Евгений Волков – Опись оставленного (страница 4)

— Отдельный. Но его я точно не беру.

— Хорошо.

Она открыла верхнюю дверцу, чтобы проверить крепления полок перед будущим выносом.

За стеклом стоял сервиз.

Белый фарфор с тонким золотым кантом. Тарелки были уложены по размеру, чашки висели на маленьких крючках, соусник стоял внутри овального блюда. Ничего необычного. Большой столовый комплект, из тех, которые покупали не для вторичного рынка, а для дома, где считалось нормальным держать отдельную посуду на случаи, когда приходят все.

Елена подошла ближе.

— Вот это вообще не проблема.

Вера не коснулась посуды.

— В каком смысле?

— Это детям.

— Кому именно?

— Лизе и Мартину. Они разберутся.

— Комплект хотите разделить?

Елена нахмурилась.

— Зачем его делить?

— Тогда кому из них?

— Не знаю. У кого место будет.

Вера посмотрела на буфет. Даже без упаковки сервиз занимал почти две полки. В коробках получится больше.

— Мы можем завтра отдельно его посчитать и сфотографировать. Пока поставлю «передать», решение по получателю отложено.

— Да.

— Вы уже говорили с детьми?

Елена чуть помедлила.

— Они знают, что я переезжаю.

Вера не стала подменять один вопрос другим.

— Про сервиз?

— Не конкретно.

— Хорошо. Тогда до разговора с ними мы его не пакуем на передачу.

— Почему?

— Потому что для передачи нужен человек, который согласился принять.

Елена опёрлась пальцами о край буфета.

— Они примут.

— Возможно.

— Это семейный сервиз.

Вера внесла строку в планшет: «Столовый сервиз, белый/золотой кант. Предварительно: ПЕРЕДАТЬ. Получатель не подтверждён».

Она не писала «ценный», потому что цена ещё не определена. Не писала «семейный», потому что для маршрута предмета это ничего не меняло.

— Завтра Дара сможет посмотреть марку, — сказала Вера. — И если хотите, Маркус сразу рассчитает, что дешевле: доставка одному из детей или хранение до их приезда.

— Никакого хранения, — сказала Елена. — Я не собираюсь платить за вещи, которые уже решила отдать.

— Тогда нужен подтверждённый адрес.

— Будет.

Вера закрыла дверцу буфета.

К концу осмотра Самир насчитал восемь крупных предметов мебели, которые потенциально могли ехать в новую квартиру, хотя по первоначальному разговору их должно было быть три. Вера сверила габариты с планом и поняла, что даже без книг, одежды и кухонных вещей новая квартира уже начинала заполняться на бумаге.

Перед тем как сесть, Вера сделала несколько общих фотографий комнат — только для рабочего файла, как было прописано в договоре. Не семейные фотографии на стенах крупным планом, не содержимое ящиков, а мебель, проходы и доступ к дверям.

Она отправила в общий рабочий чат три снимка и короткую запись: «214. Завтра 9:00. Дара — оценка гостиной и буфета. Маркус — к 11:00, после первичной сортировки, проверить маршруты отдачи/продажи. Самир — замер нового адреса сначала».

Маркус почти сразу ответил: «Парковку на новом адресе проверю. На старом разрешение до 16:00 подтверждено».

Дара прислала только: «Торшер сними снизу, если удобно».

Вера вернулась в гостиную, присела и сфотографировала основание лампы. На металле была старая бумажная наклейка, надпись на которой почти стёрлась. Она отправила снимок Даре.

Ответ пришёл через минуту: «Не продавайте до меня. Может быть интересно. Может быть вообще ничего. Завтра посмотрю».

Именно поэтому Дара была хорошим оценщиком: она редко превращала слово «старый» в слово «дорогой» до того, как предмет оказался у неё в руках.

Они снова сели за кухонный стол.

Елена принесла воду, хотя никто не просил.

— Значит, завтра вы приходите и начинаете выбрасывать?

— Нет, — сказала Вера. — Завтра мы начинаем решать.

— По срокам ещё раз, — сказала Вера. — Завтра и послезавтра сортировка. В четверг начинаем упаковку того, что едет с вами, и параллельно фотографии на продажу. Пятница и понедельник — вывоз по категориям. Последний день оставляем на крупную мебель, остатки и проверку квартиры.

— А если что-то не продастся?

— За шесть дней продаётся далеко не всё. То, что вы согласуете на продажу, может уехать на наш склад на ограниченный срок или напрямую партнёру. Это будет отдельное решение по каждой позиции.

— Я не хочу, чтобы мои вещи месяцами стояли неизвестно где.

— И мы не хотим. Наш склад для транзита, не для долгого хранения.

— Хорошо.

— Деньги от продажи идут вам за вычетом согласованной комиссии. Утилизация и перевозка считаются по фактическому объёму. Сегодняшний осмотр входит в стоимость заказа.

Елена кивнула. Финансовая часть явно была для неё проще разговора о мебели.

— А благотворительность?

— Только то, что они подтвердят. Мы не можем привезти им двадцать коробок и объявить, что теперь это их проблема.

— Разумно.

— Особенно разумно для тех, кто потом оплачивает вывоз того, что никому не нужно.

Она повернула к Елене планшет.