Евгений Майоров – Жизнь прекрасна (страница 1)
Евгений Майоров
Жизнь прекрасна
Глава 1
Москва, 2049 год. 2 декабря
Я выхожу из отделения полиции за два часа до окончания рабочего дня и, тяжело вздохнув, смотрю на столичное небо, окутанное тёмно-серыми дождевыми тучами. Ветер поднялся нешуточный, бьёт мне в лицо с каждым порывом всё сильнее. Поправляю ворот плаща, пытаясь частично укрыть шею и щёки от невидимого задиры. Закатив рукав плаща, смотрю на смарт-часы: сила ветра — восемнадцать метров в секунду. Ворот плаща трётся о щёки и бороду, я тут же вспоминаю, что пора бы уже побриться. Наступил декабрь, бреюсь я в конце каждого сезона, но в этот раз почему-то забыл. И ведь не придумать себе оправдания, работы было немного, дел тоже не особо, просто забыл, вот и всё. Баки с бородой достигли такой длины, что уже явно начали мешать. Вдалеке гремит гром — довольно редкое явление для декабря. С другой стороны, ничего удивительного: на смарт-часах — девять градусов. Для Москвы в декабре — это аномально тёплая погода. Тёплые воздушные массы с циклоном из южных регионов добрались до столицы. В этом году московский декабрь сам на себя не похож. Снова раздаётся гром, по звуку уже ближе. Подношу смарт-часы ко рту, чтобы задать вопрос:
— Через какое время пойдёт дождь? Ответить текстом.
На дисплее часов выводится сообщение, что относительно моего местоположения дождь пойдёт примерно через один час и десять минут, относительно моего места жительства дождь пойдёт примерно через один час и двадцать минут.
Это меня устраивает. Пешком до дома около сорока пяти минут. Должен успеть. Сегодня четверг. Работая в пятидневном графике, раньше я всегда ненавидел четверги. Кто бы что ни говорил, четверг — это самый сложный день для пятидневщиков. Многие говорят, что самый трудный день — это понедельник. Глупости, в понедельник ты и так понимаешь, что обречён идти на работу, у тебя в любом случае есть какая-никакая моральная готовность. Кто-то говорит, что самый трудный день — это среда. Я с этим в корне не согласен. Первые три дня обычно смиренно принимаешь неизбежное — необходимость идти на работу. Даже все эти ленивые удалёнщики всё равно понимают, что первые три дня особо не расслабишься: нужно вставать, вылезать из своих тёплых кроватей, идти к оборудованному дома рабочему месту и трудиться на благо корпораций, государства, частного бизнеса. И потом, кто придумал выражение, что среда — это маленькая пятница? Какой-то абсурд. А что же тогда, по такой логике, четверг? Снова, засучив рукав, подношу ко рту смарт-часы.
— Откуда пошло выражение, что среда — это маленькая пятница? Ответить текстом.
На дисплее выводится ответ на мой запрос, листаю указательным пальцем, чтобы прочитать всё до конца.
«Выражение "среда — это маленькая пятница" имеет свои корни в русской культуре и языке. Оно отражает восприятие среды как промежуточного дня между началом недели и выходными. В этом контексте среда символизирует приближение к пятнице, когда многие люди начинают ощущать предвкушение выходных и расслабление после трудовой недели. Фраза стала популярной в разговорной речи и используется для создания позитивного настроения, подчеркивая, что неделя уже на половину пройдена и впереди ждут выходные. Это выражение также может служить напоминанием о том, что следует продолжать работать, но с некоторым оптимизмом, так как конец недели уже близко».
— Бред какой-то. Я ничего не понял.
— Перейти в полноценный источник? — интересуется электронный помощник в смарт-часах.
— Нет, не нужно.
В любом случае, четверг — это самый трудный день. Логика простая: с понедельника по среду ты обречён работать, со смирением принимаешь тот факт, что до выходных ещё далеко. Первые три дня обычно у людей ещё есть энергия, а к четвергу она уже на минимуме, но и выходными при этом не пахнет. В пятницу же многие люди приободряются от осознания того, что уже вечером этого дня они будут пить, ходить по барам и клубам, с кем-то делить постель, а может, просто смогут посвятить себе вечер за просмотром сериала, не думая о том, что завтра на работу. Методом исключения получается, что четверг — это самый трудный день, когда все три дня смирения уже позади, а пятница ещё не наступила, но ты уже устал. Да уж… четверг — самый трудный день, но не для меня. Я сломал систему… наверное, громко сказано, но я настроил себя на мысль, что четверг — это вторая пятница. Просто я не берусь разгребать основную работу в четверг и в пятницу, а возвращаясь домой, выпиваю. Многие могут сказать, что большинство людей таким образом сломали систему, поскольку выпивают не только в четверг, пятницу и субботу, а в принципе, бухают каждый день после работы. И у меня есть что им ответить: да и хрен бы с ними, чёрт с ними… с этими алкашами.
