Евгения Суходаева – Дар Ордена (страница 11)
– Нет, обязан. А теперь отдохните, пожалуйста.
Приятное тепло распространялось по моему телу. Было тревожно, но головная боль отступила. Я лежала с закрытыми глазами, пока сон не окутал моё сознание пуховой шалью. Жаль только, шаль через несколько мгновений превратилась в волчью лапу.
Лёгкий аромат свежих опилок заполнял светлую мастерскую. Белояр теперь постоянно ставил меня в пару с одним из своих помощников. Сейчас мы со Златаном шкурили дерево.
– Хороший ты парень, Злат, – сказал я.
– Да обычный.
– Не. Добрый. Такое редко встречается.
Я перевернул брусок с наждачкой, чтобы отшлифовать мелкую деталь вырезанной дощечки.
– В мире и без нас слишком много плохого, – пожал плечами Златан.
– Вот тут ты прав. К нам с отцом в автосервис прорва людей приезжает. Так редко улыбаются! Хмурые все.
– Автосервис не магазин мороженого, – резонно ответил Злат.
– А то! У нас в комнатке для клиентов диван стоит, можно заказать кофе. И автомат со сладостями.
– Так ты кофе разливаешь? – шутливо подначил Златан.
– Я обычно в шиномонтажном боксе. Либо с мотоциклом вожусь. Или мастерам помогаю. Да дел-то всегда полно, – признался я.
– Семейный бизнес, он такой. У нас в медцентре тоже вечно куча дел.
– Злат, а почему девушки у тебя нет?
– Потому что тяжело найти такую, которая приняла бы меня всего полностью, – он отложил инструмент в сторону. – То, что тебя ждёт, сильно изменит тебя. Мне жаль, правда. Но в этом есть и хорошее. Надеюсь, ты недолго будешь грустить.
– Опять про ваше заклятье? – я саркастично улыбнулся.
– Да. Сначала мы почувствовали приближение нового. Белояр сразу предположил, что это ты.
– Почему? – спросил я.
– А то сам не знаешь!
– «Боги сказали»?
– Конечно. Поначалу я сомневался. Но теперь вижу, что оно не обошло тебя стороной.
Он глянул на мои вспотевшие ладони. В комнате было тепло, но мне казалось, что жарко.
– Как это, «видишь»?
– Ты…
Хлопнула дверь, и Златан замолчал.
– Так как?
Но Златан встал и потрепал меня по плечу.
– Не торопи события. Но знай – будет больно. И если произойдёт чудо, и заклятье тебя не заденет, это будет твоей самой большой в жизни удачей.
Златан включил шлифовальную машину, разговор прервался. Я тоже продолжил работать, но тревожные мысли снова и снова носились у меня в голове.
В своей жизни я должен был всё контролировать, иначе терял ощущение безопасности. Секреты колебали мою уверенность. Я не знал, чего ожидать, и это мне не нравилось.
В размышлениях о заклятии я уловил, что моё сердцебиение участилось. Прислушался к ощущениям. Это напоминало пробуждение цветка, раскрывающего лепестки на первых солнечных лучах, только происходило всё не на поляне, а внутри моего собственного сознания.
Ощущения набирали силу, как цунами. Буря эмоций прокатилась по моему телу.
С каких это пор Дарина так прочно заняла мою голову? Между тем в голове самой девушки началась война. Страх, жалость, злость, презрение боролись за место на сцене.
Что за чёрт? Почему я вообще о ней думаю?
Мне сразу же захотелось успокоить её. Я мысленно остужал разгорающееся пламя. И гнев, кипящий внутри неё, кажется, начал остывать. Появилась искра другого цвета – желание разобраться во всём, что произошло и что её ожидает. Это был необыкновенный опыт, такой интимный и такой… приятный.
– Умница, – сказал я вслух.
– Что? – спросил Златан.
– Ничего.
Ещё некоторое время я ощущал, как меняется состояние Дарины. А потом всё пропало. Кажется, она уснула.
