дружба, которая в юношеские годы нередко перерастает в любовь.

Фрэнсис очень нравился Делии. Она имела на него вполне определенные виды, отводя ему роль возможного супруга, но, по вине Фрэнсиса, не спешившего к алтарю, их отношения застыли на стадии той влюбленности, которая поддерживается не глубиной чувств, а романтическим воображением молодых людей.

Однако Фрэнсис был слишком красивым юношей, чтобы Делия отказалась от своих тайных любовных планов. Она была уверена, что ее обаяние рано или поздно сделает свое дело и нерешительный друг детства отважится на брачное предложение.

Поравнявшись с замком, Делия по привычке бросила взгляд на окна Фрэнсиса. Его апартаменты из трех комнат располагались на втором этаже. Занавеси на окнах были раздвинуты, а балконная дверь в спальню приоткрыта.

“Неужели приехал Фрэнсис?” – подумала Делия, и ее сердце радостно забилось. Молодого офицера не ждали домой раньше Рождества. Он покинул Говард-Холл всего месяц назад, проведя здесь свой отпуск, и сейчас должен был находиться в Портсмуте.

Делия пришпорила коня и подъехала ближе к замку. Она увидела, как колыхнулась портьера, словно кто-то стремительно отошел от окна, и балконная дверь захлопнулась.

Делия внимательно всматривалась в окна апартаментов Фрэнсиса, надеясь усмотреть там присутствие людей, но тщетно: к окнам никто больше не подходил.

“Нет, – вздохнула девушка, – это не Фрэнк. Он непременно окликнул бы меня с балкона. Наверное, прислуга убирается в его спальне”.

Делия вернулась на дорогу и пустила коня крупной рысью. Она хотела попасть в Оксфорд с самыми ранними рыночными торговцами и быть у генерала Бредли первым посетителем. Но, подъехав к дому сэра Ричарда, Делия поняла, что первый посетитель побывал у него по меньшей мере час назад.

Двор резиденции походил на двор какой-нибудь казармы. Там толпились десятка два военных разных чинов, городские стражники и несколько полицейских. Среди военных мундиров сиротливо мелькали суконные камзолы представителей городских ремесленных корпораций и даже мантия духовного лица. Штатские держались в стороне и с опаской поглядывали на самодовольных вооруженных людей.

Делия, выросшая в мужском обществе без женского надзора, была воспитана в менее суровых правилах, чем ее сверстницы, живущие под неусыпным материнским оком. Герцог Эдвин потакал капризам сестры и позволял ей пренебрегать поучениями нянек и гувернанток. Она дружила с сыновьями местных дворян, играла с фермерскими мальчишками и, будучи уже взрослой, не спешила менять свои детские привычки. Словом, вела образ жизни, который девицы ее круга сочли бы несколько неблагоразумным. Это свободное воспитание и помогло Делии решиться на такой отчаянный для юной девушки шаг, как визит к генералу, известному своим жестким нравом.

И все же, оказавшись под нахальными взглядами бравых военных, Делия смутилась. Она предусмотрительно скрыла лицо под густой вуалью, но завладевшее ею чувство неловкости несколько остудило ее воинственный пыл. Делии захотелось ускакать прочь, но она подумала, что такое необъяснимое бегство наверняка вызовет у этих людей град насмешек. Девушка призвала на помощь всю свою смелость, отбросила колебания и спрыгнула с коня, воспользовавшись помощью какого-то ретивого лейтенанта, опередившего в джентльменском усердии сопровождавших ее слуг.

Делия проследовала в приемную Бредли с самым надменным видом, решительно подошла к адъютанту Эдвардсу и приказала доложить генералу о своем визите.

– Леди Дарвел? – удивленно переспросил офицер. – Если я не ошибаюсь, вы сестра герцога Рутерфорда?

– Не ошибаетесь, сэр, – ответила Делия.

– Я доложу о вас, – сказал Эдвардс, – но, к сожалению, вы попали в неудачный день. Генерал собирается инспектировать войска и не сможет уделить достаточно времени вашему делу.

– Тем лучше, – заявила Делия. – Тогда генерал будет вынужден принять меня немедленно. Я предупреждаю вас, что не покину этого дома, пока не увижу мистера Бредли.

– Вы настаиваете на аудиенции, миледи?

– Именно настаиваю.

Адъютант улыбнулся, пытаясь сквозь вуаль рассмотреть черты такой решительной особы.

– Соблаговолите подождать, пока генерал освободится, – попросил Эдвардс. – Сейчас у него посетители.

