Евгений Павлов-Сибиряк – Нечисть, нежить и неведомые твари. (страница 6)

Прежде чем мы перейдём к удивительной истории Анны, кратко раскрою некоторые факты о главном герое этого удивительного события. А то ведь, почти каждый слышал о персонажах славянского пантеона, однако, многие толком не знаю о таинственной невидимке, который с незапамятных времен обитает по соседству с людьми в их жилищах. При этом сообщу только ту информацию, которая имеет отношение к настоящей истории.

Как утверждал древнегреческий философ Аристотель: «Природа не терпит пустоты». И наши мудрые предки, жившие в ладу с окружающим миром, твёрдо знали: у каждого природного и рукотворного пространства есть свой настоящий хозяин – дух конкретного места. В лесу хозяин – Леший, у воды – Водяной, на дворе – Дворовой. А в доме поселяется – Домовой.

Согласно древним славянским верованиям, это мифологический покровитель жилища, хранитель домашнего очага, невидимый для жильцов мистический помощник. Он – настоящий хозяин дома, незримый смотритель, от которого зависит, будет ли в хозяйстве лад, пойдёт ли скотина в рост, сохранится ли зерно от мышей. Домовой – это домашний дух, представитель того сонма потусторонних сил, которые славяне называли нечистью, но не в злом, а в нейтральном смысле – просто иные, невидимые.

В дохристианскую эпоху славяне считали, что домовой является потусторонним существом (духом) из окружения бога Велеса, который покровительствует жилищу, домашнему хозяйству. Предки полагали, что домовыми становятся души умерших людей, либо добровольно отказавшихся от загробного мира, чтобы помогать своему роду, либо которых Бог оставил на земле для исправления допущенных при жизни ошибок.

Есть и христианская версия. Согласно библейским религиозным произведениям, когда восставший ангел – Дьявол – был низвергнут в Преисподнюю, часть из существ, присоединившихся к бунту, ужаснувшись содеянному, раскаялась. Господь не вернул их в ангельский чин, но и в ад не отправил, а оставил на земле искупать вину добрыми делами. Так появились духи, приставленные помогать людям в их земных заботах. Иные из них стали Домовыми – хранителями жилищ, которые долгие века могут служить человеку, надеясь заслужить прощение и, в конце концов, обрести покой.

Итак, Домовой это – невидимая для человеческих глаз нечисть, которая веками присутствует в наших жилищах. Это его излюбленное место обитания. Однако, люди чаще всего не видят это потустороннее существо, поскольку оно пребывает в параллельной реальности, хотя и сосуществует с нами на одной площади, но – в разных измерениях. Тем не менее, увидеть Домового можно, но лишь в исключительных случаях, когда он сам пожелает открыться, или, когда человек, подобно маленьким детям и животным, сохраняет способность воспринимать тонкий мир.

Наши предки относились к Домовому с глубочайшим уважением. С ним старались жить в мире, не ссориться, не ругаться в доме матом, не оставлять на ночь грязную посуду, ножи на столе. И Домовой отвечал добром: охранял жильё от воров, оберегал скотину от болезней, помогал по хозяйству, а случалось – и предупреждал о грядущих бедах. Главное – находить с мистическим доможилом общий язык, и конечно, не злить. А то начнёт беспокоить – создавать проблемы, учинять неприятности, прятать вещи, пугать спящих.

Одно из имён Домового – Гнетко – дано не случайно. Если он чем-то недоволен, то может навалиться на спящего человека, начать душить. Человек просыпается в холодном поту, чувствуя тяжесть на груди, но никого не видит. Это Домовой выражает своё неудовольствие. Стоит попросить его: «Домовой, домовой, отстань, не души, я добром помяну» – и отпустит. Такой вот он – строгий, но справедливый хозяин.

В наши дни люди, в большинстве своём, утеряли связь с тонким миром, и знания о том, как правильно общаться с этими сущностями, почти забыты. Тем не менее, с Домовым связано огромное количество суеверий, примет, обрядов – и всё это, как говорится, не на пустом месте родилось.

В русских деревнях до сих пор старые люди советуют: переезжая в новый дом, не забудь позвать с собой дедушку – доможила. Для этого в большую открытую сумку нужно положить веник и пригласить Домового переехать. Затем сумку закрывают вместе с веником и везут купно с остальными вещами. По прибытию на место, сумку открывают и приглашают Домового в новый дом. Веник сразу не следует выбрасывать: им нужно еще попользоваться либо просто сохранить. Существуют и другие старинные крестьянские обряды, связанные с переездом Домового в новое жилище.

Бывает и так: если Домовой полюбит кого-то из домочадцев, он может проявлять особое расположение: гладить по ночам, заплетать косы девушкам, даже помогать в делах. Но иногда его привязанность принимает необычные формы – как в истории, которую нам поведала Анна.

