Евгений – Лабиринты разума (СИ) (страница 15)

В прошлый раз Атма договаривалась о своем участии в шествии с каким-то толстяком, представившимся одним из руководителей коммуны. Нимфе не составило труда изменить внешность, подогнав ее под рекомендованный образ лесных дриад. Люди имели странное представление об этих грациозных лесных существах, но Атма благоразумно не стала показывать, как те действительно выглядят. Скорее всего, их настоящий вид перепугал бы тут всех до смерти.

Родные крылья изменили форму, приобрели блеск дорогого пластика и обильно украсились стразами, а вот с фигурой пришлось повозиться. Объемные женские прелести являлись для бразильцев предметом особого культа и гордости. Особенно здесь ценились выпуклые ягодичные мышцы. Почти на каждом столбе висели листовки, приглашающие зрителей на чемпионат идеальных женских поп.

Атма не понимала причин столь трепетного отношения к тому, что оставили человеку, когда он встал на ноги и утратил хвост. Его функции как раз и перешли к ягодицам. Сокращаясь, они позволяют удерживать равновесие при ходьбе. В любом случае, нимфа просто примет тот облик, который тут просят. Она долго добивалась нужных пропорций, то увеличивая, то уменьшая определенные части тела до местных стандартов. Человеческие идеалы совсем не учитывали аэродинамику. С таким дивным богатством дриада летала бы низко над землей, как перегруженный медом шмель.

По восхищенным взглядам людей Атма поняла, что за ней оставят место, даже если на парад попросится весь подиум конкурса красоты. Теперь же ей оставалось только вспомнить настройки и подробности той формы и аккуратно материализоваться.

— Ну, и где твоя русская красавица, Фил? Нам вот-вот выступать! Мне вон тех пьяных немцев нарядить в трусы и крылышки? — раздраженно допрашивал растерянного толстячка высокий парень в зеленом трико. Узкие бедра, широкие плечи, волосы забраны в пучок на затылке. Судя по хорошо развитой мускулатуре, красавец немало времени проводил в спортзале.

Его лицо и голый торс был выкрашен в синий цвет и вдобавок расписан светлыми линиями. Рядом крутилось еще несколько столь же нарядных мужчин с фальшивыми острыми ушками. Все они выглядели диковинным плодом смешения голливудских фантазий на тему «робин-гудов» и «аватаров».

Рассматривая этот великолепный мужской экземпляр, Атма вдруг испытала странное ощущение, будто что-то забыла и не может вспомнить. Ум тревожило нечто важное, ценное и очень-очень древнее, будто пытавшееся дотянуться до нее из прошлого. Появилась уверенность, что необычное переживание связано с этим самоуверенным атлетом.

Глубоко внутри нее, всего на миг, словно проснулось почти бесконечное ожидание. И тоска. Там пряталась бездна! Атма даже отшатнулась, будто пытаясь отойти от края. Но уже через секунду душу заполнило облегчение — теперь все будет хорошо! Она дождалась!

Ничего не понимая, Атма закрыла лицо руками и присела, собираясь с мыслями. Ей казалось, она сейчас упадет. В голове все кружилось и путалось. Что с ней происходит?

Нимфа в растерянности пыталась вспомнить хоть что-нибудь о незнакомце в синем, но тщетно. Что ее может связывать с простым человеком? С простым, пусть даже разумным, организмом из грубой материи! Ведь она божество!

Атма снова и снова прислушивалась к себе, но в душе воцарилась прозрачная тишина. Наваждение ушло, не оставив и следа. Теперь ей казалось, что ничего серьезного не произошло. Может быть, сказываются последствия стресса? Прощание с Джаем, его слова-ребусы, а теперь еще и непонятные волнения на пустом месте… Не слишком ли много для одного дня?

Тем временем мужчины начинали все больше нервничать, и разговор перешел на повышенные тона. Решительно встав, Атма начала искать безопасное место для материализации. В любом случае, ей нельзя отпускать от себя этого синекожего.

— Ханс, не спеши. Подождем немного. Она все оплатила. Значит, появится… — неуверенно пробормотал толстяк, устало промокнув лоб салфеткой.

— А если к конкурентам ушла? Ты даже ее телефон не взял!

— Ну, ушла и ушла! — разозлился толстяк. — Ты ведь ее не видел!

— Я-то не видел, но вот у тебя она последние три дня с языка не слезает!

Атма торопливо влетела в щель между двумя платформами, где ее никто не мог увидеть. Торопливо воплощаясь, она еще раз проверила все детали наряда, благо он почти весь состоял из блесток и крохотных листиков. Выждав несколько секунд, она проворно выпрыгнула из тени.

— Здравствуйте! Простите меня! Я не опоздала? Подгоняла костюм и пудрила носик, — невинно пролепетала Атма, притворяясь, что запыхалась.

Нимфа тяжело дышала и виновато улыбалась, изображая раскаяние. Высокая грудь мерно вздымалась, надежно приковав к себе взгляды оцепеневших мужчин. Похоже, именно эта часть ее тела казалась им особенно важной. Никакого сомнения, что обладательница такого богатства уж обязательно украсит карнавал.

