Евгений Кудрин – Тёмный маг (страница 48)
— С тобой всё в порядке? — сказал местный житель на северном наречии.
Дред приподнялся, обхватил плечи незнакомца обеими руками и, игнорируя северное наречие, пытался объяснить на своём языке то, что ему было нужно:
— Я ищу свою сестру. Её имя Келва. Она целитель.
Сомнения прохожего, к которому пристал только что появившийся незнакомец, тут же развеялись, когда из череды плохо неизвестных ему слов на общем наречии, он уловил имя местной целительницы:
— Да, да! Позволь, отведу тебя к ней.
Встреча с Келвой обескуражила капитана. Он был рад, что скоро станет дядей, но как-то холодно отреагировал на то, что его будущий зять — чёрный маг. Дред разместился в одинокой хижине на северо-восточном склоне. Он взял на себя часть обязанностей Мариона по обучению смелых юношей и девушек стрельбе из лука и фехтованию.
Ещё позже с весточкой от Эскалина в крепости появился Рогвеш — бывший воевода северного воинства. Он был могуч телом, чем сразу привлёк внимание местных, особенно Олби. Два старых воина из противоборствующих лагерей сошлись в дружеском поединке, чтобы проверить собственные силы. За их борьбой на центральной площади наблюдала добрая половина жителей. В неравном противостоянии, победил бывший воевода, но он отметил упорство и смекалку противника. Так между ними завязалась крепкая дружба. В итоге Олби пригласил победителя выпить в новый трактир с выходом, обращённым на центральную площадь, где находился выход карлока.
Спустя полгода строительство крепости в основном оказалось завершено. Суровые морозы остались позади в прошлом. Близилась весна и в воздухе чувствовались перемены. Переселенцы легко пережили зиму, поэтому широко отметили приход нового сезона. Впереди было много работы, связанной с освоением земель, прилегающих к крепости с юго-западной стороны.
Мариону, как вновь выбранному градоначальнику, было тяжело, но он справлялся с возложенными на его плечи обязанностями. Его тревожило лишь то, что уже очень давно не было вестей от их покровителя.
В городе-крепости северяне восстановили порядки, какие были в их суровых землях, но теперь к волшебной природе мира они относились куда более открыто.
За спиной волшебника, издавая характерный свист, зиял открытый карлок. Эскалин выставил на вытянутой руке кристалл из навершия посоха Осониса и произнёс специальное заклинание, наполнившее его глаза бледно-жёлтым сиянием:
— Орлиный взор!
Кристалл непрерывно испускал не рассеивающийся голубой луч, который уходил вниз, минуя гладь огромного озера, погружаясь в недра Окраинных гор, чьи белоснежные вершины грандиозно подчёркивали линию горизонта. Недоумение преобразило лицо волшебника, и он стал размышлять вслух, говоря о себе в третьем лице:
— Это самая западная точка сети Карлока из доступных мне, но путевой луч всё ещё указывает на юго-запад. Несомненно, устройство отца повинуется новому владельцу, а владелец желает найти древний артефакт — Слово власти. Так почему?! Ломан меня поглоти! За этим непреодолимым рубежом должен лежать край света, но никто точно не знает, так ли это. Любопытные исследователи пытались заглянуть за границу, но гибли на перевалах, так и не поведав остальному миру, что им пришлось пережить. Хм… Видимо, придётся снова её навестить.
Библиотекарь не заставила себя долго ждать. Она появилась ровно в тот момент, когда волшебник позвал её.
— Чем могу служить, дорогой господин?
— Путевой луч указывает на запад, но там ничего нет. Верно ли это предположение?
— Это сложный вопрос. Мир, в котором ты живешь, устроен несколько иначе, чем думают люди. Возможно, там действительно есть край, конец, граница чего-либо. Но также думается, что это не так и на самом деле мир безграничен. Всё зависит от точки зрения, восприятия и того, кто высказывает предположения.
— Ты опять говоришь загадками. Пожалуйста, ближе к сути.
— В Фороле, незадолго до его падения, жил мудрец. Он критиковал гипотезу мироздания, утверждавшая, что мир — это огромная глыба камня, парящая в космосе, окружённая водой и воздухом. «Если бы мир не замыкался сам на себя, — размышлял мудрец, — то воды океанов и морей восточного и южного побережье вытекали бы в пустоту. Их просто не существовало бы. Гораздо же правдоподобнее предположить, что мир имеет форму цилиндра, а воды на севере и на юге скованны льдом». Таков мой ответ, волшебник.
Библиотекарь растворилась в воздухе, также внезапно, как появилась. Эскалин привык к такому ходу вещей, оставшись наедине, чтобы поразмышлять над новой информацией.
