Евгений Кудрин – Тёмный маг (страница 13)
— Не приближайтесь!
Северяне отпрянули, но окружили площадь на приличном расстоянии от камня. Подняв головы вверх, кое-кто из них увидел быструю смену погоды и незамедлительно показал соседу. Маг не замечал их бурной реакции, не останавливаясь, чертил золотые круги в воздухе, а когда закончил, в небе прогремел гром. Это было необычно, но вспышки не было. Лишь спустя несколько мгновений беззвучная молния прошила камень насквозь и разбила его на две равные половины. Последующие разряды обтесали две остроугольные половинки, превратив их в идеальные колонны. Нижняя часть глыбы расплавилась, просочилась в трещины и плотно прилегла к каменному берегу. Когда всё закончилось, маг склонился, подобрал осколок, отлетевший от колонны к его ногам, и обратился к ошарашенным людям:
— Это колонны странствий, а это камни странствий, — волшебник вначале показал на сооружение, а после поднял над головой обломок скалы. — Он позволит вам возвращаться в деревню даже из самых отдалённых мест, берегите его от чужих людей. Камни странствий позволят вам возвращаться в одно мгновение на площадь. Вы берегли меня целых два года и это мой подарок вам!
Небо медленно прояснилось. Жители Олкентона не издали ни звука. Пережитое настолько поразило их, что они ещё долго не могли прийти в себя и взглядом провожали мага, направившегося к северным воротам. Оди уже ждал его там и прощался с женой. Алерия не хотела отпускать их и ещё долго держала мужа.
В пути друзья долго молчали, но когда извилистая дорога спускалась вниз к мосту через ручей и стала, будто тоннелем из высоких сосен, Аларон вдруг высказался:
— Подумать только. Три года прошло с тех пор, как мы покинули академию.
— Скучаешь по родным местам?
— Вот бы ещё раз увидеть её величественные залы.
— Да, они прекрасны, — с наслаждением вспоминая. — Мои самые лучшие годы, самые интересные и радостные. Однажды я практиковался в быстром произнесении заклинаний, хотел ускорить реакцию, отточить навык и беспрырывно кидал искры в тренировочном зале. Новое брошенное заклинание резонировало и вернулось обратно, вызвав искры у меня под мантией. Подкладка, конечно же, мгновенно истлела.
— Неужели? Ты не рассказывал об этом мне. Кто же тебя спас тогда?
— Я никому и не рассказывал, до этого дня. С огнём я справился ловко, сжав воздух вокруг себя. Свидетелей вроде бы не было, но я чувствовал такой позор. По крайней мере, мне тогда так казалось. Вид, конечно, у меня тогда был тот ещё.
— Вот как. Ну что ж… Я тут подумал: знаешь, моря не хватает, особенно рассвета.
Гольдамеш остановился, повернулся к другу и сказал:
— Чувствую я, что не в грусти дело. Тебе тяжело от будущей разлуки. Совместный опыт объединил нас, возможно в мире не найдётся дружбы крепче нашей.
— Нет, не найдётся, — подтвердил Аларон и широко улыбнулся.
— Не грусти, занимайся семьёй, береги её. Я хочу, чтобы ты знал вот что: теперь у меня другие цели, чем просто избавление от проклятья и месть Маздеку. Когда-нибудь, когда мне снова понадобится дружеское плечо, я вернусь за тобой и расскажу тебе об этих целях, но не сейчас.
— Я рад это слышать!
Они крепко обнялись.
— А как ты понял, о чём я думаю?! — спустя некоторое время озадачился Аларон.
— Знания древних не только о магии, а также о людях, явлениях природы и многом другом. В нашем разговоре я вдруг осознал, что могу читать твои намерения по лицу. Удивительный опыт и ощущения. Не могу точнее описать. Обычно говорят, что лучше увидеть, чем услышать, но тут я бы добавил, что лучше тебе быть мной, ибо объяснить тебе мой опыт я пока не смогу. Словом, я едва ли до сих пор понял, что вообще со мной произошло за последние годы.
Они всё шли и шли, по тайным тропам, заброшенным дорогам, бездорожью, чтобы сократить путь, но уже не молчали, а говорили и говорили, как будто виделись в последний раз.
Путь занял трое суток. Миара ещё не зашла за горизонт, когда Гольдамеш скинул заплечную котомку на свежий снег и остановился. Они оказались на узкой горной тропе перед краем пропасти. В этом месте тропа чуть расширялась, давая больше места, чтобы передохнуть и полюбоваться видами. С такой высоты деревья внизу казались мелкими тростинками, а озеро на западе небольшой сине-серой точкой в океане зелёной тайги.
Волшебник устроился на обломке скалы поросшей мхом и в тишине прерываемой лишь ветром дождался заката, наблюдая, как в вечерних лучах Миары облака окрашиваются в алые цвета. Аларон сидел рядом, тоже смотрел вдаль, и просто ждал друга.