— Привет! — сдавленно поздоровался Фил. Он уже видел Атму и потому быстрее пришел в себя. — Нет-нет. Ты успела. Отлично выглядишь, хорошо подготовилась… — забормотал он, пытаясь изобразить сугубо профессиональный интерес к роскошной женской фигуре.

Впрочем, внимание к ней было всеобщим. Люди замедляли шаг и останавливались. Мужчины нервно переглядывались и восхищенно цокали языком, любуясь. Женщины делали круглые глаза, хмурились или натянуто улыбались. Рабочие тут же перестали таскать воду, а зрители на крышах развернули свои бинокли и начали опасно толпиться у самого ограждения. Толпа все росла, и Филу пришлось отобрать у кого-то черный демонический плащ с красным подбоем, чтобы на время прикрыть прелести Атмы.

— Хватит пялиться! Быстро разошлись по своим платформам! Неандертальцы должны давно стоять в колонне! Аватары — строиться! — скомандовал Ханс и пронзительно засвистел в свисток. — Макияж обновить, перья расправить! Через десять минут выступаем!

Народ разочарованно загудел. Все еще оборачиваясь, люди послушно разбредались по местам. Похоже, парень в зеленом трико тут был за главного. Одобрительно улыбнувшись нимфе, он отвел Фила на несколько шагов. Атма прекрасно слышала их возбужденное перешептывание.

— Так. Давай все переиграем. Посадим ее наверх. Музой! — горячо зашептал синекожий раскрасневшемуся толстячку.

— С ума сошел? Мы не успеем переодеть ее! Да там уже и сидит твоя Мириа! Она тебя сожрет с потрохами! — испугано прошипел Фил, отшатнувшись.

— Мири поймет, когда ее увидит! Такую и переодевать не надо. На ней же все равно ничего нет! Быстренько добавим позолоты, дадим два страусовых веера — и Парад Победителей наш! Да все рыдать будут от восторга, когда ее разглядят! — не унимался Ханс.

— Стоп! Мириа профессиональная танцовщица! Лицо нашей школы на трех карнавалах подряд!

— Да? И чего мы добились за последние три года? Это наш шанс! С такой красавицей мы попадем прямо в первую лигу!

— А ты уверен, что она вытянет наверху? Вдруг свалится оттуда на нервах или не умеет двигаться? Мы даже не знаем ее имени! — засомневался толстяк, подозрительно косясь на новую претендентку на трон. — Как тебя зовут, детка? — крикнул он ей.

— Аня! И я хорошо танцую! — гордо заявила нимфа, грозно сверкнув глазами. Разозлившись, она топнула стройной ножкой и сбросила с себя плащ, опровергая сомнения более чем весомыми аргументами.

Два идиота! Эти человечишки ведут себя, как будто ее рядом нет! Они смеют сомневаться в способностях божества? Озерные нимфы рождены для величественных небесных балов, рядом с которыми их маскарад — жалкое сборище клоунов!

— Потрясающе! — восхищенно прошептал Ханс. — Да она заведет трибуны так, что второй тур не понадобится. У нас будут новые спонсоры! Видишь? Посмотри, какие формы, какой темперамент!

— Ты бы лучше вспомнил про темперамент Мириа… — мрачно буркнул Фил и обреченно махнул рукой. — Хотя как хочешь. Твоя девушка, тебе с ней и разбираться. Желаю удачи, она нам понадобится…

Для своих габаритов толстяк оказался необычайно проворным. Оставив партнера разбираться с двумя девушками, Фил трусливо сбежал равнять ряды своей разноцветной армии. Аватары все еще беспечно разгуливали по площадке, а демоны излишне толерантно смешались с ангелами, разбавив их белое каре черными пятнами.

Ханс подозвал полуголую мулатку с флакончиком позолоты для новой музы, а сам отважно отправился на сложные переговоры с воинственной Мири. Ее гнездо находилось на высокой конструкции, изображавшей гигантского трефолка. Мощный ствол обвивала толстая лоза, образуя крохотные площадки для танцующих дриад. Первые участницы уже карабкались на свои места, а добравшись, старательно пристегивались ремнями, чтобы ненароком не свалиться в карнавальном экстазе.

Нимфа терпеливо ждала, когда ее выкрасят золотом. К сожалению, визажист прикладывалась к банке пива гораздо охотнее, чем к краске. Неряшливо заляпав новую музу пятнами, мулатка виновато развела руками. В таком виде явить себя миру божество не могло. Времени исправлять халтуру не оставалось. Разозленной нимфе пришлось вырвать флакончик из рук девушки и отпустить ее восвояси.

Легче выстроить весь облик сначала. Атма торопливо забралась в укромное местечко между платформами, чтобы развоплотиться.

Ее метаморфоз никто не заметил. Битва Ханса и Мири занимала все внимание публики. Экспрессия разжалованной королевы вызывала искреннее восхищение яркостью эмоций и точностью использованных метафор. Два роскошных страусовых веера упали в дорожную пыль, а бросок золотой короной едва не стоил Хансу жизни. Оставшись внешне невозмутимым, он бережно поднял слегка помятый артефакт, тщательно вытер и повелительным жестом подозвал к себе Атму.