Евгения Кретова – Детки в клетке (страница 7)

– Не знаю, я их работы не видела.

Софья вытянула из стопки работу Нотки, протянула:

– Смотри. В чем ошибка у Нонны?

Алиса закусила губу. Нотка всегда плохо тянула математику, точные науки – не ее стихия. А потому на протянутый Поплавским вариант она клюнула, даже не задумываясь. А дальше переписала готовое решение. Сказать, что она ошиблась, значит, испортить ей четвертную оценку, а там – Алиса знала наверняка – «четверка» на ладан дышит.

– Я не знаю. Думаю, это не педагогично, предлагать одному ученику оценивать работу товарища.

Сказала и зажмурилась – сейчас начнется.

– Ты что о себе возомнила?..

Задыхающийся шепот Софьи и звонко цокающие каблучки у самой двери. В класс влетела Ирма – стройная и высокая, в неизменной узкой юбке-карандаше и белоснежной блузе, деланно всплеснула руками:

– Софья Антоновна, нам за переработки никто не платит, пошли… Ждем только тебя, – она выразительно понизила голос и для убедительности поманила рукой.

Сегодня был день рождения у завуча по воспитательной работе. Наверняка в учительской уже был накрыт стол, стояли тортики и вкусные закуски. Алиса перевела взгляд на классную. Та, все еще бледная до синевы, таращилась на Ирму и не могла найти, что той ответить. Ирма тем временем схватила Алисин рюкзак, сунула в руки.

– Софья Антоновна, Осипова тебе больше не нужна, я надеюсь? – Софья молчала. Ирма подтолкнула Алису к двери. – Ну так и иди с богом, не мешай людям от вас отдохнуть.

И выпроводив Алису за дверь, скрестила руки на груди:

– Сонь, ты что, в войнушку с десятиклассницей играть будешь? Твой крик на все крыло слышно.

Софья поставила локти на стол, устало положила голову:

– Ты бы знала, как я устала… Как она меня бесит, эта Осипова.

– С чего бы это? Нормальная девка, в меру вредная, но по нашим с тобой предметам голова у нее варит. Одно удовольствие с ней работать.

Софья фыркнула:

– Скажешь тоже… Смотри, чего учудила сегодня: при всем классе сказала, что у меня ошибка в самостоятельной.

И протянула коллеге распечатку с заданием. Ирма настороженно взяла его в руку, бегло прочитала. Софья тем временем, указала на доску:

– Сдала мне работу вот с таким решением, представь…

Ирма перевела взгляд на нервные детские строчки на зеленой классной доске.

– Ну, Сонь… – Она прищурилась, вчитываясь. – Как бы ни было прискорбно, Осипова права. Тут, действительно, ошибка в задаче. В наших методичках и не такое может быть… Ты, что ли их не проверяешь?

Она обреченно махнула рукой. Софья так и сидела, приоткрыв рот и хватая им воздух, будто выброшенная на берег рыба.

– А что же остальные? У остальных-то все сошлось!

Ирма посмотрела на коллегу с удивлением, граничащим с жалостью. Покачала головой.

– Тю, Соня, ты как вчера родилась… Десятый «А» каким писал самостоятельную, последним? Готова поспорить, что уже кто-то слил им задания, они нашли в ГДЗ и как попугаи списали ответы… Кстати, отличный повод сказать, что ты проверяла их внимательность и использование запрещенных сайтов с готовыми ответами. Я бы прям сделала из этого отличную головомойку на твоем месте с вынесением вопроса на родительское собрание: десятый класс, ЕГЭ на носу, а они проверочные списывают… – Она подхватила Софью за локоть. – Пойдем, пойдем, нас все ждут, прямо не комильфо уже.

Софья высвободила локоть, прошипела:

– Думаешь, я к ней несправедлива, к Осиповой? Вон ты как каблуками цокала за дверью, ее спасая.

Ирма замерла.

– Думаю, ты ждешь от нее того, чего у Алисы нет – покорности. Но она неплохая девочка. – Ирма ткнула указательным пальцем в доску: – И по математике у нее башка варит получше некоторых медалистов из моего одиннадцатого…

Сейчас

Глава 10

Едва следователь Чернова поднялась на свой этаж, ее перехватила секретарь начальника следственного управления:

– Саша, давай к Юрию Сергеевичу, он ждет.

