Евгения Донова – История одного кактуса. Роман для тех, кто боится любить (страница 12)

Я постаралась расслабиться: вытянула ноги в проход, стянула куртку и положила ее на колени. Меня немного штормило после выпитого вина, но в целом я нормально соображала. Мой план состоял в том, чтобы дождаться начала фильма и украдкой подглядывать за Андреем. Неизвестно, выпадет ли мне когда-нибудь такая возможность еще раз, поэтому следовало рискнуть. Я откинулась в кресле и поправила волосы так, чтобы они спадали по бокам от лица и загораживали глаза.

Реклама длилась бесконечно долго, минут двадцать. Антон сидел смирно, лишь пару раз отпустив какие-то комментарии. Сладкая парочка слева о чем-то непрерывно болтала. Я бросила на них взгляд: Андрей что-то нашептывал своей спутнице на ухо. Вот засранец!

Потом начался фильм, и все притихли. Честно говоря, сюжет был не так ужасен, как я ожидала. Я довольно быстро втянулась и с интересом следила за развитием событий на экране. Не знаю, сколько времени прошло с начала фильма, но в какой-то момент я почувствовала, как Андрей взял меня за руку, лежавшую на нашем общем подлокотнике. Я не поверила своим глазам и подняла на него взгляд. Он смотрел мне прямо в глаза, открыто, спокойно, без сарказма, при этом поглаживая мою ладонь большим пальцем.

От ладони вверх по руке побежали мурашки. Я чувствовала, как они рассыпаются по спине, как телу становится жарко, и невольно закусила губу. Мое дыхание участилось, сердце выстукивало триста ударов в минуту. Все мое существо сосредоточилось на аккуратных поглаживаниях его пальцев. Я снова подняла на него взгляд. Андрей неотрывно смотрел на меня, и в его глазах я увидела то же, что, я знала точно, было и в моих: желание. Дикое, сумасшедшее, животное желание, приправленное запретностью, осознанием того, что мы в общественном месте, и тем, что наши соседи по боками считали нас братом и сестрой.

Черт. Я еле сдержала стон.

Не знаю, сколько это продолжалось, я потеряла счет времени. Мы сидели, держась за руки, и он гладил мою ладонь. В горле у меня пересохло, по спине скатилась капелька пота, а все, о чем я могла думать… Если легкое поглаживание его руки способно довести меня до такого состояния, то что будет, если мы останемся вдвоем? Если дать волю его рукам исследовать мое тело? Если позволить его губам прикоснуться к моей шее, спине, груди… Я прикрыла глаза и постаралась на минуту это представить. Сладкая судорога свела все тело. Это было невыносимо!

Я аккуратно вынула свою ладонь из его руки, шепнула Антону, что мне надо выйти, и, подхватив сумочку, направилась к выходу из зала. Мне необходимо было проветриться. И попить воды. Литров четырнадцать. И холодный душ, пожалуйста.

Я пошла в туалет и умылась ледяной водой, стараясь не испортить макияж. После этого направилась к кафетерию и купила бутылку воды. Люди сказочным образом испарились – видимо, все посетители кинотеатра разбрелись по сеансам, поэтому, выпив почти всю воду, я в полном одиночестве направлялась по просторному коридору к залу.

Повернув за угол, я обнаружила, что возле входа в зал, сунув руки в карманы, стоял Андрей. Услышав мои шаги, он обернулся и теперь сверлил меня напряженным взглядом. Я замедлила шаг, на ходу придумывая ответы на его предполагаемые вопросы: «Все в порядке?», «Куда ты подевалась?» и тому подобное. Но вместо того чтобы задавать вопросы, он подошел ко мне вплотную, обвил руками талию и поцеловал.

Этот поцелуй был не похож на предыдущий, на свадьбе. В тот раз мне показалось, что манера целоваться у Андрея мягкая и нежная. Как я ошибалась! На этот раз он впился в меня губами так, как будто от этого зависела его жизнь, и сразу же проник языком в мой рот. Я застонала, совершенно теряя волю. Он вжал меня в стену, обхватил волосы и слегка потянул их назад, чтобы я подняла лицо ему навстречу.

Ах, что это был за поцелуй! Внутри все просто взорвалось от горячего желания, я обвила руками его шею и слегка прикусила его нижнюю губу. На этот раз застонал он.

Не знаю, сколько это длилось, – я совершенно потеряла счет времени. Мне хотелось залезть руками под его свитер, царапать спину, укусить за ухо… Я знала, что всего этого делать нельзя, и старалась держать себя в руках, полностью повинуясь его настойчивым губам. Это балансирование на грани разумного и безумного отнимало все мои силы, поэтому на то, чтобы следить за временем или происходящим вокруг, у меня просто не было внутренних ресурсов. Как же я его хотела!

Андрей, судя по всему, тоже сгорал от желания. С каждой минутой он вжимал меня в стену все сильнее и сильнее. Ноги подкосились.

