Евгений Кудрин – Тёмный маг (страница 49)
Приятные воспоминания о времени, проведённом с ныне почившим отцом, навеяли грусть на волшебника. Он тяжело сглотнул, неожиданно подкативший, комок горечи, и вытер скупую слезу на покрасневшем лице. Затем маг резко встал и подошёл к динамической настенной карте мира, вытесненной на свободном участке стены между двумя, смотрящими друг на друга книжными шкафами. На карте были отмечены все, ныне ещё действующие, точки входа-выхода в карлок. Было несколько и в границах Северных террий, довольно близких к Восточному побережью. Рассуждая вслух, волшебник сказал:
— Неожиданное появление из неоткуда не останется без внимания. Хм… Лучше я заеду в княжества по Западному тракту под прикрытием: как обычный торговец. Торговцев редких ингредиентов всегда охотно принимают в любой стране, но и лишнее внимание мне тоже ни к чему.
Эскалин потратил неделю на подготовку к путешествию. В последний день он посетил ванную комнату. Завершив туалет, волшебник подошёл к зеркалу для смены облика. Его волосы посветлели и выпрямились, нос стал немного меньше, подбородок выше, а кожа светлее.
Затем он посетил гардероб, чтобы подобрать одежду для странствия. Чёрную мантию он спрятал в пустой шкаф без подписи, на котором позже, колеблясь, всё-таки написал «Одежды Чёрного ордена». В гардеробе же он обнаружил наплечную суму средних размеров. Она лежала в обособленно стоящем сундуке. Осмотрев в суму и заглянув внутрь, волшебник не сдержался и выпалил:
— Невероятно! Это же бездонное хранилище! Оказывается, они существуют!
Когда волшебник собрался уходить, в убежище появилась дверь, ведущая в специальную комната — некую переходную зону, откуда волшебник сразу попадал в пространство карлока.
Волшебник переместился к месту недавней схватки у границы Северных террий. На дороге в этот час было тихо, а по её обочинам тянулись длинные сумеречные тени от деревьев. Зима была уже близко и стужа уже давала о себе знать по ночам, стягивая грязь и колейные лужи тонкой корочкой льда. Поёжившись от холода, Эскалин поправил заплечную сумку и плотнее застегнул серую накидку без капюшона с меховым отворотом. Он дождался, пока достаточно стемнеет и только тогда вышел на дорогу, ведущую в форт.
Вскоре Эскалин подошёл к воротам невысокого сооружения, перекрывавшего проход между лесом и отвесной скалой слева. Проезд охраняли двое стражников, облачённых в лёгкие кольчуги. Они о чём-то болтали, оперившись на длинные копья. Их сложенные у скамьи круглые щиты не были подняты при приближении путника. Стражников, стоявший справа от ворот, преградил путь незнакомцу и грубоватым образом на общем северном наречии задал вопрос:
— Стой! Назови себя?
Услышав знакомый язык, Эскалин промедлил с ответом, но всё же собрался и ответил привратнику на том же наречии:
— Я простой паломник, держу путь в драконью землю из Приозёрного города. Обоз, с которым я ехал, застрял на полдороге сюда от таверны на перекрёстке. Я не хотел терять времени и вышел пешком.
— Далековато путь держишь, паломник. Не время сейчас для вашего люда. В зиму то…
— Так-то оно так, но я не из тех доходяг, что по весне милостыни ищут. Я не спал два дня и очень устал, если вы пропустите меня, я в долгу не останусь.
Проскользнув рукой в заплечный мешок, Эскалин достал оттуда бутылку из тёмного стекла, полную горячительного напитка, и предал её стражнику.
— Это лучший эль из Приозерной страны.
— Ха! — расплывшись в улыбке, стражник сказал: — А скиталец знает толк. Давай ещё одну, да так уж и быть пропустим. Не забудь только наверх подняться до таможенника. С ним уж сам договаривайся.
Эскалин вытащил ещё бутылку и поставил на скамью, рядом со щитами. Стражники переглянулись, спрятали напиток подальше от любопытных глаз и открыли ворота.
На втором этаже кроме кабинета таможенника больше ничего не было. Суровый на вид хозяин кабинета был немногословным и просил уплатить пошлину в зависимости от цели визита в страну. Волшебник быстро освободился от обязательного допроса, когда вытащил и положил на чиновничий стол пару идеальных малахитов.
За стеной форта Эскалин оказался на широкой улице, единственной улице этого приграничного городка, ползущего вдоль узкой полосы между нависшей над поселением скалой с севера и дремучей тайгой с юга. Держа путь вперёд, волшебник ступил на тротуар из почерневшего дерева, который поднимался над дорожной грязью и позволял идти вдоль улицы. Осмотревшись по сторонам, волшебник размышлял вслух:
— Ну и ну… странное поселение. Так много пространства и нет ни одного каменного или двухэтажного дома. Зато подвальный погреб на каждом шагу и у каждого из них одна или даже две пристройки. Поскорее бы гостиницу найти.
