Евгения Исмагилова – Запретная кровь (страница 42)
– Это будущая угроза, – сухо отозвалась Ворона и с удивлением взглянула на обережницу. – Тебе ли не знать, милая? Если мы хотим спасти Йеффель, придется действовать жестко.
– Я сама из Йеффеля, – рыкнула Кисточка. – И то, что вы предлагаете, просто чудовищно!
– Хватит! – рявкнула Ло и поднялась. – А ну, остынь!
– Простите, миледи, – пролепетала обережница и виновато склонила голову.
– Не обращайте на нее внимания, она немного не в себе. – Лорианна бросила на Лени недовольный взгляд и повернулась к Вороне. – Однако она права. Нефер не в первый раз переживает наплыв чудовищ. И каждый раз, когда принимались меры по зачистке, все становилось только хуже. Чем больше аматов убивали, тем больше чудовищ появлялось, так что отрицать взаимосвязь между этими явлениями нельзя. Поэтому сперва нужно все обсудить с учеными мужами и все тщательно взвесить.
– У нас есть один ученый муж. Граф Теодор фон Байль. Он лучше всех разбирается в чудовищах. – Капитан встала из-за стола и коротко поклонилась. – А вашу обережницу я бы поучила манерам.
И тут рысь сорвалась.
Одним прыжком она достигла капитана и с силой ударила ее в живот. Ворона согнулась пополам от боли и рухнула на пол. Да уж, такого она точно не ожидала от высокопоставленных гостей! Ло не успела вмешаться, как Лени уже схватила капитана чертей за грудки и бросила на стол. Вниз полетели бумаги, чернильница, безвкусные статуэтки… Некоторые из них разбились на мелкие кусочки. Силы Кисточке было не занимать: она превосходила соперницу и в росте, и в весе; ее молодость давала ей преимущество перед старой птицей.
– Как вам такие манеры, капитан?! – зарычала обережница, обнажая клыки. – Нравится?!
– Отпусти ее, Лени, немедленно! – заорала Ло без особой надежды. Если Кисточке что-то втемяшилось в голову, то говорить ей что-либо было совершенно бесполезно. Да и лезть в грызню двух магов равносильно смерти. – Ты хочешь, чтобы тебя посадили за измену?!
Но Ворона даже не сопротивлялась. В ее черных глазах не отражалось испуга. Ни гнева, ни ярости – ничего.
– Я хочу, чтобы эта старая карга ответила мне на один-единственный вопрос! – процедила сквозь зубы обережница. – Вы помните меня, капитан?!
– Я впервые тебя вижу, милая, – со спокойствием Аэнорских гор ответила Ворона. Ло восхитилась ее хладнокровием. Кажется, у той все было схвачено, и в помощи здесь нуждалась Лени, а не капитан. – Однако, кажется, я чем-то обидела тебя?
– Йеффель, хутор Хенен, двадцать два года назад! – взревела рысь и с силой тряхнула капитана. – Помните ли вы двух сестер, чью судьбу вы с Шакалом сломали?!
– Я не помню, что было за завтраком, а ты говоришь про то, что случилось двадцать лет назад, – каркнула Ворона. – Если ты хочешь отомстить мне, то поздновато: я сама скоро помру от изжоги.
– Лени, назад! Живо, – ледяным тоном велела Лорианна. – Иначе я позову охрану.
– Не надо, ваша светлость, – с усмешкой возразила Ворона. Рыси она не боялась ни капли. – Давайте-ка до конца разберемся.
– Ленора!
Кисточка разочарованно зарычала, но все же отпустила капитана. Та отряхнулась, поправила камзол, словно ничего не произошло, и с любопытством взглянула на обережницу:
– Что же такого случилось двадцать два года назад, что ты готова убить меня?
– Все эти годы я мечтала об отмщении, – отозвалась Лени с ненавистью. – Я тренировалась, чтобы стать лучшей. Я стала настолько хороша, что меня выбрали обережницей для самой Леди-Канцлера. И вот я, наконец, здесь. Я вызываю вас на кхар-элет.
Ворона вздрогнула. Кхар-элет – дуэль между магами. Вернее, драка без магии: кто кого первым уничтожит. Дикий способ выяснить отношения. Подобные дуэли не были официально запрещены, хотя очень не одобрялись. Ло не могла позволить ей участвовать. Это же смерть ее репутации!
– Лени, не дури! Какой еще кхар-элет? Совсем с ума сошла?
Однако рысь, кажется, и вовсе забыла о существовании Лорианны. Она подошла к Вороне вплотную и с чувством собственного превосходства произнесла:
– Сегодня на закате. Что скажете?
– Хочешь прилюдно побить старуху? – усмехнулась капитан.
– Разорвать на части, – подтвердила Лени. – Вы не имеете права отказываться.
