Евгений Бочкарев – Синяя книга (страница 17)

– Последний вопрос, молодой человек, – вырвали из задумчивости слова Никса.

– Да, у меня еще остался один. – Фрей сделал паузу, задержав дыхание, как перед прыжком в воду, и выпалил. – Научишь меня?

Глава 7

Глава 7. Четыреста лет назад

Мужчина уверенно шел по мокрым тротуарам города. Обычно оживленные улицы были пусты, никому не хотелось мокнуть под этим треклятым дождем, продолжавшимся уже который день. Частые мелкие капли барабанили легким перестуком по крышам домов. И дальше, сливаясь в единый ручеек, уже вместе журчали по сливным трубам. Если закрыть глаза, все эти звуки создавали ощущение, что кроме природы больше ничего нет. Что нет людей, которые в далекие времена пришли в это место и начали говорить, кричать, суетиться. Что нет города, который воздвигли эти самые беспокойные существа.

Мужчина шел и наслаждался. Он был спокоен. Он вернулся домой, хоть и ненадолго. Его одежда пропиталась влагой, и ткань уже не впитывала осадки, капли стекали по его черной одежде. Стекали по лысой голове и лицу. Он любил воду. Всегда стремился к ней, с самого детства хотел связать свою жизнь с морем. Но потом у него обнаружили дар, и мечта стала еще более далекой. Обучение занимало все свободное время. Он мог позволить себе только по вечерам, выкроив немного времени, сидеть на берегу и вдыхать свежий морской воздух, рассчитывая в будущем прикоснуться к этой водяной стихии.

Путник отбросил ностальгические воспоминания, его прогулка подходила к концу. Силуэт дворца императора постепенно проступал сквозь завесу дождя. Ближе ко входу виднелись только два нижних этажа, остальное здание так и скрывалось за пеленой. Угадывались только колоссальные размеры. Мужчине не надо было видеть глазами, чтобы оценить его монументальность. Он помнил. Сколько лет он провел буквально на соседней улице, когда обучался магии. А потом не меньшее время – уже внутри, когда он вошел в состав Совета и ему выделили личное помещение. Он с закрытыми глазами мог рассказать все подробности дворца как снаружи, так и изнутри. Символа власти императора. Наглядного доказательства его величия. По крайней мере, для обычного народа.

Путник улыбнулся, поймав себя на очередном воспоминании о прошлом. Успеет еще, нужно собраться. Совет вот-вот начнется.

– Стоять. Кто идет? – воскликнул один из двух солдат, охраняющий вход. Не парадный, но все же вход.

Его не узнали. Видимо, новое пополнение. Или уже не новое. Все-таки с его последнего посещения прошла пара лет.

– Неужели стражи перестали заучивать всех, кому положен беспрепятственный доступ во дворец? – спросил он.

Стражник, все-таки новенький, слишком уж молодой, внимательно всмотрелся в его лицо. Не узнал. Недовольный от того, что приходится мокнуть под дождем и что не пойми кто шатается перед дворцом, сказал:

– Не перестали, но тебя… вас, – поправился он всякий случай, – не помню и вижу в первый раз. Назовите себя.

Второй стражник продолжал внимательно присматриваться к посетителю. Что-то его смущало.

Мужчина выдержал паузу. Ситуация забавляла.

– Никс, – коротко бросил он.

– Кто? – не расслышав, спросил первый стражник. Глаза второго широко распахнулись. Он сделал шаг вперед и поклонился.

– Простите, светлый господин. Не узнали, – сказал он подобострастно, обратившись к магистру Жизни именно так, как принято.

Первый стражник, не раздумывая, повторил движения за напарником.

«Шустрый», – подумал маг Жизни про себя.

– Все нормально. Меня действительно долго не было, – ухмыльнулся он. – Да и вряд ли похож сам на себя. – После этих слов он притронулся к выросшей за время странствий большой густой бороде. – Госпожа Мэри во дворце?

Стражники, неизвестно почему, переглянулись, и один из них ответил:

– Еще нет. Ожидаем с минуты на минуту.

– Надеюсь, вам хватит смекалки не задерживать ее и не задавать лишних вопросов. Она не такая добрая, как я.

Он спокойно прошел мимо стражей и вошел во дворец.

Магистр сверился со своими внутренними часами: время привести себя в порядок еще оставалось. Хоть его и считали взбалмошным и нарушавшим все приличия, это было не так. Все свои действия он выполнял с определенной целью. И наводить шорох своим внешним видом сегодня причин не было. Хватит и легкого опоздания. Для поддержания репутации, так сказать.

