Евгений Разумов – Археология пути (страница 30)

Конечно, юридически принадлежность может определяться в некоторые исторические эпохи и в некоторых пересечениях по-другому. Именно с этим мы сталкиваемся в случае как с общественной собственностью, так и общежитием либо просто проживанием в гостинице, где личностная принадлежность уходит на второй план и на первый план выходит организация жизни как услуги. В этом смысле проживание в обществе заменяет категорию человека не категории общества и хозяйства, но оно не разрешает символических противоречий, которые следует перепройти и можно понять с помощью предложенного метода построения дробей, включающих символические и функциональные составляющие. Доходные дома находятся где-то посередине и предлагают баланс, а значит по сути категориально их внешняя онтология образована несколькими основными дробями. С этой же проблемой мы сталкиваемся и перемещаясь в другие страны (стороны), края и общности: с одной стороны здесь мы находим иную человеческую соборность и находим новое политическое определение свободы гиперсубъекта, перемещаясь по дорогам как частицы без места происхождения, как мыслительные установки без органов, а с другой стороны здесь и часть дорог превращается в хозяйственные предприятия, заменяющие соборность на подчинённость прагматическому извлечению выгоды. Здесь же мы можем обнаружить идею земли, которую должны переносить подобно представителям землячеств, но мы обнаруживаем, что это только один из способов бытия. И что если перейдя к информационной дроби люди могут оказываться не только в необществе, но в негосударстве?

Список упомянутых источников

1. Бурдье П. Социальное пространство: поля и практика // 2008.

2. Канеман Д. Думай медленно… решай быстро. : Litres, 2013.

3. Курпатов А. Машина мышления. : Litres, 2022.

4. Левенчук А. Системное мышление 2024. , 2024.

5. Мамардашвилли М. К. Лекции о Прусте: психологическая топология пути. М.: Ad Marginem, 1995. 547 с.

6. Талер Р. Новая поведенческая экономика. Почему люди нарушают правила традиционной экономики и как на этом заработать. : Litres, 2017.

7. Уинч П. Идея социальной науки и ее отношение к философии // М Русское Феноменологическое Общество. 1996. Т. 107.

8. Economakis G., Papageorgiou T. Marxist Political Economy and Bourdieu: Economic and Cultural Capital, Classes and State. London: Routledge, 2023. Вып. 1.

9. Virilio P., Moshenberg D. The lost dimension. Los Angeles, CA: Semiotext(e), 2012. 191 с.

10. Платформы и экосистемы. : Альпина Диджитал, 2024.

Примечания

1. В этом смысле Мераб Константинович Мамардашвили рассуждает о включении «себя в себя», но это мы можем понимать и прежде всего как коллективное и планетарное включение, хотя для Марселя Пруста это включение было видимо в первую очередь субъективистским, но это показывает лишь преобладание одних мыслительных путей над другими для тех или иных людей, для тех или иных эпох. Между тем мы должны допустить, что переключение преобладания на дорожных и информационных путях как и для естественных мыслительных нейросетей может настраиваться с помощью символического или культурного кода без изменения физического сочленения элементов. Такая настройка переключений и рассматривалась нами в разделе онтологии.

2. С другой стороны это вполне понятно и уже видно на опыте установок различных поколений и это определено теми пространственными элементами, которые дают родители и воспитатели и начинается всё с непосредственного взаимодействия с предметами: одни поколения начинали постигать мир через модели «развивающих» игрушек, а недавние поколения могут начинать общение с информационного экрана, сначала удалённого на стену, а потом сливающегося с их руками, и тем самым замещающим по крайней мере половину всей вселенной.

3. Непосредственном между людьми, группами, сообществами, но и другими предметными представителями, которые в этом смысле могут воскресить мифологемы и архетипы природы, как области применения габитуса, проявления окруженций и носителей ответственности

4. Интересно, что даже в языке сохранилась некоторая природная генеалогия тропы: мы говорим, что тропа или путь проходит, а не мы проходим, подразумевая некоторую слитность не столько нас с природой, а всего человеческого.

5. Пьер Бурдьё выступал против такого видения завершённости, о чём говорит идея противостояния участков государства «правой руки» и «левой руки», хотя однозначной позиции об этой борьбе и её завершённости исследователи не делают[Economakis, Papageorgiou, 2023, с. 36–41] (хотя можно было бы заключить, например, что культурное производство по левую руку используется для поддержания «на плаву» самого дискурса и для поддержания соответствующей культурной области как управляемой площадки для вытесненных состояний). В нашем рассмотрении сочетаний дискурса и экскурса присутствует некая предопределённость значимости экскурса, но эта идея означает как раз преодоление стремления к хозяйственному преобладанию или культурной угнетённости особенно внутри государства, но начинается это выравнивание и новое понимание равновесия с прохождения пути.