Когда окончательно стемнело, Гольдамеш, наконец, зашевелился и подошёл к обрыву. Повинуясь движению руки мага, вертикальная алая черта постепенно проявилась над краем, за ней горизонтальная алая черта разрезала воздух. Пространство исказилось и как рваная бумага вмялось внутрь образовавшейся расщелины. В ней оказалась непроглядная чёрная пустота, в которую тут же потянуло воздух. Быстрый поток развевал волосы и одежду мага как на порывистом ветру. Ромбический разлом открылся в полуметре перед обрывом. Он наводил ужас и какой-то непонятный, едва уловимый шум доносился изнутри. Гольдамеш подошёл к ошарашенному другу, который тут же спросил:
— Невероятно…. Что это?
— Это сеть Карла́ка[2]. Его окно перенесёт меня далеко за пределы этих земель, — маг протянул Одишу плоский обломок, который подобрал на площади: — Держи осколок. Он от камня, что я поставил в Олкентоне, и подумай о теперь уже родном для тебя месте. Так ты сразу же вернёшься обратно.
Аларон растерялся и не знал, что ответить. Когда друг направился к черному окну над пропастью, он окликнул его и попытался ещё хоть как-то задержать:
— Годи?! Но почему именно здесь? Неужели ты не мог попрощаться со всеми на площади? Алерия… она ведь так и не поняла, почему ты уходишь!
— Мы расстаёмся, а тебя волнуют такие мелочи. — Маг улыбнулся: — Эта высота — сосредоточие магической силы, природный феномен, который маги Форола использовали в преодолении огромных расстояний. Здесь собраны воедино точки пространства, где наблюдается такое же по величине сосредоточие силы. Я узнал об этой высоте и способе активации сети от кристалла. Пользуясь ей, я могу побывать во многих ещё неизвестных мне местах и даже в Южном королевстве. Но сейчас не время возвращаться на Родину. Я знаю, где снять проклятье. Поэтому я открыл ближайшее окно сети на Изумрудных берегах. Впрочем, я не могу дать нам больше времени, чтобы рассказать подробнее, да и никогда нельзя быть уверенным какое знание принесёт пользу, а какое вред. Но мне уже пора. Окно вот-вот закроется, — маг стал прощаться и прежде чем прыгать в зияющую черноту повернулся лицом к другу и добавил. — Я теперь совсем не тот, что был раньше. Голоса древних поселились в моей голове. Они называют меня «эск-алин», что в переводе с языка древнего народа, который владел этими землями много тысяч лет назад, означает «чёрный маг». Впредь и ты зови меня так, ибо при рождении этим именем назвала меня Корши, а я, как и все обычные люди, забыл его.
Гольдамеш подкинул руки вверх, его окутала тёмная дымка. Накидка, что была раньше на нём, исчезла, и он остался в широком чёрном плаще с откинутым капюшоном, даже седые волосы на его голове почернели. Его вид стал наводить ужас, в сумерках уже почти нельзя было различить силуэта волшебника. Плащ и чёрные до плеч волосы развевались в потоке воздуха, который поглощала зияющая пустота. Не медля, маг прыгнул в Карла́к и пропал в темноте. За ним исчез и алый разлом, замыкая стороны алого ромба в центре.
Аларон нерешительно шагнул за другом, но остановился у края обрыва. Понимая, что всё уже произошло, южанин присел на обломок скалы, где ещё недавно сидел его спутник и достал из кармана куртки вручённый ему камень. Немного повертев его, Одиш закрыл глаза и задумался. Открыв глаза, он оказался уже посреди центральной площади Олкентона. Под ним уже не было обломка скалы, и он упал на землю. Алерия в этот момент вместе с другими горожанами осматривала подарок мага, как вдруг увидела мужа, обрадовалась его неожиданному появлению, но ничуть не удивилась в отличие от других. Она лишь подошла к нему и нежно обняла, радуясь его возвращению.
Через неделю уже все охотники, уходившие в дальние рейды на промысел, брали с собой обломки, разлетевшиеся от скалы. В одно мгновение неведомая сила, заключённая в этих обломках, возвращала северян с добычей даже из самых удалённых мест.
При первом погружении в сеть Карлока чёрный маг оказался в тёмном незамкнутом пространстве, течение времени внутри которого замедлилось, если не остановилось вовсе. Странные чувства, которые испытал волшебник, вызвали радость в его лице: здесь он снова выглядел молодым, здоровым и полным сил. Маг рассуждал вслух, погружаясь в собственные размышления:
— Где это я?
За спиной уже в какой-то отдалённой точке захлопнулся алый разрыв пространства, которое восстановило себя в то же мгновение, как только Эскалин оказался внутри перехода.
— Куда это я?!
Тёмное пространство тут же откликнулось на зов гостя, предложив ему несколько точек выхода. Перед волшебником, парящим в лишённом света незамкнутом пространстве, появились двумерные объекты, напоминающие собой овальные помутневшие зеркала. Эти объекты излучали неяркий свет, отчего их оказалось возможным различить в окружающей тьме.