Укрытие волшебник нашёл в трактире, расположенном на центральной площади. Хозяин заведения проводил гостя в комнату, выдал чистое постельное бельё, вручил ключ от апартаментов, и не спросил никаких денег вперёд, а лишь добавил:
— Надолго к нам?
— На одну ночь. Когда ужин у вас? Вы подаёте его в комнаты?
— Ужин довольно скоро. Его не подаём, спускайся вниз, как разместишься. Лавдия накормит тебя. Когда соберёшься уходить, зайди ко мне. Если меня не будет, можешь оставить оплату за ночлег в прикроватной тумбе. Есть ещё вопросы?
Хозяин трактира был крайне лаконичным и сразу ушёл, когда получил отрицательный ответ. Эскалин оставил лишние вещи в комнате, запер её на ключ и спустился вниз. В трапезном зале находились несколько мужчин, принадлежавших к какой-то общей группе. Все они носили добротные и чистые одежды: льняные рубахи, толстые войлочные штаны и крепкие кожаные сапоги. Обслуживала гостей одна единственная официантка с пышными формами. Вопреки ожиданиям, она не принесла заказ к столику, а оставила блюдо с едой на стойке возле котла, выкрикнув в зал название блюда:
— Жареные крылышки!
Эскалин долго недоумевал, почему не несут его заказ, но потом догадался, в чём обстоит дело, увидев, как другой постоялец забирает блюдо на стойке заказов и бросает несколько монет в чугунный котелок.
Волшебник незамедлительно подошёл к стойке, неуверенно взял разнос, будто совершал что-то противоестественное, и вернулся на место. За соседним столиком мужчины горячо обсуждали недавнее происшествие на тракте близь аванпоста. Их бранная речь шла о каком-то могущественном маге в чёрных одеяниях, так легко победившего опытного серого волшебника.
К Эскалину, который медленно кушал с подноса и внимательно слушал разговор, вдруг подсела шумная компания. Волшебник был несколько растерян и некоторое время ничего не предпринимал. Просьба оставить его одного была спокойно проигнорирована. В итоге волшебник бросил попытки избавиться от соседей и предложил ужин, время от времени отвечая на вопросы любопытных незнакомцев.
Среди подсевших к Эскалину людей был довольно разговорчивый торговец. Пообщавшись с этим торговцем недолго, волшебник уточнил у него свои знания о центральных терриях, а также выяснил, что ему по пути с этим караваном.
— Увидишь шевеления подходи, если действительно хочешь уехать с рассветом, — отвечая на вопрос волшебника, говорил торговец. — Если мой возница не пустит тебя, скажи ему, что тебя позвал Ронин. Я редко кому представляюсь настоящим именем, но ты кажешься мне честным и рассудительным человеком.
— У меня почти нет денег. Возьмёшь оплату за пару кристаллов манны?
— Да, пожалуй, ты точно неместный. Совсем порядков не знаешь. Так вот. На севере деньги особо не в ходу. Здесь люди предпочитают равноценный обмен. Чем севернее ты заберёшься в своих странствиях, тем меньше необходимости будешь в них испытывать. Мы ценим больше навыки, знания, умения, ценные вещи. Твои кристаллы как раз довольно ценны, чтобы компенсировать наши затраты.
В конце концов, поужинав, Эскалин расстался с надоедливыми подвыпившими клиентами заведения из сопровождения торговца и поднялся в свою комнату. Уже подготовившись ко сну, перед тем как лечь на кровать, волшебник достал из сумки тетрадь в жёстком переплёте. В ней он сделал несколько записей о событиях, с ним недавно произошедших, после чего отправился спать с чувством полного удовлетворения на лице.
На рассвете следующего дня волшебник услышал за окном со стороны двора звуки лошадиной возни и людского движения. Мужчины выводили животных, запрягали их в повозки, да поили из вёдер перед дорогой.
Эскалин тотчас собрался. Ещё на лестнице его окликнул Ронин, приглашая разделить с ним и его людьми ранний завтрак. Покушали они плотно, работники негромко переговаривали, но их наниматель ел молча. Едва оказавшись на улице и вдохнув морозного воздуха, торговец разговорился:
— Значит так. Раз такое дело, то поедешь со мной. Предупреждаю заранее, поговорить я люблю.
Ронин управлял повозкой вместо возницы, которого специально отпустил, чтобы освободить место. Волшебник охотно спорил с ним и поддерживал разговор, сидя на облучке справа от Ронина. Эскалин старался не отвечать подробно на личные вопросы, касавшиеся его происхождения и целей путешествия, в остальном был довольно открыт. Так или иначе, но разговор зашёл о территории. Ронин начал повествование издалека: