Евгений – Лабиринты разума (СИ) (страница 13)
В конце концов, принципиального отличия между обитателями тонких и физических миров просто нет. По сути, проблемы одни и те же. Да, земные организмы собраны из грубой материи, а божества из совершенно другой субстанции, но человека-то они создали «по своему образу и подобию»…
К несчастью, исходный образец не был идеальным. Скорее, наоборот: жители Чистых Земель собирались создать совершенное существо, лишенное их недостатков. Но пока получили лишь новые заботы и нескончаемую головную боль.
Атма поежилась при одной мысли о том, что с ней будет, если она отважится открыть людям глаза на истинное положение вещей. Публичное явление божества смертным грозило пожизненной ссылкой в адские миры. Невольным свидетелям пришлось бы стирать память, что часто приводило к побочным эффектам. Иногда оставались лишь ранние детские впечатления, иногда вообще ничего, а иногда человек вдруг начинал разговаривать на древних языках без акцента.
Кармический груз предыдущих жизней изредка всплывал даже у божеств, и это почти всегда оказывалось неприятным сюрпризом. Знание прошлого только добавляло проблем. Такие воспоминания всегда вызывали тоску, ревность, сожаление и ненависть. А если еще и содержали ужасные подробности пребывания в низших мирах, то до смерти напуганное существо надолго погружалось в депрессию.
Устав забивать себе голову проблемами обоих миров, Атма потянулась, разминая затекшие крылышки. Ей казалось, что уже прошла целая вечность.
Почему молчит Нима? Опять выясняет отношения с бывшим возлюбленным? Никто не воспринимал их затянувшийся конфликт всерьез. Скорее всего, перебесятся и снова помирятся, ведь они так любят друг друга! Как же иначе?
Асур и богиня… Они такие разные, но история знала еще более чудаковатые пары. Взять хотя бы знаменитую историю любви высшей демоницы из адских миров и Светлого Лорда из Ордена! Правда, кончилось там все плохо…
Нимфа совершенно забыла про умирающее божество, мечтательно смакуя подробности древнего мифа. Как хотела бы и она встретить «его», чтобы испытать такую же страсть! К сожалению, все претенденты на ее сердце пока оставляли Атму равнодушной. Грид очень старался, и Атме порой его становилось искренне жаль. До нее доходили слухи, что он из очень знатного рода, но минотавр… Рога, копыта, большие… Нет!
В любом случае, у нее сейчас есть прекрасная возможность показать себя. Если выиграть процесс, то можно купить небольшую луну или хотя бы крупный астероид в центральной части галактики. Она бы сделала его подобием своей родины…
Атма незаметно погрузилась в мир грез и воспоминаний. Почти забытый вид изумрудных озер… Волны мягко покачивают гигантскую кувшинку, теплый ил приятно ласкает ноги. В сумерках загадочно мерцает планктон, под пылевыми кольцами уходящей луны беспечно вьются стремительные стайки дриад, а усатые моллюски на прибрежных камнях заводят свою ежевечернюю песню, вплетая ее прекрасную мелодию в звон бесчисленной мошкары. Из-под полузатопленных коряг осторожно выглядывают мордашки любопытных фей, а на холмах уже зажигаются ночные огни, и слышится беззаботный смех резвящихся нимф…
Атма заскрипела зубами от злости, отгоняя воспоминания. Она не могла простить своих родственников и дала обещание никогда к ним не возвращаться.
Если бы не Джай, то что бы с ней стало? И где сейчас странствует этот сумасшедший старик? Только благодаря ему она получила заветное распределение на Землю. Но была тогда так ошеломлена и обрадована, что даже толком не попрощалась.
— Ты еще успеешь это сделать! — прохрипел ворчливый голос совсем рядом, заставив нимфу встрепенуться.
— Джай! Где ты? — Атма беспокойно огляделась, но никого не увидела.
— Прямо перед тобой, тупица! Впрочем, что с тебя взять, ты никогда не отличалась особенной проницательностью… — источник ворчливого кряхтения находился в зловещей глыбе!
— Джай! — Атма радостно кинулась к нему, наплевав на приличия, но ее осадил до боли знакомый приказной тон.
— Сядь! Не веди себя, как дура! На тебя оглядываются!
Нимфа хотела возразить, что об этом ему стоило подумать раньше! Выбрать для очередного спектакля самое шумное место планеты! И хорошо бы, если б этим все и ограничилось… С изгоя-отказника станется и с хохотом умереть здесь, прямо на публике, а что подумают про нее? Разговаривать с угасающим божеством не принято. Конечно, Нима не уволит ее, но их встречу надолго запомнят, а любая чудаковатость повредит карьере.
— Если и так, то тебе пойдет на пользу… — буркнул старик. — Карьера умножает беспокойство ума, а репутация лишь массовое заблуждение. Чужие слова — как шум ветра в сосновом бору. Что тебе до них? Никто не знает тебя лучше, чем ты!