Глава 6. Соединение путей

В контексте жизни племени предсказания оракула отнюдь не стремятся подтверждать или опровергать, как это делают в отношении научных теорий, им просто следуют.

Мы долго искали новый путь, но сама его структура определяет наше движение вперёд. Но что есть структура: может быть это общество или государство, цивилизация и культура, может быть это любое проявление сознания, за которое как нам кажется мы способны ухватиться. Когда мы ищем этот путь мы словно прокручиваем историю и шаги будто бы сами проявляются и делают нас этим путём. Может быть люди не всегда представляли себя таким образом, есть периоды, когда приходится успокаиваться или успокоение и смирение становятся необходимыми, или когда просто апатия делает невозможным дальнейшее движение. Культурный переворот это или общественный переворот (которые показывают, если и не доказывают, что культура может выступать базисом также как и надстройка, если её понимать в виде общественных построений) или улучшение небольшими шагами, но мы приходим к некоторому состоянию мышления как качеству, которое не всегда тем не менее соответствует качеству пути, а порой прямо ему противоположно. Трудный путь формирует стойкость характера, но и созидание пути формирует целеустремлённость и склонность к рациональности. Социологи продолжают искать соответствующие признаки в символических элементах и знаковых уровнях общественной действительности, а вывод может лежать на поверхности, все элементы отображены в явленной взору изогнутой плоскости или в трёхмерной траектории каждого пути, ведь он становится отражением и основой мышления.

Так культурное измерение само связано с идеей и практикой измеримости, и наука и техника «способствую культурному толкованию расширяемости как длительности в естественной среде обитания согласно непрекращающемуся научному и эстетическому перепостроению»[Virilio, Moshenberg, 2012, с. 58–59]. В том, что это перепостроение (реконструкция) – это вытеснение сначала природы, а затем человека и мышления не было ничего удивительного, ведь прежде всего первое измерение и первая эстетика были вытеснением той системы путеведения по шестиугольникам, которая встроена в естественное мышление млекопитающих. Любое отклонение от этой естественной технологии должно было означать перепрокладку дорог, изменение способа пользования дорогой и того, как дорога представлялась, мыслилась, наконец того, как дорога и общественное место, земля дороги перепроходила самих идущих. И удивительно, что мы можем наблюдать как сходства, так и отличия до сих пор, когда мы думаем о пути как естественном или же наоборот понимаем, что это наша новая среда – среда соединения технологии и труда. А за обочиной начинается какая-то другая, давно утраченная или же чуждая нам технология. Поэтому всё историческое вытеснение всех дорог трудно преодолеть, возможно его можно только перепройти, но сделать это необходимо, чтобы завершить цикл разделённости.

И проходя снова и снова мы можем постепенно сплетать человеческие и природные сети, если мы задумываемся как и зачем мы мыслим, где и что мы измеряем. В действительности сети часто скорее разделяют, обеспечивают распределение, чем какую-то универсальную сплочённость или ризому, что находит и Пьер Бурьдё применительно к воздействию государства на местные сообщества[Бурдье, 2016, с. 425–426]. Дороги были теми щупальцами государства, из которых оно и состояло, но которые обеспечивали в том числе и цикличность передачи времени и возможность символического перемещения через само поле власти, а не только хозяйственной прагматики. На самом деле на сегодня разница между физическим телом властителя и абстрактным телом капитала может быть не существенна, поскольку распространение личного мышления приводит к философскому разнообразию установок, сводимых воедино всё больше условными смысловыми общностями о продолжении движения, жизни, прогресса, равно как и сохранением внутреннего символизма. Раньше же во времена относительно медленных изменений роль символизма должна была быть преобладающей. По этому поводу Пьер Бурдьё приводил цитату из Карла Маркса, касающуюся объяснения истоков символической власти: «чем меньшей общественной силой обладает средство обмена, тем теснее оно ещё связано с природой непосредственного продукта труда<…>, тем больше ещё должна быть сила той общности, которая связывает индивидов друг с другом»[Бурдье, 2019, с. 131]. То есть символический капитал возникает как противопоставление производственному в некоторых общественных условиях – речь шла о патриархальных обществах. Но послесовременные общества в некотором смысле можно считать нарушающими власть массового товарного капитала и возвращающиеся к элементам символического патриархального или межиндивидуального обмена (для обществ XX в. Пьер Бурдьё видимо стремился выделить островки и слои этого символизма, либо обнаружить новый символизм, такой как рекламный или правовой). Безусловно, некоторые вещи и услуги сохраняют властное значение, но кажется, что им теперь нужны проводники, которые рассказывают через экраны или диалоги о предназначении, и этот рассказ больше не привязан как к материальной природе вещи, так и к значению самой речи.