Евгений Милютин – Русские люди и мысли от Рюрика до Николая II (страница 2)
На рисунке приведена моя интерпретация одного из психологических типов Юнга.
Юнг высказывал предположение, что многофункциональное мышление является достоянием человечества, куда каждый человек приносит свой, доставшийся ему по праву рождения, кирпичик.
Если это правда, то необходимо сделать существенное уточнение к декартову определению «я – вещь мыслящая». Тогда следует сказать «мы – вещь мыслящая», а я – соучастник такого мышления. Потому-то мы и нужны друг другу. Исходя из моего понимания психоистории, я согласен такое уточнение принять.
Человеческие сообщества мыслят неодинаковым образом даже в тех случаях, когда различий в материальной или духовной культуре между ними нет. Теоретически так и должно быть, если принимается теория Юнга: в одном обществе интровертов может быть 15%, а экстравертов 85%; логиков – 6%, этиков – 80%, интуитов – 1%, а сенсориков – 13%.
А другое общество может иметь совершенно иное соотношение функций Юнга. Эти различия в их психотипических структурах будут сообщать им разные способности коллективного мышления.
Сравнение находок психологов с фактами мировой истории позволило мне сделать вывод о том, что каждое общество представляет собой динамическое равновесие психотипов Юнга: одни группы психотипов становятся т.н. «элитами», другие группы – «обывателями», а третьи – «маргиналами». Эти их позиции не обязательно справедливы, они лишь отражают прежние акты борьбы и сотрудничества, и обладают известной инерцией. Психотипическая структура общества никогда не выглядит полностью адекватной «тому, как лучше», она, скорее, становится фильтром между некой группой проблем и некой группой решений, сообщает и одновременно ограничивает возможности коллективного мышления добиться блага или избежать зла.
Нужно было придумать понятие для такого думающего и ошибающегося фильтра, отражающего самое себя, хотя уверенного в том, что таким образом он видит истину во внешнем мире.
Это понятие должно позволить нам «увидеть» общество в целом и в динамике, на одной картинке.
До недавних пор общества изображались в виде пирамид. Я нахожу такие схемы слишком удаленными от реальности. Образ пирамиды не учитывает миграцию кирпичиков и взаимодействия между ними. Кирпичики общества, образовавшиеся наверху, могут со временем оказаться внизу, могут становиться кирпичиками других обществ или принадлежать сразу нескольким обществам, а то и всему человечеству. Некоторые несуществующие и давно выпавшие из конструкций своих обществ кирпичики могут составлять существенную часть ценности этих конструкций, оказывать значительное влияние на их динамику – таковы Платон, Гегель, Фома Аквинский, Альберт Эйнштейн, Дмитрий Менделеев.
Не столь знаменитые кирпичики могут влиять на общую конструкцию в смысле ее сохранности или уничтожения – таковы жены и дети политиков, заблуждающиеся ученые, изобретатели, которым «просто повезло», успешные предприниматели или не успешные, бравые военные, и т. д.
Пусть образ обычной семьи поможет нам «увидеть» более сложную картину взаимодействия мыслящих кирпичиков. Мужчина – глава семьи. Ну, так было в начале. А теперь не герой в постели, не слишком хорошо зарабатывает, однако, копейка в доме есть.
Женская часть счастья Да, уже не красавица. Но она готовит. Ругает, но понимает. Дети Это цветы жизни, доставляющие много хлопот. Но они иногда приезжают с тортом. А с тортом хорошо пить чай.
Лет тридцать назад они могли бы служить в любой разведке, сниматься в любом кино. А теперь? Вот, были на курорте. Пожалуйста, фотографии.
И, всё же, что-то их держит вместе.
Это самый важный момент.
Математике – а математика знает всё! – известны такие объекты. Их называют странными аттракторами.
Странный аттрактор — это притягивающее множество неустойчивых траекторий в пространстве динамической системы. В данном случае речь идет, конечно, о множестве разумов, отличающихся по функциям Юнга, вследствие чего в их сообществах постоянно происходят малые возмущения и «перемешивания». Динамика кирпичиков подчас хаотична, что сильно затрудняет прогнозирование.
Я назвал такие структуры психоисторическими аттракторами. И это, безусловно, очень странные образования.
Совпадает ли новое понятие с понятием общества?
