Евгений Лачугин – Портал забытых миров: Тень Суверена (страница 18)

Он усмехнулся без радости:

– Ты серьёзно веришь, что после этого можно просто встать и уйти?

Никто не ответил.

И это молчание было хуже любого “нет”.

Элара видела, как Джекс понял то же самое. Как Брэкк уже давно это понял и потому даже не удивился. Как Сейл смотрит в сторону, потому что в проектах такого класса свобода выбора часто существует ровно до первой подписи под списком допуска.

– Хорошо, – сказала Элара. – Тогда мой вопрос другой. Почему вы выбрали именно эти координаты? Не общий принцип. Конкретно эти.

Лира посмотрела на Сейла. Тот – на неё.

Снова пауза.

Снова скрытая зона.

– Потому что это наиболее устойчивый адресный след, – сказала Лира. – Самый повторяемый.

– Это я уже слышала. Почему он?

– Потому что он отвечает, – сказал Сейл.

В комнате стало тихо по-настоящему.

Элара не сразу поняла, что напряглась всем телом.

– Что значит “отвечает”? – спросил Райдер.

Сейл вывел на экран график. Не пространственную схему – временную. Пики сигнала, интервалы, повторения.

– Во время последних трёх пассивных прогонов Портал, оставаясь неактивным, фиксировал низкоамплитудный обратный резонанс на выбранной адресной решётке. Это нельзя использовать для передачи, но достаточно, чтобы говорить об ответной реакции среды. Или системы.

– Вы хотите сказать, – медленно произнёс Джекс, – что дверь, которую мы собираемся открыть, уже знает, что мы стоим снаружи?

– Мы не знаем этого наверняка, – сказала Лира.

– Зато очень стараетесь звучать так, будто это мелочь, – заметил он.

Элара почувствовала, как её раздражение складывается в ясную, холодную фигуру.

Вот почему всё так сжато по времени.

Вот почему состав собирают как инструмент, а не команду мечты.

Вот почему среди “научной” миссии есть контур отсечения и люди с чёрными шевронами.

Потому что Портал не просто ищет путь.

Путь, возможно, уже откликнулся.

– С какого момента вы это знаете? – спросила она.

– Достаточно давно, – ответила Лира.

– То есть до отбора.

– Да.

– И вы сочли нормальным не упомянуть это до того, как мы вошли в состав?

– Я сочла нормальным дать это тогда, когда информация перестала быть предметом гипотезы и стала фактором решения.

– Красиво, – сказала Элара. – Вы не лжёте. Вы дозируете правду по графику управления.

– Да, – ответила Лира. – Потому что хаотичная правда убивает проекты не хуже лжи.

Брэкк тихо выдохнул носом.

Это у него, видимо, означало смех.

– Вот теперь мне совсем нравится, – сказал он. – Мы не просто первые. Мы приманка, разведка и страховка в одном корпусе.

– Мы шанс, – отрезала Лира.

– Для кого? – спросил Райдер.

– Для Земли.

Вот так просто.

Не для них.

Не для знания.

Не для контакта.

Для Земли.

Это звучало почти благородно – и именно поэтому было опасно.

Джекс провёл ладонью по лицу.

– Ладно. Хорошо. Допустим, я даже готов подписаться под красивой формулой “если кто-то должен полезть в неизвестность, пусть это будут умные люди”. Но у меня вопрос как у учёного. Что именно считается успехом? Мы выходим, видим камень, мох и небо – это успех? Видим руины – успех? Видим работающую машину – успех? Видим дружелюбную работающую машину – это успех или уже повод немедленно хвататься за Сигму?

– Успехом, – сказала Лира, – считается возвращение с информацией, которая изменит баланс нашего будущего.

– Потрясающе расплывчато.

– Это потому, что будущее пока не прислало спецификацию.

Никто не улыбнулся.

Сейл выключил часть проекции и вывел практический контур: график подготовки, медосмотр, финальный прогон, окно запуска, криорезерв, весовые ограничения, перечень ручных инструментов, запрещённые устройства, требования к экипировке.

Это было даже немного успокаивающе.

Цифры, масса, допуск, питание, резерв.

Мир становился понятнее, когда его можно разложить на узлы.

– Пуск назначен на завтра, – сказал Сейл. – Окно короткое. Геомагнитная обстановка подходит. Энергетический буфер Ковчега выведен на накопление. Сегодня ночью – финальная подготовка. Любые личные дела закрыть до двадцати двух ноль-ноль. После этого вы переходите под полный контур миссии.

– Быстро, – сказал Райдер.

– Слишком быстро, – поправила Элара.

Лира не спорила.

– Да, – сказала она. – Быстро. Потому что теперь у нас есть не только возможность, но и внешний фактор. Чем дольше мы ждём, тем выше вероятность потери адресной устойчивости или утечки информации.

– Утечки куда? – спросил Брэкк.

Лира посмотрела на него:

– Туда, где люди считают чужую технологию способом решить свои внутренние войны.

– Значит, всё-таки фракции, – сказала Элара.