Евгений Габрилович – Приход луны (страница 15)

Он целовал ей руку, а она заметила с холодком:

— Во-первых, сними шляпу, а во-вторых, разденься. Обедать будешь?

П е т р. Ни-ни!.. Сережа, какие новости?.. А выпить в этом доме есть что-нибудь кроме компота?

С е р г е й (грубовато). Тут тебе не пивная!.. (Встал из-за стола.) Поехали! По дороге все расскажу. Новостей полон короб.

Наташа молча ест компот. Вероятно, больше всего ее обидело именно то, что Сергей собирался поведать Петьке целый короб новостей, а ей, жене, не рассказал ничего. Она не проронила ни слова, когда Сергей, прощаясь, поцеловал ее в затылок. И только когда он и Петр уже подходили к дверям, проговорила:

— Постой, Сережа… Что-то я хотела спросить? Да… насчет машин. Ты не забудешь?

— Ладно, помню, — ответил он. — Меня не жди, малышка, ложись спать, вернусь как всегда.

Он ушел. Она подошла к столу и начала медленно убирать посуду.

В это воскресное утро стояла отличная погода. Рабочие со своими семьями собрались на лужайке, дожидаясь машин, чтобы отправиться на экскурсию. Было шумно и весело. Уже кое-кто плясал под баян, некоторые играли в шахматы, в домино. Основная же масса экскурсантов сидела на обочине дороги, готовая рассесться по машинам.

Озабоченная Наташа шла по лужайке в сопровождении других организаторов экскурсии.

— Почему же не хватит машин, Влас Кондратьевич? — говорила она. — Должно хватить.

— Да посмотрите — народ все идет и идет.

— Наденька, сосчитайте, сколько нас всего человек, — попросила Наташа и пошла дальше.

Навстречу ей спешила руководительница группы дошкольников, которые играли неподалеку. Она сказала:

— Наталья Владимировна, ребята пить хотят. Жарко.

— Есть несколько бидонов с компотом и морс. Скажите Нюре, чтобы ребятам пока дали морс.

Отдав это распоряжение, Наташа посмотрела на шоссе и спросила шедшего с ней рабочего:

— Семен Прокофьевич, почему до сих пор нет машин? Я уже начинаю беспокоиться.

Семен Прокофьевич крикнул ребятам, стоявшим на шоссе в качестве сигнальных:

— Вовка! Боря! Как там?

Ребята замахали руками, показывая, что машин не видно.

С обочины дороги Наташу окликнул Сутейкин:

— Наталья Владимировна, идите к нам, присядьте. Что вы все хлопочете!

Она подошла.

— Вы знаете, я немножечко беспокоюсь о машинах.

— А что беспокоиться! Ведь Сергей Терентьевич обещал?

— Обещал.

— Ну, вот… Скушайте лучше огурчика. Малосольные.

— Спасибо, — поблагодарила Наташа и откусила огурец. — Ужасно люблю малосольные. Смотрите, как вы уютно устроились.

Действительно, несколько рабочих семейств, в том числе семья Марьи Степановны (той самой, у которой был скандал с няней Катей из-за ведерка), устроились весьма уютно. На разложенных салфетках стояли закуски.

— Наталья Владимировна, — предложил Сутейкин, вынув из кармана заветный шкалик. — По секрету от мужа… маленькую… под огурчик…

Все рассмеялись, и вместе с ними — Наташа.

— Что вы, да я вообще не пью… А уж с утра, да в такую жару.

— Да, в жару тяжело, — согласился Сутейкин и со вкусом выпил большую рюмку.

В это время с шоссе закричали:

— Едут! Едут!

Общее оживление, все поднялись, начали собирать вещи.

— Наконец-то!

Наташа, облегченно вздохнув, радостная выбежала на шоссе.

Приближалась большая колонна машин. Наташа пошла навстречу, подняв руку и крича:

— Сюда, сюда!

Но машины, грохоча листами железа, которыми были нагружены, пронеслись мимо, обдав всех пылью. Настроение стало меняться. Все недовольно смотрели им вслед. Послышались реплики:

— Эй, товарищи, кто здесь начальство? Вы что, смеетесь, что ли!

— Посадили людей на припеке — и ни туда, ни сюда!

— Разве так делают? Где же машины?

Высокий женский голос подхватил:

— Ведь здесь дети!

Наташа взволнованно обратилась ко всем:

— Товарищи, успокойтесь. Машины будут. Мне обязательно обещали. Я сейчас сбегаю позвоню.

И быстро-быстро пошла по залитому солнцем горячему шоссе.

В кабинете у Сергея шло совещание инженеров. Он горячо, увлеченно говорил:

— А почему так? Почему надо обязательно по старинке — сперва щи, а потом кашу… — Придвинул к себе чертеж. — Давайте сюда!

Взял карандаш и стал наносить на чертеж резкие линии и стрелы.

— Распределите технику, — говорил он. — Разбросайте людей… Идите отсюда, отсюда и отсюда!

Жадно затянулся папиросой, взлохматил волосы — видно было, что он говорит о любимом и интересном ему деле.

Один из инженеров спросил:

— Одновременно?

— Обязательно одновременно!.. И с разных сторон. Что вы, как девки, жметесь друг к другу!.. Смелее надо! Центральную магистраль пересечете вот здесь… Зазвонил телефон. Сергей поднял трубку.

— Ромашко слушает… Кто это? Это ты, Наташенька? (Нетерпеливо.) Наташа, я сейчас занят. (Хочет положить трубку.) Что? Что? Какие машины?.. Погоди, Наташа, ты сейчас мне мешаешь! (Слушает.) А!.. Нет-нет, сегодня машин не будет. Все заняты. Нету сегодня машин! (Слушает.) Ну и что ж, что экскурсия?.. Вчера думал, что будут, а сегодня нету!

И, положив трубку, придвинул исправленный план к инженерам.

— Ну, так как же? Что скажете?

Пожилой инженер искренне заметил:

— Интересно… Но боязно.

Другой увлеченно и горячо добавил:

— Очень интересная мысль!