Евгений Щепетнов – Король (страница 15)

Я молчу, не зная, что сказать. Раскололи нас практически молниеносно, и глупо было думать, что скроем свое происхождение. Это только для недалеких, тупых и нелюбопытных мы выглядим как имперцы, а для опытного человека, да еще постоянно общавшегося с ворками — мы открыты, как книги. Да, можно было бы изменить черты лица, деформировать кости черепа, сделать из нас настоящих имперцев, но честно сказать — я этого не хотел и не хочу. Мне мне воркский облик почему-то стал дорог. Может потому, что я подсознательно хотел выглядеть утонченным красавцем? А вместо того из меня по жизни (в той жизни!) получился грубоватый солдафон с жестким, как вырубленным из камня лицом. Не знаю. Не буду копаться в своей душе, просто приму все так, как оно есть. Придем в деревню лесорубов — верну нашу внешность на место. Придем? Я уже решил?

— Должен посоветоваться с моими спутниками — отвечаю я, и лесоруб понимающе кивает. Встаю, иду к столику, за которым сидит вся наша компания. Ну а к лесорубу тут же подсаживаются его соратники, или как их там назвать. Односельчане.

Рассказываю нашим все, что узнал от лесоруба. Не скрываю и то, что нас раскрыли на раз-два. Все слушают, молчат, ничего не говорят. Само собой — первой начинает бабушка.

— Ты ведь понимаешь, что это может быть ловушка?

— Может. Все может быть! Но только зачем? Какая выгода? Продать наших девчонок в бордель? (фырчат, морщатся) Лесорубы видели, что мы можем. Я могу. Потому сомневаюсь, что решатся. И повторюсь — зачем им? Мы спасли их детей, вылечили — неужели они могут быть настолько неблагодарны? Да, да — могут! Я все понял! Так и мы ведь не дураки, так же! Будем смотреть в оба глаза! Но во всяком случае, это менее опасно, чем пробираться так, как мы это делаем. Рискуя нарваться. По крайней мере, там не на кого нарываться.

— Кроме контрабандистов и ворков — насмешливо хмыкнула бабушка.

— Насчет ворков — мы и сами собирались их найти. Так что если нарвемся — и хорошо. Боюсь, что нам придется долго бродить по лесу, прежде чем мы на них «нарвемся». Лера, ты сможешь вывести нас прямо на город?

— Сложно — кивнула моя так называемая жена, будущая королева ворков — Во-первых, они постоянно меняют расположение ловушек. Которые могут быть и не магическими. Ночью зацепишь — получишь арбалетный болт в живот. Либо бревном придавит. По хорошему, надо идти днем, смотреть за тропой, и ни в коем случае не изображать из себя разведчиков. Увидят, что мы крадемся, решат, что это группа разведчиков вышла на работу. Ну и…устроят нам веселые игры!

— Но ты-то им скажешь?! — вмешалась угрюмая, осунувшаяся Хельга — Тебя-то они знают!

— Знают — вздохнула Лера — Я для них беглянка, почти предательница. Первое, что они сделают — посадят меня под замок. Потом соберут Хранительниц, и устроят мне свадьбу со старым вонючим придурком. Потом я умру. А что так смотрите? Само собой — умру. Убьют меня. И мой муж станет единовластным королем, за которым пойдут многие.

— Я так и не понял — почему, чтобы за тобой пошли, надо обязательно быть королем? — вздыхаю я — Или королевой. Вот ваш этот придурок — вроде как военный вождь. За ним и так идут! И на кой черт вам король?

— Идут, будучи уверенными, что он имеет право их вести. Что он настоящий предводитель, которого нам дали боги в лице старого короля. Новый король просто сместит его, лишит должности. И кто за ним пойдет? Только самые фанатичные, горстка приближенных. И то — в глазах соплеменников они будут выглядеть изгоями. Отщепенцами. И тогда откуда возьмется помощь? Как они смогут делать то, что делали? Мы законопослушный народ, сильный традициями. И одна из традиций — королевская власть незыблема. Думаете, почему я проделала такой путь?!

— Кстати — восхищен тобой! — искренне сказал я, глядя в порозовевшее лицо Леры — Проделать такой путь, в одиночку, скрываясь, питаясь тем, что бог пошлет…ты ведь почти дошла! Просто немного не повезло.

— Немного! — скривилась Лера, и посмотрев на меня отрицательно помотала головой, мол, «не надо при всех!». Я и заткнулся. Правда, зачем девчонкам знать о том, что она перенесла. Могут, кстати, и начать брезговать…

— Хватит обсуждений! — негромко сказала бабушка, слегка пристукнув ладонью по столешнице — Келлан, зачем ты устроил это представление? Ведь ты уже для себя все решил. Идем через горы и смотрим в оба глаза. Я тоже думаю, что вряд ли от лесорубов следует ждать пакостей, но кто знает? Я в этом мире многого насмотрелась, и в том числе и предательств от тех, от кого я бы их и не ожидала. Потому — будьте настороже так, как вели бы себя в окружении врагов. Виду не подавайте, но всегда будьте настороже. Иди, Келлан, сообщи о нашем решении. И…пойдем спать. Все спать! Хватит на сегодня развлечений, засиделись…

Сон. Это сон. Лера смотрела вокруг, и все было как сквозь дымку. Нет, не дымку, совсем другое…такое бывает, когда ты вроде бы проснулась, но сон еще держит твою душу в объятьях. И сразу не поймешь — то ли это сон, то ли явь… Если сон был хорошим — жалеешь, что он ушел, если кошмар — вздрагиваешь, передергиваешься, и…улыбаешься, понимая, что все было лишь кошмаром.

