Евгения Светлова-Элфорд – Черные рифы (страница 9)

– Если надо, суд всегда найдет основания для обвинительного приговора, – уклончиво ответил адвокат.

– Меня не интересуют ваши судейские уловки, – возразила Делия. – Меня интересует, был ли приговор Дэвиду вынесен по справедливости?

Голос девушки звучал так холодно и сурово, что сэр Чарльз невольно почувствовал себя на месте подсудимого, которому дано последнее слово.

– Миледи, – неуверенно начал он, – дело вашего брата было очень непростым. С одной стороны, все предъявленные ему обвинения были доказаны: он совершил каперское нападение на военный корабль королевского флота и признался в убийстве виконта Рейли, который был фаворитом короля. Но, с другой стороны, в деле герцога имелось достаточно обстоятельств, которые могли бы послужить вполне законным основанием для его оправдания.

– Почему же эти обстоятельства не были учтены?

– Вы задаете сложный вопрос, миледи, – усмехнулся Блант.

– Не настолько сложный, чтобы вы не смогли на него ответить, – возразила Делия.

– Видите ли, миледи, в дела правосудия порой вмешиваются очень влиятельные силы, – многозначительно проговорил Блант.

– Иными словами, сэр Чарльз, судьи выполняли приказ короля? – горько усмехнулась Делия.

– Я этого не сказал, – настороженно произнес Блант.

– Это и так понятно, – проговорила девушка. – Вернувшись в Англию после несправедливого изгнания, Дэвид столкнулся с тем же произволом, как и во времена Протектората Кромвеля.

– Я полагаю, что король не мог простить герцогу Рутерфорду убийство своего фаворита. Конечно, виконт Рейли отнюдь не был образцом благородства и добродетели, но, совершив самосуд, ваш брат как бы отверг саму возможность королевской справедливости.

– Ах, сэр Чарльз! – воскликнула Делия. – Оставьте эти юридические умозаключения для университетских диспутов. Карл не мог простить Дэвиду его славы, его независимости, его гордости. Ведь мятежный дух свободы опасен и заразителен. Дэвид был слишком неудобным подданным и от него поспешили избавиться.

– Но король все же помиловал герцога Рутерфорда, – напомнил Блант, – заменив казнь изгнанием.

– Велика честь! – хмыкнула Делия. – Карл забыл обо всех жертвах, которые принесла наша семья, чтобы вернуть ему трон, и отомстил Дэвиду за бесчестного, продажного собутыльника. А Дэвид еще надеялся на какую-то справедливость!

– Вы очень любили брата? – с сочувствием спросил сэр Чарльз.

– Очень, – ответила Делия, – хотя наши отношения не всегда складывались гладко. Если бы не мой долг перед моей семьей, я никогда бы не вернулась в Англию, а навсегда осталась бы там, где погиб Дэвид.

– Миледи, такое поместье как Рутерфорд, не может оставаться без хозяина.

– Я всегда думала об этом, сэр Чарльз, и очень скучала по Рутерфорду. Теперь я намерена серьезно заняться семейными делами и рассчитываю на вашу помощь.

– Я всецело к вашим услугам, – учтиво проговорил адвокат.

– Я хочу выкупить все земли, которые наша семья потеряла при Кромвеле. Это возможно?

– Думаю, что возможно. Но должен вас предупредить, что за последнее время цены на землю очень выросли, Вам придется заплатить большие деньги.

Замечание Бланта нисколько не смутило Делию, уверенную в том, что ее состояния вполне хватит для осуществления ее планов.

– Я могу обналичить ценные бумаги на имя Дэвида? – спросила она.

– Да, миледи, – ответил Блант. – Милорд герцог позаботился о доверенности на ваше имя. Он хотел, чтобы во время его отсутствия вы могли свободно распоряжаться имуществом, землями и деньгами. Он вам полностью доверял.

На глазах Делии блеснули слезы.

– Милый Дейви, – прошептала она. – У меня никого не было ближе тебя и никогда не будет.

– Вы что-то сказали? – поинтересовался Блант, не расслышав ее слова.

Делия быстро взяла себя в руки.

– Я могу предъявить к оплате все векселя брата?

– Все, миледи, – ответил Блант. – После вступления в наследство вы станете полновластной владелицей всего состояния Рутерфордов. Ведь вы, если я не ошибаюсь, единственная наследница вашего брата?