– А что, если я скажу тебе то, после чего ты сама откажешься от своей мести и от кхар-элета?
– Удивите меня.
Тогда Ворона подняла к ней клюв и тихо, смакуя каждое слово, сообщила:
– Она жива.
Рысь отпрянула. На ее морде отразился ужас, смешанный с отчаянием. Кажется, что груз всех этих двадцати двух лет, что Лени ждала этой встречи, лег теперь на ее плечи. Ло никогда не видела ее такой ошарашенной.
Впервые за те десять лет, что они знакомы, Леди-Канцлер вдруг осознала, что ничего не знает о своей обережнице. Ни где Лени родилась, ни что случилось с ее семьей. Что за трагедия заставила ту пойти на все, лишь бы оказаться здесь, в Айзенхилле и угрожать самому капитану чертей? Какое отчаяние затмило ее разум?
– Больше я ничего не знаю. Хочешь подробностей – найди Шакала.
– Вы лжете, – насупилась рысь.
– Ни капли, – холодно отозвалась Ворона и принялась поднимать упавшие со стола предметы. – Я не настолько жестока, чтобы лгать о родных людях. Или не совсем людях. Впрочем, не суть.
Тогда Лени погрозила Вороне кулаком:
– Если это неправда, я вернусь и лично вас ощипаю.
– Буду ждать, – легко согласилась капитан и повернулась к Лорианне, как будто продолжала вести светскую беседу. Да уж, вряд ли ее удивить подобными истериками. – Только не забывай про свой долг. Он важнее любой мести.
– Благодарю вас за ваше огромное терпение, капитан. Простите мою обережницу за грубость, она будет наказана за своеволие, обещаю. – Леди-Канцлер бросила в сторону Лени уничтожающий взгляд. Правда, ту это вовсе не смутило, она, кажется, даже не чувствовала себя виноватой.
– Не надо, миледи, я не держу на нее зла. На ее месте я бы поступила точно так же.
После этих слов они вышли.
В гостиной, куда они вернулись, было душно. В круг стояли разные кресла – большие и маленькие, высокие и низкие, обтянутые бархатом и шелком, – они окружили небольшой столик для напитков, будто здесь каждый день проходили веселые вечера. На стенах висели гобелены, в углу располагался камин с резной решеткой. На полке в вазе стояли ветки ели и испускали смоляной запах. Когда дверь за провожатым закрылась, Ло тут же взорвалась:
– Что ты себе позволяешь?! Как ты вообще посмела так вести себя перед капитаном?!
Лени не обратила на ее гнев ни малейшего внимания, только зрачки ее кошачьих глаз немного сузились. Крик Лорианны ничего для нее не значил.
– Если б вы знали, вы бы поняли. Придет время, и я все расскажу.
– Нет, ты расскажешь все сейчас! Иначе по приезде в Хорру я отправлю тебя под трибунал за неподчинение и нападение на высокопоставленное лицо!
– Отправляйте, – равнодушно отозвалась обережница и даже не взглянула в ее сторону.
– Лени! Черт бы тебя побрал! Хватит говорить со мной подобным тоном! – Ло топнула ногой от негодования. – Ты знаешь, сколько у меня проблем? Зачем ты создаешь новые?
– Простите, миледи, я не хотела доставлять вам лишние неприятности. Однако есть вещи, которые сильнее меня.
– Например, месть?
– Возмездие. Однако если то, что сказала Ворона, – правда, все это уже не имеет значения.
Лени бессильно опустилась в одно из кресел. Теперь она не казалась Лорианне взбалмошной, легкомысленной девицей. Нет, теперь обережница выглядела закаленной в боях женщиной, которая смертельно устала от жизни.
– Пока все, что меня волнует, – это Шакал, – продолжала Лени. – А он, как я слышала от остальных, в Дильхейме…
– Если это так важно, мы можем отправиться в Бъерну, оттуда поедешь в Дильхейм. Встретишься с этим Шакалом.
– Вы… вы правда позволите мне?
– Позволю, если ты мне все расскажешь.
– Расскажу, когда будем в безопасности. Обещаю.
– Уж постарайся.
Когда они уходили, Ворона некоторое время провожала их взглядом, а когда путешественницы достигли ворот, помахала на прощание и ушла.
– Куда мы сейчас?
– В Бъерну, там Лилиан хотел со мной встретиться. А когда вернемся в Хорру, отправимся к баронессе. Хотя не уверена, что из этого выйдет что-то толковое…
– Не будем отчаиваться. Иногда судьба преподносит подарки, когда вы совсем не ждете. Уж поверьте мне, я знаю, о чем говорю, – мрачно усмехнулась обережница.
– О ком вы говорили с Вороной?
– Неважно.