Евгения Суходаева – Дар Ордена (страница 10)

Я обратила внимание на руки. Очень худые, костлявые, со странными царапинами и застарелыми шрамами, каких раньше не видела. Обхватила свои локти, лицо бессознательно скривилось в гримасе. Что они со мной сделали?

Под рубашкой на левом боку был приклеен большой лейкопластырь. Я хотела заглянуть под него, должно быть, там скрывался какой-то кошмарный шрам. Но липучка больно отдиралась, и я испугалась, что повредит ещё незажившую рану.

Слабые ноги съехали с кровати на тёплый пол. Я попыталась встать и тут же схватилась за спинку кресла, чтобы не потерять равновесие.

Что произошло этой ночью? Ступни тоже оказались слишком худыми. Красный лак стёрт с ногтей, каждый пальчик тщательно обработан. Кто-то заплёл мои чёрные густые волосы колоском в две косы по бокам головы. На сгибах рук вырисовывались синяки с точками от иголок.

Я положила локти на кровать, несколько минут потратила на то, чтобы вытащить трубку из клапана катетера. Это было сложно сделать одной рукой. Потом села ровно, пытаясь собрать мысли и восстановить порядок в голове. Но входная дверь открылась, и в комнату вошёл Артур. Я замерла, не зная, чего ожидать.

– Дарина! – воскликнул он и тоже замер.

Нелепое мгновение прервалось звуком закрывающейся за спиной Артура двери.

– Доброе утро.

Я не ответила.

– Присядем? – он указал на два кресла около окна.

Почему его голос был таким родным? Будто я слышала его каждый день всю свою жизнь.

Я кивнула.

Артур сделал пару шагов и остановился на середине комнаты. Кажется, он тоже не знал, как себя вести.

Я медленно перенесла вес тела на ноги.

– Позвольте вам помочь? – он протянул руку ладонью вверх.

Я снова кивнула.

Артур крепко обнял меня за плечи правой рукой, и подал левую, чтобы можно было о неё опереться. Терпкие нотки его духов напомнили, как тогда в лесу он накинул мне на плечи свой пиджак. Как я оказалась в лесу?

– Что произошло? – спросила я, садясь в кресло и подтягивая колени к груди.

– На нас напал волк, но сейчас уже всё хорошо, вы очнулись, это прекрасно, – произнёс он елейным голосом. – Ваш врач сказал, что первым делом надо поесть.

– Где моя мама?

– На работе. Она пробыла здесь очень долго, я еле уговорил её уехать.

– Она приедет?

– Несомненно, но чуть позже, когда опасность для всех минует, – сказал Артур, что-то набирая в своём телефоне.

– Какая опасность? Для кого это «всех»? – напряглась я.

– Вы пока очень слабы. Потороплю доктора.

Голова у меня болезненно кружилась. Вспышки неприятных воспоминаний то и дело взрывались в моём сознании.

– Который час? – спросила, сжимая горячие виски.

– Если вам нехорошо, давайте вернём вас в кровать?

– Нет, всё в порядке, который час? – снова спросила я, разлепляя глаза.

– Время обеда, – Артур откинул руку, чтобы посмотреть на красивые наручные часы, – четырнадцать двадцать.

– Мы разговаривали этим утром?

– Нет, вы очнулись вчера, проспали ночь и проснулись на следующий день.

Я попыталась ощутить время. Мне казалось, что Артур читал несколько минут назад, а прошли целые сутки. Он читал мне Гюго, как странно.

– Как долго я здесь?

К своему неудовольствию я вспомнила, что сама пошла с этим молодым человеком в лес. Телефон зазвонил, Артур посмотрел на экран.

– Подъехал ваш обед! – он поспешно встал и открыл дверь комнаты, за которой на железной тележке стояла какая-то посуда. Артур взял большую миску на плоской тарелке и поставил передо мной на стол. – Вам помочь? – неуверенно спросил он.

– Нет, вы и так, похоже, очень многое для меня сделали.

Я опустила ноги. От миски с полупрозрачным бульоном исходил приятный аромат. Тут же проснулся аппетит. Я взяла ложку в руки и попыталась донести её до рта, но ничего не выходило: пальцы дрожали, суп проливался. Как же мне было стыдно за это.

– Ничего! Давайте перельём немного бульона в кружку, – быстро сообразил Артур, сбегал за посудой. Перелил суп из миски, пролив часть бульона на пол.

– Видите, у меня тоже не получается.

Он опасливо подал мне кружку, на треть заполненную тёплой жидкостью.

– Спасибо, – сказала я и отпила немного. – Так сколько времени я здесь? – спросила, пока Артур наливал следующую порцию.

– Прилично, если честно. Врачи не давали никаких прогнозов, но вы вдруг начали поправляться, – улыбнулся Артур. – Ваша мама была так рада, узнав, что всё в порядке.

– Я могу поговорить с ней?

Я удивлялась костлявости своих пальцев, вцепившихся в тёплый фарфор.

– Безусловно, просто ваш врач не разрешил никаких потрясений. А потому, я бы предпочёл подождать немного, совсем капельку, пока вы не наберётесь сил, – толерантно ответил Артур.

– Какие потрясения? Это же моя мама.

– Женщины могут быть такими эмоциональными, она точно расплачется, когда вас увидит. Её будет тяжело успокоить.

Я поймала короткий взгляд Артура. Он смотрел на мои ступни. Я съёжилась, видя, как они обтянуты кожей, и мысленно согласилась с ним. Допила бульон. Артур помог мне добраться до кровати, а сам устроился рядом в кресле.

– Если позволите, расскажу вам, что будет дальше.

Я кивнула.

– Это реабилитационный центр. Здесь вы полностью восстановите свои силы. Я всё это время буду с вами.

Я помолчала и задала наконец вопрос, мучивший меня всё это время:

– А почему, Артур?

– Ваш врач сказал, что это поможет скорейшему восстановлению.

– Да, но… моя мама могла бы за мной ухаживать, почему вы здесь? – спросила, почувствовав, что щёки мои краснеют.

– Я не могу вас просто оставить… – сказал он.

Должно быть, чувствует вину за то, что со мной произошло.

– А вы быстро восстановились? – спросила я.

– Да, я почти не пострадал, всего несколько царапин. Зверь… отвлёкся на что-то и убежал.

Убежал – мысленно повторила я.

– Наверное, за мной. Последнее, что я помню, как лечу вниз с горы, а меня кто-то преследует, – я зажмурила глаза.

– Мне жаль, что всё так вышло.

Я вытерла мокрые щёки.

– Вы не обязаны мне помогать.