Она помнила свое путешествие до мельчайших подробностей — все, с самого начала. Свое одиночное путешествие, которое едва не закончилось так страшно. Теперь воспоминания о перенесенных страданиях стали лишь отголосками далекого, уже забытого кошмара. Новый сон овладел ее сознанием. В нем она жена прекрасного, сильного, смелого мужчины, и любит его до умопомрачения. Да, именно так — он не уходит из ее мыслей никогда и ни за что, даже во сне, даже тогда, когда она едет на коне и слушает разговоры тех, кто рядом с ней. И все проблемы, что были у нее и ее народа отодвинулись куда-то вдаль. Лера понимала, что это нехорошо, что так нельзя, что ее миссия невероятно важна и у нее есть долг перед людьми, но… Лера готова была бросить все и уехать с этим парнем, со своим мужем — хоть на край света.

Бесил ли ее гарем, собравшийся вокруг мужа? Нет. Мужчина королевского рода имеет право иметь столько наложниц, на скольких у него хватит сил. Произвести как можно больше принцев и принцесс, из которых потом выбрать лучшего — самого умного, самого дельного наследника — это обязанность короля. А Келлан скоро будет королем. В этом девушка была совершенно уверена.

Да, она ревновала. Даже подкрадывалась и подсматривала, когда муж уединялся с Соней, являющейся его фавориткой, и представляла себя на ее месте, задыхаясь, исходя испариной, краснея и бледнея. Но не позволяла себе высказать ни одного упрека ни мужу, ни его любовнице. Откуда-то из глубины ее души всплыло древнее женское знание: хочешь удержать мужчину, сделай так, чтобы он без тебя не мог обходиться. Чтобы думал только о тебе дни и ночи напролет. А если ты начнешь свою семейную жизнь с упреков и ревности — это верный путь к разочарованию и расставанию.

Да, Келлан сразу предупредил, что их брак фиктивный, что он уйдет, как только утвердит Леру на троне. Ибо не хочет запирать себя в лесах, а еще — участвовать в интригах и разоблачать заговоры. Как он выразился: «Мне в одно место не уперся ваш трон, и все, что с ним связано!». И это была правда, Лера чувствовала.

Больше всего она сейчас мечтала о том, чтобы зачать ребенка от Келлана. И не потому, что это верный способ удержать мужчину — нормальный мужчина никогда не бросит своего сына или дочь без помощи. Нет. Ей хотелось ребенка от НЕГО. Лера сама не понимала, как так вышло, но она тряслась от одного прикосновения Келлана. Если бы он сказал ей покончить с собой…наверное, она бы это сделала.

Иногда, когда они с Келланом лежали рядышком в отдельной палатке, или в комнате трактира, Лера тихо и бессильно плакала, сжимая пальцы в кулаки. Она боялась. Боялась, что Келлан исчезнет из ее жизни. И что это было — магия, или любовь к своему спасителю — Лера не понимала и понимать не хотела. Для себя она решила — будь, что будет. Примет жизнь такой, какая она есть. И в борьбе за Келлана победит всех соперниц, которые встретились на ее пути. Она будет любить мужа, разделять все его мысли, все мечты, станет для него самой жаркой любовницей, которую он мог бы встретить.

Уже после того, как Лера, сгорая от стыда и одновременно трепеща от наслаждения «подтвердила» свое замужество под надзором трех строгих Хранительниц — она обратилась к бабушке, красная от неловкости (бабушка все-таки!), и попросила научить, как лучше соблазнять мужа, и как доставить ему удовольствие. Бабушка ничуть не удивилась, и не стала над ней смеяться или укорять в излишней озабоченности. Она пошла в заднюю часть дома, где находилась библиотека, и притащила оттуда пыльную толстую книгу, картинки в которой бросят в краску самую искушенную из профессиональных шлюх. Это был трактат на древневоркском языке (в общем-то мало отличающемся от современного), и назывался он…ну да — «Искусство любви».

Лера прочла его за два дня. Прочла бы и за день, но дни были заняты сборами и разговорами о предстоящем путешествии. Читать можно было только вечером и ночью, благо что Келлан не ночевал у бабушки, а обитал в общежитии Академии. Да и Лере надо было подождать с ЭТИМ. Ведь бабушка умудрилась восстановить внучке девственность — для свадебного обряда, так что у Леры все еще побаливало.