Совет проходил на верхнем этаже. Его личное помещение находилось на втором, где располагались жилые комнаты. Шаги мага гулких эхом разносились по пустому широкому коридору, отскакивая от красивых бежевых плит и поглощаясь занавесками. Снаружи дворец императора давил своими размерами, аляповатой позолотой везде, где только можно, и бесчисленным количеством каменных скульптур. Безвкусица. Внутри же было иначе. Чувствовалась гармония во всем. Первый этаж изобиловал всевозможными оттенками бежевого цвета. Повсеместные клумбы и кадки с растениями, завезенными со всех сторон света. Аккуратная мягкая мебель из бархатной и приятной на ощупь кожи, расставленная по всему этажу, но так, чтобы не бросаться в глаза. Занавесы и портьеры из нежной и легкой шерсти викуньи, очень редкого и ценного материала, которыми был занавешен весь этаж. И все это смотрелось очень гармонично, элегантно, ни единого лишнего элемента. Все было создано для комфортного и продуктивного времяпровождения тех, у кого был допуск во дворец.

Никс дошел до лестницы, так никого и не встретив, и поднялся на второй этаж по воздушной прозрачной лестнице. На первый взгляд хрупкая, тем не менее твердостью она могла поспорить со стенами. Очередной удивительный элемент, которыми были заполнены уголки дворца.

Второй этаж был в зеленом цвете, от светло-зеленого до глубокого изумрудного. Цвет спокойствия, умиротворенности. То, что нужно, для жилого этажа, где нужно отдыхать и набираться сил. Каждый этаж во дворце был со своим дизайном и цветовой гаммой. Никс прошел до середины длинного коридора и вошел в свою комнату. Закрыл дверь, сделал шаг вперед и окинул взглядом свое помещение. Мебели было мало, окружать себя ненужными вещами он не любил. К тому же появлялся он здесь нечасто. Белый широкий диван, несколько больших кресел того же цвета. Стеклянный стол посередине. Оттуда, где он стоял, был виден отдельный кабинет: такой же стеклянный стол и большой стеллаж с множеством книг. С прошлого раза все осталось на своих местах. Магистр Жизни имел прямой доступ к своей памяти и при необходимости мог вспомнить любой момент своей жизни. Полезное умение.

Удовлетворенный, что на первый взгляд все нормально, Никс разулся и ступил на пушистый теплый ковер. Единственная лишняя вещь в его скромном помещении, которую он себе позволил. Магистр, с удовольствием ступая босыми ногами по мягкому ковру, прошел в комнату для умывания.

Побрившись и надев чистую одежду, почувствовал, как будто заново родился. Приятно. Времени до Совета еще было в достатке, успеет сварить напиток из кофейного дерева, который он любил, и привести мысли в порядок. Благо, кофейных зерен у него было всегда с запасом. Он растопил огонь в камине и принялся варить напиток, сев на восточный манер прямо перед разведенным огнем. В таком виде его и застал стук в дверь.

Не дожидаясь реакции, женщина распахнула дверь и зашла в помещение. Слегка пухлые губы и острый взгляд красивых глаз. Черная тога с вызывающим вырезом. Стройные ноги. Открытые тонкие руки покрыты татуировками: спящие и шипящие змеи перемежающиеся с оливковыми веточками. Символы мира и войны. На изящных кистях рук отражали свет от пламени золотые браслеты и кольца. Черные, как самая глубокая ночь, волосы, собранные в высокий хвост, оставляли открытой гибкую шею.

– Никс, – недовольно прошелестел ее немного низкий голос с восточным говором.

– Мэри, – дружелюбно отозвался магистр, продолжая варить напиток и даже не делая попыток встать.

Магистр магии Смерти продолжала буравить взглядом крупную тяжелую фигуру мирно сидящего человека, не спеша покачивающего хрупкую по сравнению с ним посудину над огнем. Наконец выдохнув, сняла свою обувь и, по примеру хозяина помещения, аккуратно ступая босыми ступнями по мягкому ковру, прошла к ближайшему у камина креслу. Села, подобрав под себя ноги, и перекинула длинный хвост волос через плечо, чтобы не мешали движению головы. Огромное кресло полностью поглотило хрупкую фигуру женщины. Держалась она уверенно и естественно. Она была здесь далеко не в первый раз.

Мэри молчала, только переводила взгляд прищуренных глаз с мужчины на горящее пламя. В очередной раз в голове Никса промелькнуло сравнение с греющейся кошкой. И так же, как и всегда, он не стал это озвучивать.

Аккуратно, тонкой струйкой, мужчина перелил в чашку готовый напиток и, не вставая, протянул женщине. Та благодарно кивнула и осторожно, двумя руками, взяла ее за края, слегка коснувшись пальцев мужчины. Никс остался сидеть. Нужно было сварить порцию и для себя. Он начал перебирать зерна в мешочке, выискивая какие получше.

– Как твой университет? – нарушил молчание Никс, мельком кинув взгляд на женщину.

Мэри, грея ладони о кружку, вдыхала аромат свежезаваренного горького напитка.

– Ты хотел спросить, как мое кладбище? – выдохнула она с досадой.

– Нет. Я спросил именно то, что ты услышала, – ответил Никс, продолжая свое кропотливое дело.