Настроив свои мысли на отдых и лёгкое расслабление, которое мне предстоит в домашнем баре, я уже не воспринимаю сильный ветер, как нечто плохое и неприятное. Слегка прищурившись, продолжаю идти по направлению к дому. Достаю из кармана беспроводные наушники, через голосовое управление выбираю музыку. Наконец, обращаю внимание на город, который давно превратился хоть и в красочные, но, с другой стороны, однообразные декорации моей размеренной жизни. Огромное широкополосное шоссе с тысячами автомобилей, небоскрёбы вперемешку с многоквартирными комплексами, раскиданные по городу через каждые полсотни метров, они же «человейники» с квартирами-студиями по пятнадцать квадратов. Город обвешан видеокамерами с умными датчиками и тянущимися к ним сотнями километров медных, электрических и оптоволоконных проводов через всю столицу, не только по фонарным и специализированным столбам вдоль дорог, но и под землёй, где уже не осталось места под строительство новых веток метро.
В небе лишь несколько дронов-доставщиков с утяжелителями, при таком ветре компании предпочитают пользоваться наземной доставкой. Вот и отлично, ненавижу дроны. Куча рекламы атакует со всех сторон: неоновые вывески, ситивизоры, билборды. Я уже давно научился фильтровать всё это дерьмо, как в онлайне, так и в офлайне, просто не обращаю на них внимания. Ни одной рекламой меня не заинтересовать, ни одной. И, наконец, толпы… тысячи серых и неприветливых людей, среди которых я предпочитаю затеряться вечером этого четверга по пути домой. С другой стороны, скоро час пик, и я понимаю, что при таком столпотворении мне нормально не прогуляться. Сворачиваю через переулок в один из неблагополучных кварталов, людей здесь уже значительно меньше. Серые общаги выстроены в ряд, ямы на дорогах заполнены дождевой водой — лужи через каждые полсотни метров приходится обходить, невольно пиная раскиданные бутылки и прочий мусор под ногами. Алкоголики у подъездов согреваются чем попало — пьют всё подряд, без разбора. Прохожу квартал и сворачиваю ещё раз. Вот и отлично, тут уже не тысячи человек, а едва наберётся и десять. Пройдя ещё немного, замечаю, что за мной увязалась собака, идёт и не отстаёт, держит дистанцию примерно в три метра, так уже минут пять. Косматая, в некоторых местах грязная овчарка в старом потёртом кожаном ошейнике. Не люблю собак, ещё в детстве в моём родном городе за мной также увязался грязный худющий сенбернар, прошли вместе так целый район, а когда я почесал того за ухом, пёс зарычал и тут же схватил меня за мизинец левой руки. Испугался я жутко, думал, что останусь без пальца. Паника завладела мною, и я несколько раз ударил пса по морде, совершенно не опасаясь, что это может разозлить собаку ещё больше. Но, к моему счастью, он раскрыл пасть, я успел отдёрнуть руку. Мизинец был на месте, а вот кровь текла ручьём. Пёс тогда словно понял, будто бы сделал что-то нехорошее, и тут же развернулся и не спеша ушёл. Выйдя из шокового состояния, через несколько секунд я побежал домой к маме. Как итог: один большой шов и несколько уколов от бешенства. Остался шрам. Но мизинец я всё равно потерял, уже через много лет и при других обстоятельствах.
Овчарка сократила дистанцию и теперь уже идёт в метре от меня. Вынимаю наушники, кладу их в кейс для зарядки и убираю его в карман плаща, затем поворачиваюсь, пёс останавливается, жалобным взглядом смотрит на меня. Вижу, что это кобель. Бирка на ухе отсутствует, должно быть, не бездомный, а всё-таки потерялся или бросили. Не хочу, чтобы всю дорогу до дома он меня преследовал.
— Слышь, кобель, нет у меня для тебя ничего.
Пёс не сводит с меня взгляда.
— Еды нет, иди домой… или откуда ты там вылез.
Начинаю махать рукой, как бы пытаясь прогнать овчарку. Пёс рычит в ответ на мои жесты. Только этого мне не хватало, вспоминая печальный опыт из детства, перестаю размахивать руками. Прохожие бросают на меня косые взгляды, чувствую себя нелепо.
— Ты чей-то или потерялся? Чего надо?
Разумеется, ответа никакого не получаю. На кой чёрт я вообще разговариваю с собакой? Разворачиваюсь и иду дальше, пёс не отстаёт. Нет, это уже не прогулка до дома, а какое-то издевательство. Своего автомобиля у меня нет, он мне просто не нужен, общественный транспорт я ненавижу, придётся всё-таки поехать на такси. Пройдя ещё немного, выхожу к дороге, и через смарт-часы вызываю такси. На выбор, как и обычно, два варианта: с водителем или беспилотный автомобиль. Конечно, я выбираю второй вариант, не имею никакого желания слушать трёп водителя, не хочу даже присутствия кого-либо рядом с собой. Я просто хочу спокойно добраться до дома. К счастью, автомобиль поблизости, и ждать его менее двух минут. Пёс сидит рядом со мной и тоже ждёт, словно мы с ним вместе поедем. Стараюсь на него не смотреть. Вдалеке снова раздаётся гром, но дождя всё ещё нет.