Тут я услышала настойчивое кхеканье и открыла глаза – мимо нас с недовольным видом проходил сотрудник кинотеатра. Я с трудом оторвалась от Андрея. Он тяжело дышал и, не открывая глаз, прошептал мне прямо в ухо:

– Поехали отсюда, сестренка. К тебе или ко мне?

– Ты имеешь в виду ко мне или ко мне? – Я постаралась пошутить, чтобы разрядить обстановку, и Андрей хмыкнул в ответ, наконец открыв глаза. Они горели безумием.

– Мне абсолютно все равно, куда мы поедем. Я ждал этого слишком долго.

– Десять минут, пока я ходила в туалет? – невинно спросила я.

Он подтянул меня к себе, крепко обнял, положив подбородок на мою макушку, и прошептал мне в волосы:

– Какая же ты глупенькая, Алена. Я ждал дольше, чем ты думаешь.

Что-то невероятно знакомое было в этой фразе. Знакомое и страшное. Я как будто резко проснулась и впервые осознала, что происходит.

– А как же Алиса? И Антон?

– Мне на них плевать, поехали.

Мне хотелось, больше всего на свете хотелось сказать «да». Прыгнуть в машину, поехать домой и все выходные воплощать в жизнь эротические фантазии. Но что-то меня остановило. Я и сама не поняла, что именно.

– Я не могу так, прости. Он же мой босс, забыл? Я не могу так некрасиво с ним поступить, – извиняющимся тоном сказала я. – Я пойду первая.

С этими словами я выскользнула из его объятий. В них мне было тепло, даже жарко, и теперь я чувствовала нестерпимый холод. Я не оборачиваясь направилась в зал. Усевшись на свое место, я пыталась унять нервную дрожь и прикончила бутылку воды.

– Все в порядке? – спросил Антон.

– Абсолютно.

Вот кто был предсказуемым мужчиной – Антон, не Андрей. С ним можно было просчитать все на два шага вперед.

Через пару минут с невозмутимым видом вернулся мой мучитель. Он устроился в кресле по соседству и как ни в чем не бывало уставился в экран. Ах да! У нас же тут кино показывают, точно! Я тоже постаралась сосредоточиться на фильме, но получалось из рук вон плохо.

И тут я вспомнила.

Какая же ты глупенькая, Алена.

2003

Сидеть на географии было невыносимо скучно. Что может быть ужаснее, чем обсуждать контурные карты, когда идет последний урок в пятницу, на улице светит ослепительное солнце, а все мысли заняты одним-единственным человеком, которого я не видела почти две недели?

Я сидела за своей второй партой и остекленевшим взглядом смотрела на учительницу, вещавшую про Северный Кавказ. В этот момент дверь класса отворилась и в проеме показался Макс. Все, включая меня, уставились на него. Мое сердце подпрыгнуло в груди и понеслось галопом от внезапного счастья. Он здесь! Он выздоровел!

– Калинину к директору с вещами, – строго сказал он и закрыл дверь.

Я застыла на месте, не понимая, что произошло. Что-то с родителями? Паника разрасталась в груди, я не могла пошевелиться.

– Иди, Алена, – сказала мне географичка.

Пытаясь справиться с дрожью в руках, я собрала вещи в рюкзак и кинулась в коридор. Там сразу за углом меня ждал Макс. Как только за мной закрылась дверь класса, он, не говоря ни слова, схватил меня за руку и куда-то потащил.

– Что происходит? Что случилось? – пыталась спросить я, но он только прижал палец к губам, показывая, чтобы я молчала.

Мы спустились по ступенькам на первый этаж и еще ниже на половину пролета, туда, где под лестницей был маленький закуток, в котором стояла старая парта. Мы остановились, и я уже открыла было рот, чтобы снова задать свои вопросы, но не успела. Макс меня поцеловал.

Я обхватила руками его голову, закрыла глаза, и мне стало абсолютно все равно, что там случилось или не случилось. Как же я по нему истосковалась за это время! Как мечтала снова, хоть ненадолго, его увидеть, заглянуть в глаза, понять, сожалеет ли он о том нашем поцелуе. Сейчас тревога окончательно меня отпустила – Макс не только не жалел, он хотел целовать меня снова и снова.

Мы целовались долго. Он обнимал меня за талию, припадал губами к моей шее, к чувствительному месту за ухом, перебирал пальцами мои волосы, снова и снова возвращался к губам. Все, что я могла дать ему взамен, – это стоны, пурпурные щеки и полные обожания глаза. Я растворялась в нем без остатка.

В какой-то момент он посадил меня на старую парту в углу и устроился между моими ногами. Я обвила его ногами, и мы целовались, казалось, целую вечность. Потом прозвенел звонок. Макс нехотя от меня оторвался и заглянул мне в глаза:

– Я так по тебе скучал! Дашь мне свой номер телефона?

Я физически чувствовала счастье. Оно распирало меня изнутри, билось бешеным ритмом в груди, освещало все вокруг, делая мир ярче и лучше. В горле стоял ком, мне хотелось плакать и смеяться одновременно.

– Я не знала, что ты болеешь, думала, ты меня избегаешь, – призналась я.