Только сейчас до Атмы дошло, что все это время Джай запросто читал ее мысли! С каких пор? Неужели он владел телепатией? Она заметно покраснела, судорожно перебирая в памяти давние подростковые фантазии…
— Не переживай, я пришел проститься… — старик наконец-то смог открыть глаза, чтобы посмотреть на любимицу. — Знаю-знаю! За меня не волнуйся. — Он не давал сказать ей ни слова, читая мысли, едва они появлялись. Но со стороны это выглядело монологом умирающего божества, свихнувшегося в преддверии смерти.
— Я видел свое новое воплощение. Оно мне понравилось. Скорее, тебе надо бы пожалеть себя… — в его словах слышались нотки укора.
Атма недоуменно подняла бровь. Жалеть себя? У нее все хорошо! Джай смеется над ней? В конце концов, умирает здесь он! А она ощущала себя еще совсем юной!
— Молодые всегда чувствуют себя так же. К сожалению, это нормально для нашего мира. Но мне тебя жаль… — тихо проскрипел старик. Слова давались ему с видимым трудом. — Я заботился о тебе, потому что видел потенциал, который не разглядели твои глупые родственники. Радуга была, но не над тобой, а вокруг солнца, чуть скрытого облаками, да еще и тройная! Очень редкий знак. Ты настоящее сокровище, хотя пока ни о чем не догадываешься…
— Почему ты им тогда не сказал? — не выдержав, воскликнула Атма. Да он просто украл ее у семьи! Сколько ей пришлось пережить, скитаясь по галактике с молчаливым и чокнутым типом! И ведь он даже ничему ее не учил!
— Нет. Учил, но не словами… — упрямо возразил Джай. — Я показывал тебе, как жить, ни к чему не привязываясь. Нельзя было оставлять тебя там. Еще одна заурядная болотная нимфа, прожигающая жизнь на провинциальных пирушках? Знала бы ты свое прошлое и будущее… — Старик горестно покачал головой.
— Если и так, то это не повод портить мое настоящее! Да и как ты мог все решить за меня? — возмутилась Атма.
— Когда ребенок тянется к огню, мать действует без промедления. Причем так, как считает нужным и правильным. Сансара же намного хуже огня. В ее кипящем котле нет прохладного места! — повысил голос Джай.
— Ты всегда так уверен в своем понимании истины… Откуда тебе знать, что прав именно ты? Вот Нима, к примеру, говорит, что спасение лишь в истинном сострадании, а все отречение только упражнение в тщетности! — выпалила Атма, стараясь куснуть старика побольнее.
— Нима настоящий аватар сострадания, но она лишь укореняет в себе очередную привязанность! Такие веками мечутся по галактике, пытаясь спасти тех, кого невозможно спасти!
— Почему невозможно? Она говорит, что только помогая другим, можно освободиться…
— Хотя бы потому, что «другие» не хотят принимать ее помощь! Результат — лишь замена одного удовольствия на другое! Ей нравится строить из себя мессию, но это еще один вид наслаждения. И он очень опасен именно потому, что более «тонок», раз кажется чем-то действительно стоящим!
Атма не стала возражать, подумав, что слишком наивна для того, чтобы с ним спорить. Хорошо бы свести Ниму и Джая, чтобы послушать их диспут. Ей всегда казалось, что каждый из них прав. Должно быть, она очень доверчива.
— Именно так! — согласно кивнул старик. — Нельзя верить всему, что услышала. Ты должна во всем убедиться сама. Поэтому я и таскал тебя с собой по планетам. Не важно, как выглядят твои привязанности. Не важно, к чему они относятся. Отсекай желания и мечты, не разбираясь! Среди них нет полезных!
— Зачем же ты тогда отправил меня на Землю? — недоуменно спросила Атма.
— На этот раз все должно быть по-другому! Но тебя опять понесло не туда. Помни, чему я учил! Сделай все правильно! Пожалуйста, не разочаруй старика, моя девочка… Прощай! — Джай вложил в свои последние слова остатки праны.
Его тело начало стремительно таять, становясь прозрачным и чистым. Вскоре от Джая осталась только небольшая лужица, над которой поднимались радужные пузырьки.
Поток снующих вокруг божеств мгновенно остановился. Задние ряды напирали, возникла легкая давка, но все изумленно молчали, понимая, что являются свидетелями чуда.
«Радужное тело! Он реализовал тело света!» — взволнованный шепот волной пронесся в толпе еще до того, как Гостевые Врата на миг исчезли в ослепительной вспышке. Когда же все протерли глаза, то увидели, что на месте засохшей травы и безобразной глыбы теперь благоухали цветы невиданной красоты…
Посмертное явление «радужного тела» было очень редким феноменом. Считалось, что его обретение подтверждало, что умерший являлся мастером особых духовных практик, тайно передававшихся от учителя к ученику. Никто не знал, что из себя представляли эти практики. Покойники имели дурную привычку ничего не объяснять. А толкователей всегда хватало с избытком. Некоторые наглецы утверждали, что продолжают получать наставления от святых мертвецов во сне или в медитации.