Но, прежде чем перейти к её рассказу, позволю себе небольшое отступление. С детства старшие внушали, что домовые – хорошие, добрые сущности, которые защищают и оберегают. Но если разобраться по сути – в невидимом мире есть только два вида сущностей: Ангелы и демоны (падшие ангелы, бесы). Среднего не дано. Домовые ввиду своей природы не могут Ангелами быть. Они более материальны, нежели Ангелы, да и служение и предназначение у Ангелов отличается от «активности» домовых. Вывод может быть только один: домовые – это не Ангелы, а бесы, личностные духи, полностью укоренившиеся в абсолютном зле. Да, они не такие злобные, иногда даже безобидные и смешные. Согласно учению святых Отцов, у бесов со времён, когда они ещё были ангелами, сохранилась своя иерархия. Есть среди них старшие и младшие, первые более злые и свирепые, а вторые – мелкие пакостники. Но суть у всех них одна, потому что предводитель их – Диавол, родоначальник лжи и всякой неправды. И цель у любой нечисти одна – войти в доверие к человеку и сделать его в итоге подобным себе. Пленных эта нечисть не берет, главной для них отрадой будет, чтобы как можно больше человеческих душ после смерти и Страшного Суда оказалось с ними в аду.

По православным обычаям если в жилище начинает проявлять себя домовой, то жильцам нужно пригласить священника, чтобы тот отслужил водосвятный молебен. Но самое главное – нужно ходить в храм на исповедь и причастие, детей своих причащать.

В общем, как бы ни трактовали природу Домового, факт остаётся фактом: с ним сталкивались тысячи людей на протяжении веков. И наша героиня – не исключение. Вот её история.

В добротный двухэтажный дом, построенный моими дедушкой и бабушкой, мы, внуки, съезжались каждое лето. Это было счастливое время: каникулы, свобода, запах спелых яблок и тёплой пыли на дороге. Дом стоял на пригорке, окружённый густым садом, где росли яблони, груши, вишни, а под окнами цвели мальвы и георгины. Внутри пахло деревом, сушёными травами и бабушкиными пирогами – этот аромат я запомнила на всю жизнь.

Надо сказать, что никаких мистических событий там не происходило, во всяком случае, я не припомню подобного. Разве что одна странность, которую все замечали, но как-то не придавали значения: бабушка успевала делать невероятное количество дел. Огромный сад-огород, в хлеву – многочисленная живность, а у неё везде полный порядок. И на кухне бабушке не было равных: на столе всегда первое, второе и компот. А уж выпечка – пироги, блины, хрустящий хворост – такая аппетитная и вкусная, что пальчики оближешь.

В огороде всё цвело и буйно росло: фруктовые деревья гнулись под тяжестью плодов, заросли малины давали по два урожая за лето, ровные ряды смородины и крыжовника ломились от ягод, клубника была посажена так, что не видно ей конца и края. А овощи! Огурцы – хрустящие, ароматные; морковь – ровная, сочная; помидоры – огромные, сладкие, как мёд. До сих пор, когда вспоминаю те помидоры, слюнки текут. В общем, не дом, а полная чаша. Бабуля еще умудрялась всю родню консервацией на зиму снабжать, притом, что всё делала одна, без помощников.

Помню, однажды, когда мне было лет двенадцать, я спросила её за ужином: «Бабуль, как ты всё успеваешь? Ты же одна, а дел – невпроворот». Бабушка одарила меня своей доброй, тёплой улыбкой, погладила по голове и, хитро подмигнув, сказала: «А у меня, доченька, помощник есть. Добрый помощник. Без него бы я не управилась». Я тогда подумала, что она шутит, или имеет в виду дедушку, хотя дед больше по механике да по стройке, а по хозяйству – не особо. И забыла.

Шли годы. Я выросла, выучилась, вышла замуж. Всё реже наведывалась в родной дом. К сожалению, человеческий век недолог. Случилось неизбежное: бабушка умерла. Тихо, во сне, как праведница. Дедушка, проживший с ней душа в душу полвека, не перенёс разлуки – ушёл следом, через полгода. Опустел дом, осиротел сад.

По наследству дом достался мне. На тот момент у меня уже была своя квартира, и я предложила двоюродной сестре с мужем пожить там, пока они не решат свои жилищные проблемы. Сестра обрадовалась, переехала. Я иногда, по выходным, наведывалась к ним – проведать, помочь. Всё было более-менее нормально, хотя чувствовалось, что без бабушки дом как-то потускнел, притих.

И вот однажды, после долгого перерыва, я собралась к сестре. Приехала – и обомлела. Дом, который я помнила с детства как образец уюта и достатка, выглядел заброшенным. Во дворе – горы мусора, неприбранные дрова, покосившаяся калитка. В доме – бардак, пыль, немытая посуда. А огород… Огород зарос бурьяном по пояс. От бабушкиных грядок не осталось и следа, лишь несколько старых яблонь сиротливо торчали среди лебеды и крапивы.