Сердце девушки защемило при этих словах сэра Чарльза.

Единственная наследница! Нет ни старшего брата Эдвина, воспитавшего ее с малых лет, нет Дэвида, нет никого из семьи Дарвелов, кроме нее. Она – единственная, последняя наследница доблестного рода. При этих мыслях ей вдруг стало не по себе, словно она хотела присвоить то, что ей одной не принадлежало.

– Мы поговорим о наследстве в другой раз, – произнесла Делия, охваченная необъяснимым странным предчувствием. – Сейчас мне очень тяжело заниматься этими формальностями. А пока я хотела бы получить некоторую сумму денег по доверенности.

– Какие векселя вы желаете обналичить? – поинтересовался сэр Чарльз.

– Векселя Ост-Индской компании.

– Дела Ост-Индской компании идут очень неплохо, и ее акции весьма прибыльны, – сообщил Блант.

– Возможно, – согласилась Делия. – Но я не в курсе. Денежными вопросами занимался брат.

– Я сам состою пайщиком Ост-Индской компании, – сказал Блант.

– В таком случае, мне трудно найти лучшего советчика, – улыбнулась Делия.

– Если у вас есть векселя Голландской Вест-Индской компании, я бы посоветовал вам обналичить прежде эти бумаги.

– Вы полагаете, это разумнее?

– Да, миледи. Впрочем, чтобы у вас не осталось никаких сомнений, вы можете посоветоваться с вашим управляющим сэром Бернардом Гейджем. Он человек весьма сведущий в финансовых делах.

– Сэр Чарльз, я вполне доверяю рекомендациям моего брата, – ответила Делия. – Если он поручил вам вести дела нашей семьи, значит, он верил вам, и у меня пока нет никаких причин отказываться от ваших услуг.

– Благодарю, миледи, – почтительно проговорил Блант. – Когда вы хотите получить деньги?

– Если возможно, завтра или послезавтра. Я хочу как можно быстрее уехать в Рутерфорд.

– Хорошо, – ответил Блант. – Я обо всем позабочусь.

Он раскланялся с Делией и ушел, гордо неся свой незабвенный портфель.

Назавтра с утра разгулялась непогода. Шел холодный проливной дождь, заставив Делию весь день просидеть в номере. Но к ночи дождь прекратился, и новое утро встретило девушку бархатными лучами осеннего солнца.

Около полудня в гостиницу явился сэр Чарльз. Он сообщил, что побывал в конторе Голландской Вест-Индской компании и договорился об оплате векселей.

– Я могу вас сейчас же отвезти в контору, – предложил адвокат девушке. – Моя карета к вашим услугам.

Делия охотно согласилась.

Контора Голландской Вест-Индской компании располагалась в Сити – деловой части Лондона. Благодаря стараниям сэра Чарльза Делию не заставили долго ждать и сразу выдали ей деньги по предъявленным векселям.

Получив деньги, Делия вернулась в гостиницу, взяла с собой камеристку Пилар и отправилась по модным лондонским лавкам, чтобы обновить по последней столичной моде свой гардероб и приобрести кое-какие модные безделушки, которые, по ее разумению, должны были украсить Рутерфорд.

На деловую суету и покупки ушли три дня, и Делия приказала Пилар готовиться к отъезду, но сборы в дорогу были прерваны неожиданным визитом.

Когда вечером, в день накануне отъезда, Делия вернулась в гостиницу осчастливленная заключительным аккордом своих приобретений, у дверей своего номера она увидела офицера в форме королевской гвардии.

– Леди Дарвел? – почтительно осведомился он.

– Да, сэр, – ответила Делия.

Офицер протянул Делии письмо, запечатанное королевской печатью.

– Его величество ждет вас в Уайтхолле завтра в полдень, – сообщил офицер, не дожидаясь, когда Делия откроет письмо.

Делия вскрыла печать и увидела официальное приглашение во дворец.

– Я обязана прийти или могу отказаться? – спросила она офицера.

– Отказаться от королевского приглашения?! – изумленно воскликнул гвардеец, никогда, видимо, не отвечавший на подобные вопросы.

– Да, отказаться, – подтвердила Делия.

– Вообще-то, это не принято… – растерянно проговорил офицер.