А мне нестерпимо захотелось обнять её.
Не в странных видениях. Не в мыслях. А по-настоящему.
Глава 7 Изменения
Я взял в руки книгу и по привычке стал читать вслух. Вспомнил, что Дарина просто спит, и продолжил молча. А потом и вовсе отложил Гюго.
Моя жизнь крепко изменилась с тех пор, как я взялся за это задание.
Конечно, я и раньше бывал в регионах, и вообще много путешествовал. И всё-таки мне казалось, что за МКАД очень странная и эфемерная Россия. Она как бы есть, а как бы её и нет. Я и не помнил, как жил до Москвы! Помнил своё велосипедно-свободное детство и учёбу в математической школе. Но вот какие там были люди – нет. Брат так и жил в Саратове. И отец. Но я редко туда приезжал. В последний раз ещё с женой.
Здесь, на базе, я понял, насколько мне нравится эта другая немосковская жизнь. Без небоскрёбов, толп, дорогих машин.
В Москве люди и сами не знают, кто они и про что. Понять их – всё равно что начать добычу нефти на шельфе Баренцева моря с нуля – строишь платформу, закупаешь оборудование, ищешь первоклассных иностранных специалистов, опускаешь сложнейшую буровую установку на самое дно под толщу ледяной воды, а потом ещё и обслуживаешь это произведение искусства.
Здесь, в пригороде Магнитогорска, всё было просто. Смотришь человеку в глаза и видишь, какой он. Без понтов, недосказанностей и лицемерия. А если и есть в нём какая-то ложь, её легко раскусить.
Я бегал, плавал и много работал. Пётр построил отличную команду. Вместе мы составили огромную схему взаимоотношений местных влиятельных лиц, нашли тех, кто принимает решения. Провели мозговой штурм, кто из них мог бы помочь бизнесу Ордена. Получился список из шести крупных предпринимателей и десяти политиков.
Я поставил перед группой задачу найти подход к каждому из перечня, не зацепив при этом каких-то серьёзных межличностных конфликтов. Ребята всё просчитали, подготовились к первой операции и провели её успешно. Ну а стартовый успех стал драйвером для дальнейшей работы. За последние несколько месяцев мы провели десятки небольших переговоров, и сейчас в политическом и экономическом поле Южного Урала всё стало более-менее прозрачно. Регион начал приносить прибыль! Хотя раньше Орден здесь работал в минус, подпитываясь от бюджета Москвы.
Каждый вечер я уставший возвращался в комнату Дарины. Здесь мы с Петром и маленьким сыном поварихи, Серёжкой, играли в шахматы. Здесь я читал, здесь порой и засыпал. И уже начал привыкать к новой жизни, в которой Дарина спит, а мы с Петром развиваем регион.
И вот снова всё изменилось.
Я был рад тому, что она очнулась. Но теперь предстояло научить её пользоваться силой. А ведь я единственный, на кого её дар теперь не будет распространяться. То есть единственный, кто сможет её остановить, когда она всё вспомнит.
Пришло сообщение: «Ты идёшь на обед?». Я не знал, что ответить Петру. Теперь Дарина очнулась, и передо мной стал новый проект. Проект, от которого страшно отойди, чтобы пообедать. Вдруг проснётся.
Я взвешивал все «за» и «против». Пытаясь понять, где чувства перемешались с логикой. Так ничего и не поняв, написал Петру, что не приду, и попросил прислать Серёжку с едой прямо в комнату.
Врач должна была появиться с минуты на минуту. Мне доложили, что она уже прошла контрольно-пропускной пункт. Он теперь беспрерывно охранялся, и на базу просто так было не попасть.
Я набросал план действий:
Я сел за столик у окна со своим ноутбуком. Открыл чат с командой. Раздал задания. Ответил на вопросы. Утвердил стратегию на ближайшие недели.
Дарина спала. Кажется, как всегда. Но всё-таки что-то в ней изменилось. Я всмотрелся в её лицо.