Александра нахмурилась:

– А чего ждет-то? Мне еще и сказать особо нечего, – она пожала плечами и направилась в кабинет шефа. По дороге все-таки зашла в свой кабинет, сняла куртку.

– Александра Максимовна, давай, рассказывай… – Юрий Сергеевич, пригласив следователя присесть, отложил папку с делом, которую просматривал перед отправкой в прокуратуру, сложил руки перед собой и уставился на Чернову.

– Вы по утреннему трупу? Еще особо ничего не могу сказать, личность устанавливаем. Парень, лет восемнадцать-двадцать на вид, славянской внешности, среднего роста, худощавый, без особых примет. Время смерти – более четырех дней назад, преступники ждали, когда пройдет трупное окоченение и, скрутив тело, поместили его в полиэтиленовый мешок и вывезли в парковую зону…

– И как парень там уместился?

– Щуплый. Пакет был укреплен скотчем. Сейчас ясно, что убит был в другом месте: на поляне обнаружены следы волочения, пакет, в котором его на место привезли. Его обследуют криминалисты на предмет следов и отпечатков пальцев. Рядом с местом преступления обнаружен сотовый телефон, криминалисты с ним работают, есть основания полагать, что сотовый мог выпасть из кармана преступника, во всяком случае, звук падения телефона в воду слышали собачницы, обнаружившие тело. Тело тащили со стороны парковки у ЖК «Сказка», это порядка пятисот метров, но по ровной дороге, асфальтированной. Оперативники собрали записи с камер видеонаблюдения, сейчас их просматривают, чтобы установить точное время перемещения трупа, автомобиля, на котором его перевозили и, конечно, человека, который его принес.

Юрий Сергеевич не стал спорить.

– Хорошо, держи меня в курсе, ладно?

Чернова озадаченно откашлялась.

– Юрий Сергеевич, я что-то не знаю об этом убитом? С чего вдруг такой особенный интерес? – Понятно, что следователи вели все дела, так или иначе под контролем главы управления: разработка версий, подключение дополнительных специалистов, контроль сроков проведения расследования, но обнаруженное в лесу тело было скорее рядовым случаем. С чего Лисица так нервничает – а он определенно нервничал – Черновой было не ясно.

Полковник отмахнулся, впрочем, не слишком убедительно. Чернова продолжала на него смотреть в ожидании разъяснений.

– Не смотри на меня, дыру прожжешь, – он отвернулся. – Есть подозрение, что этот неопознанный – сын Алексея Абрамченко.

– Который депутат? – У Черновой заболел зуб. Она растерла щеку. Это объясняло, почему на убитом дорогая одежда.

Лисица отрицательно качнул головой:

– Хуже. Сын директора НИИ Высоких технологий.

– А чем же это хуже?

– Тем что, если это подтвердится, в следственную группу придется включать коллег из ФСБ.

Чернова погрустнела:

– Контора подключится из-за особенностей работы НИИ?

– Они на госзаказах сидят, в основном для оборонки, сама понимаешь… Версию давления на отца через парня будут рассматривать как основную. Ну, по крайней мере, пока ты не найдешь убедительных доказательств, что Абрамченко-старший ни при чем.

Чернова открыла папку, сделала пометку в блокноте.

– Откуда появилась информация, что убитый может быть сыном Абрамченко? Он в розыске? Похищен?

Лисица усмехнулся:

– Если бы я знал ответы на твои вопросы, то дело было бы уже в шляпе… Принимай дело, и разберешься… – Она собралась спросить про состав следственной группы, когда шеф ее остановил: – Так, Чернова, ты мне зубы не заговаривай, как только выяснишь, не Иван ли это Абрамченко, сразу мне кричи. Поняла?

Александра поднялась:

– Поняла. Разрешите идти?

– Иди, работай…

Лисица был хорошим начальником, надежным. На сослуживцев голос не повышал, служебным положением не пользовался, имел кристально чистую репутацию и супругу – судью краевого Арбитражного суда. Чернова, как и ее коллеги, начальника уважала. И, случись какие-то проблемы, старалась его ставить в известность первым.

Она подходила к кабинету, уже заметив фигуру Наумова, – оперативник вертелся в коридоре, заглядывал в кабинеты:

– Чернову не видели?

– Да вот она…