Евгения Ник – Мне тебя подарили (страница 5)
Выдергиваю из-под себя подушку и накрываю лицо. Рычу со всей злостью и колочу ногами по кровати. Затем возвращаю подушку под голову и поворачиваюсь на бок.
Бабушка, наверное, удивится, увидев меня в таком прикиде. Я немного приврала ей и сказала, что сегодня останусь ночевать у отца. Знаю ведь, что звонить ему и проверять, она не станет. Не те отношения между моими родственниками.
Радует одно: вряд ли может случиться что-то похуже, чем сегодняшний день. “Выходит, я победила?” – усмехаюсь своим мыслям и прикрываю глаза.
Если бы я тогда знала, что это лишь приоткрывшиеся ворота и вход в мой персональный, безграничный ад…
Глава 6
Златослава (Слава)
Просыпаюсь рано утром от жара. Состояние такое, словно я плавлюсь заживо. Медленно поднимаюсь и сажусь, свесив ноги с кровати. Сквозь плотные шторы пробивается тусклый свет. Сколько же время? Мой телефон, к сожалению, после купания в озере так и не включается. Надеюсь, бабуля не звонила. Она всегда переживает, если я сразу не отвечаю на ее звонки.
Верчу головой по сторонам, но никаких часов в комнате нет. Приходится приложить титанические усилия и встать с кровати.
– О черт! – вырывается из меня.
Кажется, боль только усилилась. Меня мотает будто маятник. Иду по стеночке к двери. Осторожно открываю ее и крадусь на носочках в гостиную. Добравшись до нее, осматриваюсь, но ублюдка нигде нет. Вот и хорошо. Смотрю на часы, которые висят на стене. Семь утра. Так, самое время сваливать из логова дьявола.
Возвращаюсь в душевую, где вчера оставила стопку своих мокрых вещей, забираю их и двигаюсь к выходу. Замок поворачивается с легким щелчком, но я от страха все равно вжимаю голову в плечи и поглядываю в сторону комнат. Затем быстро открываю дверь и выпархиваю на улицу. Меня вновь штормит, но я делаю над собой усилие и ускоряю шаг.
Минимальное спокойствие ловлю только когда оказываюсь за забором.
– Вы посмотрите, кто тут у нас! – слышу справа от себя противный голос.
Поворачиваю голову и вижу, как от такси в мою сторону направляется друг Витмана – Рома.
– Оу, ты еще и в одежде Злого! Видимо, подарок и правда удался на славу! – подонок достает телефон и щелкает фотокамерой. – На память. Когда еще такое увижу. И че? Как тебе с нашим вождем? – Рома приближается ко мне вплотную. Смотрит ледяным взглядом, а затем с силой толкает в грудь, отчего я до звездочек в глазах влетаю в забор и больно ударяюсь головой. – Это тебе ответочка за прошлое. Думала, я забыл?
Дружок Витмана вновь подходит ко мне и вцепляется волосы, дергает на себя, отчего из меня вырывается глухой вскрик.
– Я ничего не забываю, Шут. Ни-ког-да.
Неожиданно дверь ворот открывается.
– Не понял, – доносится голос Злата. – Что у вас тут?
– Здоров! Да вот, приехал к тебе. Пацаны чуть позже подтянутся, как проспятся.
Витман многозначительно смотрит на руку друга, которая все еще держит меня за волосы.
– А! Кабанчика вот поймал. Опять сбежать хотела, – тянет руку вверх отчего я начинаю морщиться.
– Руку, – тихо произносит Витман, и Рома тут же отпускает меня.
– Че с ней делать будем? – кивает он в мою сторону с мерзкой усмешкой.
– Иди в дом.
Дружок вздергивает в удивлении брови, переводит взгляд с Витмана на меня и обратно.
– Пон*. Ушел.
Злой недовольно смотрит не меня, сжимает пальцами переносицу.
– Если хоть слово кому-нибудь расскажешь о том, что здесь происходило, все, что ты раньше считала кошмаром, покажется лишь розовыми снами. Я устрою тебе настоящий Армагеддон. Поняла меня?
Сглатываю вставший в горле комок и киваю, не поднимая взгляда.
– Не слышу ответа, – повышает голос на пару октав, делает шаг и поддевает указательным пальцем мой подбородок.
– Да. Поняла, – отвечаю охрипшим голосом.
В его глазах что-то мелькает. Злой отпускает мой подбородок и касается тыльной стороной ладони моего лба.
– От температуры чем-нибудь вкинься дома. У тебя жар, – разворачивается и скрывается за высоченным забором.
Трясущимися руками собираю выпавшие из рук вещи и плыву словно по волнам, как можно дальше из этого жуткого места.
