Евгения Райнеш – Сладкий сон АСМР (страница 12)
– Никто так и не узнал, что это за «Сладкий сон»?
– Нет. Я же говорил, что существует неформальное сообщество аэсэмэрщиков, там они быстро вычисляют подающих надежды новичков. Конкуренция, сама понимаешь, нужно держать ухо востро.
– В этом АСМР-сообществе, как и везде, – вздохнула Тори, – борьба за место под солнцем.
– Вот именно, – ответил Алексей Георгиевич. – Они бы моментально нашли эту волшебницу, если бы она продолжила работать. В общем, сообщество следит за каналом, и если что-то новое появится, попытается вычислить хозяйку. Для взаимовыгодного сотрудничества.
– Спасибо за сообщение, – уныло поблагодарила Тори.
– Не за что, – вздохнул тот. – Кажется, я ничем вам так и не помог…
Предполагалось вежливо ответить, что очень даже помог, но у Тори не было настроения заниматься политесами. Она застыла задумчивой мумией, зажав одной рукой мобильный, а второй сжимая читательский билет.
В том, что какой-то там ютубный канал удачно открылся, а затем стух, не было ничего необычного. Если бы не именно его Леська смотрела, не переставая, перед самым своим исчезновением (судя по данным, которые Иван выловил из роутера, несколько раз на дню).
Тори настолько ушла в свои мысли, что вообще забыла, где находится и зачем сюда пришла. Из задумчивости ее вывело деликатное покашливание.
– Извините, – потупилась дежурная тетушка. – Вы громко говорили, и я услышала…
Кроме них, в вестибюле никого не было, но Тори вдруг почувствовала, что сами стены осуждающе смотрят на нее.
– Это вы извините, – в ответ смутилась она. – Важный звонок…
– Нет-нет, я не о том, – всплеснула та руками. – Просто услышала, что вы говорили… Это же про АСМР «Сладкий сон»?
– Да, – удивленно ответила Тори. – Вам он знаком?
– Не мне, племяннице…
– Какое совпадение! – опешила Тори. – Я вообще до вчерашнего дня знать не знала, что существует такое явление, а теперь, оказывается, куча людей причастна к нему…
– Да, – кивнула тетушка. – Мы тоже не знали, пока с Риточкой дней десять назад не стали происходить странные перемены.
– И с ней тоже?!
– А с кем-то еще?
– С моей подругой, – пояснила Тори. – А где сейчас ваша племянница?
Она боялась услышать, что та пропала.
– В походе, – улыбнулась дежурная. – Она заядлая туристка, каждое лето с друзьями на байдарках сплавляется. Всегда с нетерпением ждала отпуска, но в этом году мы ее практически насильно отправили. Сначала удивились переменам в ее характере, даже обрадовались. Риточка всегда была такой, знаете ли… пацанкой, а тут задумчивой стала, непривычно романтичной. Вдруг платье решила носить, мы ее никогда ни в чем, кроме джинсов, и не видели. И чистота такая в доме! Просто стерильная. Полотенцем один раз вытрется и тут же в корзину с грязным бельем кидает. До абсурда дошла. А еще взгляд… Полудурочный такой, счастливый. Как бы… наркоманский, что ли…
Тори кивнула. Симптомы как у Леськи. Неспроста она заподозрила что-то неладное с этим каналом. Сначала не основанные ни на чем предчувствия ее не обманули. «Сладкий сон» имел если не непосредственное, то немаловажное значение в этой странной истории.
– Мы испугались. Брат мой, отец Риточки, мужчина суровый, военный в отставке, тут же по-своему и поговорил с ней. Он умеет, да. Вертелась Рита, крутилась, да все пришлось рассказать. Про этот «Сладкий сон», что он ее, словно наркотик, от бренного мира уносит. Чистоты хочется, прозрачности, все вокруг грязным кажется, тянет куда-то, где нет нечистоты – ни в отношениях, ни в быту. Как-то так. Самое непонятное и подозрительное: почему она про этот канал так упорно не хотела рассказывать? Вроде что такого? Я сама на Ютубе на многих подписана, не этот АСМР, конечно, но смотрю по вечерам всякие полезные советы, лекции интересные. Чего скрывать-то, не порноканал ведь…
– Моя подруга тоже мне ничего не говорила, – сказала Тори. – И вела себя странно.
– Вот-вот. В общем, Вадим, брат мой, накрутил Риточке хвоста, телефон отобрал, с ее друзьями связался. Они тоже насторожились переменам в ней: всегда общительная, совершенно перестала с ними встречаться. Все вместе насели они на Риточку, рюкзак на плечи – и в тайгу. Без интернета и мобильной связи. Вчера Мишка, Риточкин товарищ детства, звонил. Говорит, вытрясло на перекатах из нее всю дурь, стала как новенькая… А ваша подруга, она что? Оклемалась от этого гипноза?
Тори виновато вздохнула. Риточке повезло с друзьями и родственниками. А вот Леське – нет. Никто не насторожился, не скрутил, не отобрал телефон. Но говорить об этом постороннему человеку она не собиралась.