Делия кивнула и села в кресло.

Минут через пять двери кабинета Бредли отворились, и в приемную вышли два кавалерийских офицера. На вопросительный взгляд Эдвардса один из них отрицательно покачал головой, выражая полнейшее разочарование.

– Его превосходительство сегодня не в духе, – заметил адъютант, делая последнюю попытку оградить своего патрона от неприятной беседы.

– А когда же мистер Бредли в духе? – с едкой иронией поинтересовалась Делия. – Когда в его руки попадет очередная безвинная жертва?

– Вы несправедливы, миледи, – вступился за Бредли адъютант.

– Неужели? – усмехнулась Делия.

– Вы судите с предубеждением.

– Возможно, – согласилась девушка, – но вам, сэр, верно, не привыкать к пристрастным судилищам.

Адъютант не стал спорить и направился в кабинет Бредли. Вернувшись, он пригласил Делию следовать за ним.

Эдвардс провел ее по длинному темному коридору, в конце которого светилось маленькое круглое оконце, и распахнул перед девушкой дверь.

Делия вошла в просторную комнату, отделанную резными дубовыми панелями, и увидела офицера, убиравшего в шкаф свитки бумаг. Он поспешно захлопнул стеклянную дверцу и направился к посетительнице.

– Доброе утро, миледи, – поприветствовал Бредли Делию. – И оно действительно доброе, если я имею удовольствие видеть вас.

– Вы рады моему визиту? – с горькой усмешкой спросила Делия.

– Конечно, миледи, – ответил Бредли. – Я буду счастлив, если смогу оказать вам какую-нибудь услугу.

– Оставим лицемерные разговоры, сэр, – холодно проговорила Делия, уловив в голосе Бредли скрытую иронию. – А то, чего доброго, вы начнете утверждать, что и моих людей вы не приняли потому, что хотели увидеть меня.

– Признаюсь, в моих мыслях не было ничего подобного, – возразил Бредли.

– Было или не было – я не знаю, – сказала Делия. – А верить мужчине на слово по меньшей мере наивно. Так что перейдем к делу.

– Перейдем, – с улыбкой кивнул Бредли.

– Вы догадываетесь, о чем пойдет речь?

– Догадываюсь, миледи.

– И что вы можете мне сказать? – спросила Делия.

– Совершенно ничего, – невозмутимо ответил Бредли.

– Как это ничего?! – воскликнула Делия. – Да вы издеваетесь надо мной! Мой брат в тюрьме. Я целую неделю шлю к вам гонцов. Вы не удостаиваете их приемом, не даете им свидания с герцогом – и вам нечего сказать?

– Странные претензии, леди Дарвел, – возразил Бредли. – Я послан в Оксфорд не для того, чтобы давать объяснения по чьей-то прихоти, а чтобы самому требовать их от господ, подобных вашему брату.

– Но вы сами признались, что рады мне помочь.

– Да, рад, если ваши просьбы будут разумными.

– Скажите, что случилось с моим братом? Надеюсь, эта просьба не покажется вам неуместной?

– Вы знаете, что ваш брат в тюрьме.

– И вы говорите это так равнодушно? – воскликнула Делия. – Но это же ужасно! Лорд Дарвел, герцог Рутерфордский – и в городской тюрьме, как какой-нибудь вор или убийца!

– Смею заметить, – ответил Бредли, – лорд Дарвел, герцог Рутерфордский один раз уже сидел в тюрьме, и та тюрьма была куда менее пристойной, чем оксфордская. Ее заменял обыкновенный подвал в доме ростовщика. В то время мы не смогли найти апартаментов, достойных вашего знатного братца, а переправлять его в Тауэр у нас не было возможности.

– При чем тут прежний арест моего брата? – возмутилась Делия.

– Ни при чем, но должен вам признаться, что некоторые сомнительные факты в биографии герцога в какой-то мере избавили меня от излишней щепетильности.

– Мой брат был оправдан.

– Правильнее сказать – помилован. Отбой прозвучал всего за несколько минут до казни.

– Какая разница? Это все уже в прошлом.

– Разница есть, миледи, – холодно произнес Бредли. – И большая. Но вы правы: не будем ворошить прошлое, тем более, что нам хватит забот и в настоящем.

– Генерал! – воскликнула Делия, приходя в отчаяние от бесстрастного тона Бредли. – Умоляю вас, освободите моего брата из тюрьмы. Он не заговорщик, и у него нет ничего общего с его бывшими друзьями.