Нет, это далеко не то же самое. Понятия американского, немецкого или японского обществ вводят нас в заблуждение. Ведь в США уже было какое-то общество тридцать лет назад, не так ли? И, наверняка, американское. Говоря «общество», мы теряем столь необходимый исторической науке момент изменений. Тридцать лет назад в США могло и не быть таких аттракторов, которые там появились сейчас. Психоисторический аттрактор – это всегда то, что становится аттрактором. Довольно часто старые аттракторы совпадают на 80% и более с вмещающими обществами. Но никогда не совпадают с ними полностью, так как, во-первых, наряду с ними и против них всегда действуют молодые структуры такого же рода, и, во-вторых, сами старые аттракторы внутренне меняются.
Протестанты в Англии были очень агрессивным психоисторическим аттрактором в период революции 1642 – 1658 гг., утратили большую долю своей агрессивности к моменту «славной» революции 1688 г., породили немало аттракторов, переселившихся в США, но у себя дома практически полностью слились с более старым аттрактором, который и сам в процессе такого слияния очень сильно изменился.
От Рюрика до Николая II сменились, как минимум, два аттрактора, что отразилось и на образах традиционной историографии. Древнерусское, используя язык традиционной науки, «общество» вряд ли кто-то спутает с петровским или с предреволюционной николаевской Россией. Менее очевидно, что от 1917 года нас также могут отделять несколько аттракторов.
Таким образом, аттрактор не то же самое, что общество, в одном обществе может быть несколько аттракторов, далеко не каждый аттрактор способен поглотить всё общество, однако, это та сила, которая оставляет в истории свои следы. Различение нескольких аттракторов в меняющихся обществах – это задача будущего развития психоистории. В этой книге для упрощения изложения принимается, что аттрактор это общество, взятое как совокупность мыслей. Для первого опыта исследования русского мышления этого достаточно.
Чтобы родилось новое индивидуальное мышление, должно произойти соитие мужчины и женщины, соединение генетических структур, должно сформироваться физическое тело, затем младенец должен появиться на свет, получить навыки речи, и, вместе с ними, усвоить правила мышления, стереотипы, а затем приобрести критический взгляд на них, выработать собственное мнение, и так далее, и так далее.
На уровне больших масштабов бытия также происходят соития, но не мужчин и женщин, а различных психических функций, создающих новые структуры. Ведущую роль в этом играет взаимная дополняемость некоторых функций.
Сенсорика и этика образуют гармоничную пару, если их носители совпадают по знаку экстраверсии/интроверсии, и то же самое можно сказать о паре логика – интуиция.
Соответственно, началом истории каждого аттрактора является складывание одной из таких пар, к которой как к ядру аттрактора затем прикрепляются все другие функции.
Эта моя гипотеза полностью подтверждается фактом возникновения Древней Руси и, более того, в отсутствие такой теоретической модели в древнерусском начале ничто не выглядит понятным. Ошибочные взгляды на возникновение Руси можно почерпнуть из других книг, я не собираюсь здесь с ними полемизировать.
Этика
Территория будущей Киевской Руси была заселена со времен мезолита. В 1950-х гг. была обнаружена днепро-донецкая культура охотников и скотоводов, артефакты которой в среднем и нижнем течении Днепра датируются V тыс. до н. э.
На западе соседями днепро-донецких охотников и скотоводов были неолитические земледельцы трипольско-кукутенской культуры. Трипольцы занимали территории современных Юго-западной Украины, Молдавии, Румынии.
Этой культуре были известны металлы — медь и золото. Ученые предполагают, что в земледелии Триполья применялись соха или примитивный плуг, а в качестве тягловой силы — волы. В экономическом отношении трипольское общество стояло выше современной ему остальной Европы.
На территории Украины известно около тысячи поселений трипольской культуры. Часть поселений исследована на большой площади, некоторые раскопаны почти полностью.
Некоторые трипольские поселения занимали сотни гектаров, насчитывали до 2000 жилищ. Иногда жилища имели двухэтажную конструкцию.
Просуществовав до 2650 гг. до н. э., трипольцы исчезли. Их территорию заняли резко отличавшиеся от них племена скотоводов. В них некоторые историки видят общих предков кельтов, славян, германцев, скандинавов и финнов – народов, отличительной чертой культуры которых было хорошее владение каменным боевым топором. Для этих пришельцев были характерны ямные погребения и шнуровая керамика, распространенные на территории от Дании до Монголии.
От крушения трипольской культуры до появления следующей развитой культуры земледелия на юге России пройдет около 2000 лет.
Ареал Зарубинецкой культуры совпадал с Беларусью и достигал окрестностей Чернигова, а Черняховская культура разрослась до берегов Чёрного моря.