– Почти… – Тори неопределенно махнула рукой и быстро сменила тему. – Но у меня вот тут список книг…
– Да-да, конечно, – спохватилась дежурная, уже не спрашивая пропуск. – Проходите, а то я вас совсем заболтала. Просто тоже удивилась совпадению. Мы тут из- за этого «Странного сна» чуть с ума не сошли, думали, девочка на наркотики села, а вы про него с кем-то и разговор вели.
– Сладкого, – автоматически поправила Тори. – Сон не странный, а сладкий. Хотя и очень странный, конечно…
Она прошла прямиком в читальный зал, забрала у Ирины несколько заранее отложенных томиков. Наверное, выглядела неважно, потому что поймала на себе какой-то непривычно сочувственный взгляд библиотекаря.
Выходя в вестибюль, Тори задержалась у огромного зеркала. Она и в самом деле казалась бледной и нездоровой. Подумала, что ей очень нужно сейчас вернуться домой, завалиться на диван и отоспаться. Но Иван ждал с какой-то важной новостью, и отсыпание откладывалось.
Тори и так опаздывала на встречу. Пылевая буря затихла резко, как и началась.
* * *
– У меня была полиция, – вместо приветствия выдохнул Иван. – Конечно, они думают, что я убил бывшую жену, расчленил труп и спрятал куски по всему городу.
– Все-таки приняли мое заявление? – обрадовалась Тори. – Классно!
– Чего тут классного? – Иван смотрел на нее исподлобья.
Так как она еще не села, его взгляд снизу показался ей особенно наполненным злобой. Даже белки глаз покраснели. «А вдруг воспаленные глазницы – результат бессонной ночи? – справедливости ради решила Тори. – Не может же он совершенно не волноваться о Леське. Пусть даже тщательно это скрывает».
– Они же не арестовали тебя, – пояснила она. – Значит, просто проверяли. То есть расследование началось, и это не может не радовать. А сейчас расскажи мне, что выяснил.
Тори умиротворяюще улыбнулась и опустилась на диванчик. Хотелось все сразу: и узнать новости, и выпить чего-нибудь горячего. У Виры она даже чаю не успела пригубить за разговорами. От пылевой бури во рту словно переваливались тонны песка, а язык распух за тут же растрескавшимися губами.
А кроме того, события сегодняшнего дня и все эти встречи настолько ее утомили, что хотелось одного: прийти домой, закрыться, броситься на диван и больше ни с кем не разговаривать. Спокойная и размеренная жизнь Тори перегрузилась количеством людей. Никогда раньше один ее день не вмещал столько собеседников.
– Как и следовало ожидать, сеансы «Сладкого сна» велись не из нашего города, – нехотя закрыл тему своего допроса Иван.
– Почему следовало ожидать? – удивилась Тори.
– Фигура речи, – бросил Иван. – Просто я так и думал. Это велось из…
Он назвал какую-то наверняка далекую область. Тори даже точно не знала, где она находится, ничего примечательного там не происходило, и в новостной повестке этот регион появлялся крайне редко.
– А поточнее можно? – немного расстроилась она. – Где именно, в каком хотя бы городе?
– В Лебеле, – ответил Иван, глянув на экран планшета. Показалось или в кафе вдруг наступила кладбищенская тишина? Разом стих гул голосов, ни ложка в чашке не брякала, ни кофемашина не урчала. – IP зарегистрирован в небольшом городке под названием Лебель.
По сердцу резануло чем-то если не смертельно острым, то довольно неприятным.
– Лебель? – переспросила Тори.
Застывшая картинка полуденного кафе отмерла. Оно снова наполнилось всеми звуками, которые неизменно сопровождают собравшихся в одном месте людей.
Тори добавила вслух, но уже сама для себя:
– Дина Егоровна упоминала о местности… То ли «Лебедь», то ли «Колыбель»… Ну точно же – Лебель!
– О чем ты? – удивился Иван.
Конечно, ему было странно, что Тори вдруг начала разговаривать сама с собой.
– Твоя бывшая теща, – пояснила она, – как-то упомянула о своей родине – городе с похожим названием.
Совпадение? Если бы речь шла о крупном городе, куда «ведут все дороги», могло бы, но маленький, никому не известный городишко… Навряд ли.
– Дина Егоровна никогда не упоминала о своей родине, – пожал плечами Иван. – Мы с ней, честно говоря, мало общались. А уж делиться какими-то сокровенными воспоминаниями…
– Ну да, – кивнула Тори. – Ни я, ни ты вообще не интересовались Леськиными родственниками.
– Да у нее, кроме матери, никого и не было…
– Сейчас я в этом не уверена, – сказала Тори тихо. – Разве такое возможно, чтобы у человека совсем никого не было?
– Ладно. – Иван посмотрел на Тори с необычным внимательным уважением. – Есть еще кое-что. И оно подтверждает твою теорию. А именно ту, в которой моя бывшая могла найти каких-то родственников и отправиться к ним.
– Вообще-то да. Это была одна из версий. Наверное, самая оптимистичная…
– Так вот. Последняя ее эсэмэска пришла именно из этой области. Не могу сказать, из Лебеля или какой другой деревни, но из того же региона. Это точно.