Полчаса блужданий по дачному поселку в поисках остановки, с которой я смогу уехать в город. С первого автобуса меня просто выгонали из-за того, что мои деньги влажные. Пришлось идти целую остановку пешком и сушить их. К счастью, на втором автобусе добралась до города без приключений, пересела на другой и доехала до своей остановки.
Наконец-то я стою перед домом моей бабули. Лезу под крышу углярки, куда еще вчера спрятала ключ. Открываю дверь и прохожу в дом.
Сама не верю, что мои приключения закончились.
– Ба, я дома! – выдаю притворно счастливый голос.
Тишина. Захожу на кухню. На столе стоит большая тарелка блинов. Подношу руку и отмечаю, что еще теплые. Скорее всего, бабушка, прихватила блинчиков и ушла к соседке пить чай. Оно и к лучшему. Быстро переодеваюсь в свою одежду. Вещи Злого складываю и убираю в пакет. Постираю позже и… Да ну. Вряд ли он их теперь заберет.
Проверяю свой телефон. Но… Погиб мой боец, что служил мне верой и правдой четыре года. “Гребанный Витман!” – вспоминаю его недобрым словом.
Достаю таз и на руках стираю свои вещи, от которых невыносимо пахнет озерной водой. Развешиваю и только потом плетусь в свою комнатку. Валюсь на кровать. Мне кажется, не проходит и минуты, как я полностью обессилев, засыпаю.
_______________
Глава 7
Злат (Злой)
– Ты че ее отпустил? – подрывается Зорин, увидев, что я возвращаюсь один. – Думал еще поиграемся.
Бросаю на тупого дружка взгляд и ничего не отвечаю. Подхожу к шкафчику, достаю стакан и наливаю из бутылки минералку. Осушаю залпом.
Зорин Ромка – мой друг примерно с пятого класса. Ростом не намного ниже меня. С темно-русыми волосами под стрижку Квифф* и зелеными глазами. Крепкий. Обожает плавание и гоняет на тренировки практически ежедневно. Его родители какие-то там крутые остеопаты. Много лет их семья жила в США, но решила вернуться на Родину, чтобы открыть здесь собственные клиники остеопатии и кинезиотерапии.
Неплохая тема кстати, не понятно как работает, но реально творит чудеса. Как-то после травмы, отец Ромки помог мне с непроходящей болью в запястье. Просто пара сеансов и я как новенький. Ну и так, вся моя семейка любит таскаться в их клинику, чуть прихватит. Так и дружим семьями.
Но не об этом.
День явно не задался. Сначала Шутова, теперь вот этот приперся…
Всю ночь из-за нее не спал толком. Вырубился уже под утро. Без шуток, когда эта дурная полетела с обрыва в озеро, подумал: “Ну все, трындец, пора варить кутью”. Но я ж в отличии от этого полоумного стада не совсем вшатанный по серому веществу. Понимаю, кто первым попадет под подозрение в случае чего и тогда… Да что тогда, батя сам снимет с меня три шкуры. Особенно сейчас. Перед мэрской гонкой. Да. Я должен быть паинькой-заинькой. В общем, прыгнул за Шутовой. Как сейчас, перед глазами стоит ее образ: широко распахнутые под водой глаза, в которых застыл ужас, после чего она зажмуривается и за каким-то хреном открывает рот. Уж не знаю, от страха и паники или просто тупенькая. Само собой, она тут же захлебывается. Пока я ее вытащил на поверхность воды, пока вместе с ней доплыл до берега, уже мысленно накрутил все самое страшное, а потом… Да уже чисто на стрессе пытался ее откачать. Вообще ровно было, что и кто подумает. Один хрен, они для меня все NPC**. Все, что меня волновало: лишь бы Шутова задышала. Но все мои попытки вообще по нулям. Тут еще и пацаны под руку полезли. В общем, сорвался на них. И дальше ее откачивать. А когда она распахнула глаза, отвечаю, да я за последний год так не радовался. Реально готов был броситься на нее с обнимашками и целовашками. Дурак.
Само собой отпустить ее после всего не мог. Надо было удостовериться, что Шутова в себя пришла и главное: не побежит сдавать меня. Пришлось тащить к себе, но перед этим, всех выгнать, иначе она бы не пошла. Продолжать праздничный движ в любом случае уже не было никакого желания.
Ну а утром, проснулся от легкого хлопка входной двери. Вскочил с кровати, натянул шмот и вышел из дома, но ее уже Ром успел перехватить. Взглянув на нее, понял: никому она ничего не расскажет. В глазах Шутовой столько страха было, что можно было не париться. И вместе с тем, этот ее взгляд… Черт! До сих пор корежит от произошедшего. Как ни крути, дерьмово все вышло.