Евгений Дашкевич – Изменяющий (страница 4)

— Нет! — вставил пять копеек продавец.

Покупатель глянул на него с упрёком и поманил меня к столу.

— Потрогай, — он провел ладошкой по углу.

Я подполз на коленях к низенькому столику и потрогал угол. Он был опасно твёрд и остр.

Покупатель достал из напоясной сумки штуковину — один в один наш земной смартфон, — изобразил пальцами над экраном какую-то загогулину, и в воздухе над прибором возникла полноцветная трехмерная проекция милейшего существа.

— Я хозяин этих покоев, — объяснил покупатель. — А это моя внучка.

Проекция вдруг ожила, я узнал комнату, в которой мы и находились, по ней с визгом носилась крошка-лемур, убегая от другого очаровательного малыша (внук — тут же пояснил хозяин дома). Дети скакали всё быстрее и быстрее, и когда девочка со всего маху налетела на угол стола, я вскрикнул. Проекция показывала полные слез и страдания глаза малышки крупным планом. Продавец взвизгнул и отскочил в глубь комнаты. Я перевел взгляд на стол. Стол с круглой столешницей, о которую невозможно так больно ушибиться.

— Вот теперь Ты хотел, — щерился мне в лицо покупатель, — уловил разницу?

Я кивнул, но тут же замотал головой влево-вправо. Да, я чувствовал разницу. Но как сделать так, чтобы это получалось не вдруг, а специально, я не знал.

— Бестолковый из меня изменяющий, — констатировал я.

— Мои внуки с Тобой не согласятся, — закхекал покупатель, заставив и меня улыбнуться. — А ещё мы теперь точно знаем — в Тебе есть сострадание и нет, возможно, зла, они ведь редкие соседи.

Я кивнул на автомате и спросил:

— А почему вы так странно изъясняетесь порой? Вот как сейчас.

— То нам неведомо. То говорим мы просто, то вдруг...

— Находит. Иногда, — высунулся из-за тахты продавец, чихнул и уточнил: — Порой.

— А, — я снова посмотрел на покупателя, — тебя не Йода зовут случайно?

— Нейода? Кто зовет, куда?

— Вопросом ты ответил на вопрос, — я погрозил ему пальцем и засмеялся.

— Как крот премудрый, — поддакнул продавец, мелко затряс башкой и закхекал.

Покупатель в смущении развел лапами:

— Не понял смысла я, спроси, чтоб было ясно.

— Хорошо, — согласился я. — Просто мы с вами уже битый час общаемся, а имён друг друга так и не знаем. Ну то есть я не знаю ваших. А вы моего.

Четыре огромных глаза смотрели на меня непонимающе. Наконец продавец произнес:

— Ты — Изменяющий. Всегда. Твое мы знаем имя, оно такое, и оно одно.

— И нас Ты знаешь, — добавил покупатель. — Мы говорили, Ты слышал.

— Не слышал, — ну вот честно, я не понял.

— Пфффр, — фыркнул продавец. А покупатель стал терпеливо объяснять:

— Он продавал, его звал Продающим я.

— А я его звал Покупающим тогда. Понятно? — встрял продавец. — Сейчас он — Задающий вопросы, я — Тот, кому разрешено слушать.

— Ну, а настоящие-то имена у вас какие?! — начал закипать я.

— Настоящие? — хором переспросили лемуры.

— Ууу, вы... премудрые кроты! — взвыл я. — Настоящие, которыми вас называют и когда вы одни, и когда кто-то рядом. Ну?!

Я с надеждой посмотрел на этих... Бима и Бома... Во, точно, так и стану их звать, если не признаются!

Они переглянулись, и покупатель начал осторожно:

— Наверно, ты устал...

— Межзвёздный перелет и всё такое, — не мог не вякнуть «Бом».

— Сам посуди, уж если ты один — кто позовет тебя, какое имя? А если рядом кто-то, то имя всем понятно по делу, которым занят ты.

— Вот, например, сидишь ты в ресторане, — встрял снова продавец, — к тебе подходит...

— Принимающий заказ, — перебил его я.

— Фуфф, — продавец шлёпнул ладошкой о ладонь. — Он понял.

Покупатель кивнул. Но я не сдался:

— Хорошо! А как зовешь ты внучку?

— Внучка.

— Дай угадаю, внука — внук?

Кивок.

— Жену — жена?

— Владеющая домом.

— А если ласково, с любовью?

Покупатель мечтательно закатил глаза:

— Услада моих...

— Ффрррхх, — продавец прыснул в кулачок, и покупатель стыдливо умолк.

— А если, к примеру, мне надо уточнить дорогу, я подхожу на улице к незнакомцу, как мне его назвать? Отвечающий? А если он пути не знает сам, а значит, и ответить мне не может — выходит, нельзя к нему так обращаться?

Покупатель, возможно, в благодарность, что я оставил пикантную тему, ответил без затей:

— Когда функционал собеседника не очевиден, используется универсальное имя — Эйты.

— Эй, ты? Не грубо?

— Эйты — хорошо, красиво. Не то, что раньше — Тот, кого не знаю, но кто, возможно, сможет мне помочь.

— Нда, «эй, ты» правда лаконичней. И как только додумались?

— Это не мы, — покупатель потупил взгляд, — это подарок.

— Подарок?

— Так называл нас Изменяющий.

— Самый первый, — негромко добавил продавец. И оба покивали.

— Мы дар не сразу оценили, — покупатель словно извинялся за что-то. — Когда Он нас покинул, мы догадались: это был завет.

Продавец протянул вверх лапу:

— Позволь задать вопрос.

Покупатель кивнул — спроси.