— Безумие — пытаться преодолеть высочайший в мире горный хребет! А что, если двинуться в противоположном направлении? Пересечь Северные террии, найти самого смелого капитана, нанять корабль и отправиться ещё дальше на восток. Это будет долгий путь. Нужно потратить это время с пользой: узнать как можно больше о северных княжествах и их союзе, а заодно выяснить истинные причины Священной войны.
Отдыхая в убежище Карлока, волшебник нашёл: рукописные записи, посвящённые Северным терриям; карты отдельных княжеств, входящих в состав союза; книги по культуре, кулинарии и традициям северных народов.
Из настенного шкафа Эскалин вытащил стопку перевязанных бумаг, на первой из которых неряшливым почерком было написано Симес Прутус. Разбирая их, волшебник удивлённо воскликнул:
— Не может быть! Откуда это здесь? Так вот, как его звали. Когда вернусь в столичную академию, обязательно привезу эти рукописи туда и покажу магистрам.
Его удивили рукописные заметки на разлинованных листах, почерк которых совпадал с почерком из дневника главы экспедиции Белого ордена в далёком 1641 году.
«Самая интересная из заметок»
Суровый климат здешних мест определяет и столь же суровый характер местных народов. Всего здесь проживает одиннадцать народностей одной когда-то совместной общности. Все они очень выносливые и неприхотливые в быту люди, живущие большими общинами, разделёнными по промысловому признаку.
Исторически севером считается северо-восточная часть Тунрума от самой восточной оконечности Драконьего полуострова до берегов Чистого моря-озера.
Лето здесь короткое и жаркое, особенно в дни, когда светило лишь на короткое время заходит за горизонт. Зима же снежная, заметает так, что до определённого сезона, когда не начнутся равнинные ветра, про дороги можно вовсе забыть.
В целом народы севера крайне воинственны. Ещё в недавнем прошлом они яростно междуусобились за особенно благоприятные территории на юге и как это не странно на ещё более диком севере, где по рассказам путешественников и паломников вдоль Западного тракта существуют земли, из которых бьёт горячая вода. Для южного человека эти края вряд ли оказались бы привлекательными, но пожив на севере так долго, я постепенно стал понимать, насколько действительно важен огонь и тепло в столь суровой природе. По силе нужды эту потребность можно сравнить лишь с дефицитом воды в южных диких степях и полупустынях.
Как устроена политически жизнь на севере, особенно на северо-востоке в регионе «Драконьего полуострова», сложно однозначно трактовать. Сейчас на севере установился непрочный мир. Несколько племён Драконьего полуострова схожих по быту и культуре объединились и ведут агрессивную притязательную политику по отношению к соседям и постоянно расширяют свою жизненную территорию.
*На севере подчиняются только сильной личности.
«Конец заметки»
— Это словно предыстория к тому, что мне в детстве рассказывал отец, а потом более подробно преподавали в академии. Стоит опять погрузиться в воспоминания. Жаль, что мои знания из прошлого не связаны с библиотекой Форола. Так было бы гораздо удобнее.
Окружение вокруг волшебника вновь преобразилось, и он погрузился в реалистичные воспоминания, будто ему снова было двенадцать лет. Он сидел у отца под мышкой с раскрытой ветхой тетрадью, из которой Осонис зачитывал ему некоторую полезную информацию:
— Задолго до того как северные земли объединились под властью великого терра, между отдельными терриями шли непрерывные кровопролитные конфликты, причиной которых были переделы земель между кровнородственными наследниками. Это было тёмное время, конец которому положил терр Килик с Драконьего полуострова.
Могущество Великого терра зиждилось на его хорошо слаженном воинстве. Килик разбил в нескольких сражениях самых сильных соперников и установил единую собственную власть на захваченных территориях, присоединяя их к своим владениям. Таким образом, было покончено с многовековой междоусобицей. Затем великий терр заинтересовался более плодородной землёй южных соседей.
Северные террии поглотило земли, расположенные до Великой реки разделяющей регионы Севера и Изумрудного побережья. В распоряжении сертинцев (серты — общее название народов севера) оказались и морские порты, и серебреные шахты в северных горах, и богатые дичью леса, располагавшиеся в огромной долине в Триречье в самом центре их земель.
После кончины Килика, его сын Освальд, исполняя волю отца, установил контроль над торговым путем (от моря до моря), идущим с Запада от Чистого озера на восток к морским портам Изумрудного побережья. Благодаря сборам, которые накладывались за перевоз грузов через земли княжества, государство стало в разы богаче. Высвободившиеся ресурсы тратились на укрепление войск и развития оружейного искусства. Потомки терра не изменили заветам предка и продолжали развивать в стране военное искусство и связанные с ним различные мастерства. Ратная служба считалась почётным и хорошо оплачиваемым делом. Именно в эту эпоху Северные террии приобрели статус великого государства, поскольку объединило все ранее независимые северо-восточные земли. Регулярное, хорошо подготовленное и оснащённое войско становилось самым мощным аргументом в урегулирование внешнеполитических вопросов нового политического образования.