Евгений Волков – Право остаться (страница 12)

Малик записал на краю памятки: «3 мес. — возможно без штрафа».

— Хорошо.

— И ещё. Оборудование, которое закреплено к стенам или полу, пожалуйста, обозначьте оценщику отдельно. Нам нужно понимать, что относится к зданию, а что ваше.

Малик посмотрел на подъёмник, который сам прикрутил анкерами к бетону.

— Он мой.

— Поэтому и говорю.

После звонка клиент у окна спросил:

— Плохие новости?

— Обычные.

— Это какие?

— Которые пока ничего не меняют, кроме всех планов.

Клиент улыбнулся.

— Батарея?

— Батарея плохая. Вот это уже точный диагноз.

Работа помогала тем, что почти каждая проблема в ней имела предел. Трещина либо была, либо нет. Контроллер выдавал код. Подшипник шумел. Кабель прозванивался. Даже когда ремонт оказывался невыгодным, это можно было объяснить цифрами.

К полудню Малик выписал счёт, заказал две камеры, отказался от ремонта дешёвого электросамоката, который стоил меньше новой батареи, и ещё три раза ответил на вопрос, закрывается ли мастерская.

В час двадцать он запер дверь на табличку «ВЕРНУСЬ ЧЕРЕЗ 40 МИНУТ», хотя заранее знал, что сорока не хватит.

Первое помещение было в Северных мастерских.

Он доехал туда на своём старом городском велосипеде за двенадцать минут. Сам район ему нравился. Кирпичные корпуса старых фабрик постепенно делили на маленькие производства, студии, склады и офисы. Там работали сварщики, дизайнеры мебели, типография, пекарня и компания, которая собирала дорогие лампы из труб, выглядевших как детали отопления.

Помещение из объявления находилось на первом этаже бывшего инструментального завода.

Агент опоздал на семь минут и пришёл с ключами на красном карабине.

— Восемьдесят два метра, — сказал он, открывая дверь. — Отдельный вход, санузел, трёхфазная линия, ворота со двора.

Внутри было светло.

Слишком светло, подумал Малик с неожиданной неприязнью.

Белые стены. Ровный пол. Новые окна. Никакой сырости.

— Сколько окончательно?

— Тысяча пятьсот двадцать плюс сто десять эксплуатационных.

Малик посмотрел на него.

— В объявлении было тысяча четыреста.

— «От тысяча четыреста».

— Очень содержательное слово «от».

— Зависит от типа использования. Для мастерской ставка выше из-за нагрузки и доступа во двор.

— Залог?

— Три месяца.

— Льготный период на въезд?

— Две недели без аренды, если договор минимум на три года.

Малик прошёл к задним воротам. Во двор действительно можно было завезти грузовой велосипед. Электрика была лучше, чем у него. До трамвая пять минут.

Но мимо двери никто не проезжал случайно.

На Вересковой половина мелких заказов приходила именно так. Человек ехал вдоль реки, слышал странный звук, видел вывеску, останавливался. Курьеры знали, что можно забежать между доставками. Жители оставляли велосипед утром и забирали вечером пешком.

Здесь клиент должен был ехать сюда специально.

— Велосипедный поток какой? — спросил Малик.

Агент пожал плечами.

— Район развивается.

— Это не поток.

— Через год будет новый веломаршрут по северной улице.

— Через год — тоже не поток.

Агент улыбнулся профессионально.

— Зато помещение лучше вашего нынешнего.

Малик не спрашивал, откуда он знает нынешнее. Адрес был в заявке.

— Лучше.

Он ещё раз посмотрел вокруг.

Это и было неприятно. Новое помещение действительно было лучше.

Просто мастерская Малика в нём становилась хуже как бизнес.

— Я подумаю.

— Спрос высокий. Долго держать не смогу.

— Я не просил держать.

На улице Малик достал телефон и открыл калькулятор.

Семьсот восемьдесят сейчас.

Тысяча шестьсот тридцать с эксплуатационными там.

Плюс залог четыре тысячи пятьсот шестьдесят.

Плюс перевозка станков, вывеска, новая сигнализация, подключение терминала, хотя терминал можно было перенести почти бесплатно. Минус, возможно, городские расходы на перемещение оборудования. Сколько именно — неизвестно.

Он открыл таблицу месячных расходов, которую вёл с первого года работы.

Чтобы покрыть только разницу аренды, нужно было примерно двадцать два дополнительных средних ремонта в месяц. Или повысить цены. Или работать одному дольше и не брать помощника на сезон. Или надеяться, что новая улица действительно даст поток.

Ни один вариант не был невозможным.

Ни один не выглядел как «перевезти оборудование».